ИЗВЕСТИЯ

ПЕНЗЕНСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ПЕДАГОГИЧЕСКОГО УНИВЕРСИТЕТА имени В. Г. БЕЛИНСКОГО ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ № 23 2011

IZVESTIA

PENZENSKOGO GOSUDARSTVENNOGO PEDAGOGICHESKOGO UNIVERSITETA imeni V. G. BELINSKOGO HUMANITIES № 23 2011

УДК 81.367

ПОЛЕ языкового НАПРЯЖЕНИЯ СЛОЖНОГО СИНТАКСИЧЕСКОГО ЦЕЛОГО

ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА

© и. С. ПАПУША Российский государственный университет туризма и сервиса, кафедра «Связи с общественностью» e-mail: lastotchka@flexuser.ru

Папуша И. С. - Поле языкового напряжения сложного синтаксического целого художественного текста // Известия ПГПУ им. В. Г. Белинского 2011. № 23. С. 208-211. - В статье рассматривается процесс формирования поля языкового напряжения в сложном синтаксическом целом художественного текста. Показано, как поле языкового напряжения позволяет через систему гермов выявить приоритеты автора, микроидею и особые смыслы, базирующиеся на семантико-грамматических категориях языковой системы. Выводы определяются особенностями анализируемой структуры.

Ключевые слова: сложное синтаксическое целое, поле языкового напряжения, герм.

Papusha I. S. - The Field of a language pressure of the complex syntactic whole art text // Izv. Penz. gos. pedagog.

univ. im.i V. G. Belinskogo 2011. № 23. Р. 208-211. - In clause process of formation of a field of a language pressure in the complex syntactic whole of the art text is considered. It is shown, how the field of a language pressure allows of germs to reveal through system priorities of the author, microidea and the special senses which are based semantical-grammatical categories of language system. Conclusions are defined by features of analyzed structure.

Keywords: the complex syntactic whole, a field of a language pressure, germ.

Поле языкового напряжения в сложном синтаксическом целом (ССЦ) - его специфичная структура, объединяющая систему гермов, в которой конденсируется языковая информация, содержащая интенцию автора, микроидею ССц, его основные и скрытые смыслы. Полевый подход к описанию структуры сложного синтаксического целого позволяет раскрыть системные связи его элементов и аргументирует системную организацию языка на всех его уровнях.

Мы рассматриваем поле языкового напряжения сложного синтаксического целого как замкнутую модель, потому что оно базируется на интегральных признаках языковых особенностей разных уровней -компонентов системы языка. Языковые особенности формируют герм той или иной степени напряжения, того или иного качества, того или иного вида. За счёт всех своих характеристик герм занимает определённую позицию и выполняет определённую роль в сложном синтаксическом целом. Все гермы сложного синтаксического целого, находясь во взаимосвязи друг с другом, включают «механизм возникновения полевой структуры смысла» [5, с. 21] и образуют поле в языковой структуре сложного синтаксического целого. Так как гермы в линейной структуре сложного синтаксического целого имеют разную степень напряжения, в поле образуются его перепады, и поле начинает демон-

стрировать картину языкового напряжения сложного синтаксического целого.

Полевый подход как принцип анализа сложного синтаксического целого позволяет рассматривать гермы разной степени напряжения в качестве репрезентантов смысла, так как их интегративный признак напрямую связан с микроидеей, т. е. со смысловой доминантой поля. Таким образом, поле языкового напряжения в сложном синтаксическом целом представляет некоторую разновидность смыслового поля - «модель функциональной системы смыслов, которые объединены актуальным для продуцента / реципиента интегративным признаком» [1, с. 46]. Поле языкового напряжения в сложном синтаксическом целом - явление грамматическое: смыслы выражены через определённые формы и категории языковых единиц разных уровней, функционирующих в рамках ССц интегрировано.

Особенности формирования поля языкового напряжения в сложном синтаксическом целом художественного текста и сложных синтаксических целых книжных функциональных стилей позволяют в очередной раз подтвердить постулат об их принципиальном различии. «В сущности, язык художественной литературы, развиваясь в историческом контексте литературного языка народа и в тесной связи с ним, в то же время как бы является его концентрированным вы-

ражением» [2, с. 117]. Не вдаваясь в полемику, следует отметить, что если язык художественной литературы «рядоположен» каждому функциональному стилю в отдельности в том отношении, что, как и они, соотнесён с определённым типом социальной деятельности и определённым типом работы сознания (мышления), то всем им вместе взятым он противопоставлен по следующим общеизвестным признакам: 1) широко использует «не свои» языковые единицы разных уровней; 2) отличается от функциональных стилей спецификой языковой нормы; 3) отличается от функциональных стилей, выполняющих прежде всего «практические» функции, особой эстетической функцией. наше исследование позволяет добавить к этому ряду не менее важные существенные признаки, а именно: 4) отличается от функциональных стилей принципами выбора и организации языковых единиц в сложном синтаксическом целом; 5) отличается от функциональных стилей особой структурой поля языкового напряжения, формирующего микроидею, содержащую особые смыслы.

В лингвистическом плане сложное синтаксическое целое художественного текста характеризует свобода авторского самовыражения, широкое использование всех стилистических слоёв языка, употребление индивидуальных нестандартных сочетаний, создание авторской неповторимой манеры письма, идиостиля, в понимании В. В. Леденевой [3, с. 38]. «Художественность» такого сложного синтаксического целого создаётся сочетанием словесно выраженных значений и имплицитных вторичных смыслов, «подтекстных» явлений, знаки которых имеются и на эксплицитном уровне, но трудны для восприятия неподготовленных реципиентов. «Поэтические средства скрыты в морфологической и синтаксической структуре языка...» [6, с. 66], добавим: а также - в фонетической, морфемной, словообразовательной, лексической.

Рассмотрим процесс формирования поля языкового напряжения в сложном синтаксическом целом художественного текста:

Стояла глубокая осень (I) (1). Земля промёрзла и звенела под колёсами экипажей, как стекло (II) (2). Начинал выпадать снег, но сейчас же таял, превращаясь в тонкий слой льда (III) (3). Пешеходы падали (IV), лошади спотыкались (V), и движение даже по главной улице заметно уменьшилось (VI) (4). Вообще весь город точно спрятался (VII) (5). Это была пора семейных радостей и маленьких домашних удовольствий (VIII) (6). Никого не тянуло вон из дома (IX), и люди сгрудились, как сбившаяся на зимних становищах перелётная птица (X) (7). (Д. Н. Мамин-Сибиряк. Падающие звёзды).

Тема - Глубокая осень. Именно это понятие включает в себя весь семантический набор данного сложного синтаксического целого. Это словосочетание находится в первом предложении, являющемся зачином сложного синтаксического целого.

На фонетическом уровне в данном сложном синтаксическом целом активизированы следующие многосложные слова: глубокая, колёсами, экипажей, превращаясь, пешеходы, спотыкались, движение, уменьшилось, удовольствий, не тянуло, сгрудились,

сбившаяся, становищах, перелётная. Надо отметить, что многосложных слов в данном сложном синтаксическом целом довольно много, но пять из двенадцати находятся в седьмом предложении.

Активизированы слова с группами согласных промёрзла, удовольствий, сгрудились и слово с зиянием вообще.

Нельзя не заметить большое количество слов с шипящими и свистящими звуками, в частности слова, начинающиеся на [с], [с’]: стояла, стекло, снег, сейчас, слой, спотыкались, семейных, становищах. их особенно много в четвёртом предложении (10) и десятой предикативной части (9).

На морфемном уровне особо выделено одиночным суффиксом -овищ- слово становищах, отмеченное и на фонетическом уровне, оно находится в осложнении последней предикативной части, являющейся концовкой ССц.

языковой особенностью является частотное употребление слов с приставкой с- : спрятался, сгрудились, сбившаяся и соотнесённость по употреблению приставок: пре- - превращаясь / пере- - перелётная. оба слова уже попадали в поле нашего внимания.

На лексическом уровне выделены слово вон, во всех толковых словарях русского языка имеющее помету - разговорное, слово становищах (‘место стоянки’ [4в]), этимологически связанное со словом стояла, находящегося в зачине.

Слова радость и удовольствие шестого предложения противопоставлены лексическому набору слов четвёртого и пятого предложений, что соответствует противопоставлению описаний осени на улице и дома.

Слова лёд и стекло, не находясь в лексических отношениях друг с другом, вступают в ассоциативные взаимоотношения, так как предметы, ими обозначаемые, имеют одинаковые качества (прозрачные, блестящие, острые, опасные и т. п.).

Слово сгрудились имеет в словарях следующие значения и коннотации: сов. разг. ‘Собраться вместе тесной толпой, массой’ [4а]; сов. разг. 1. ‘Собраться вместе’. 2. ‘Сосредоточиться в большом количестве на небольшом пространстве, близко друг к друга (о домах, строениях)’ [4б]; сов. (разг.). ‘Собраться в тесную группу, в кучу, образовать толпу’. [4в].

На морфологическом уровне выявляется следующий количественный состав частей речи: существительных - 21, глаголов - 14, прилагательных - 7, что свидетельствует о статичности описания, с одной стороны, и о замедленном движении всего живого глубокой осенью, с другой стороны. Это подтверждает и предикативный центр шестой предикативной части: движение...уменьшилось.

Активизировано употребление категории числа существительного птица: форма единственного числа употреблена в значении множественного, чтобы представить определённый образ людей как целостной массы, нивелируя отдельного человека.

Выделено использование наречий в четвёртом, пятом и седьмом предложениях, уже отмеченных нами ранее.

ИЗВЕСТИЯ ПГПУ им. В. Г. Белинского ♦ Гуманитарные науки ♦ № 23 2011 г.

Видо-временные формы глаголов-сказуемых акцентируют наше внимание на глаголах совершенного вида, употреблённых во втором, пятом и седьмом предложениях. План категории вида меняется от шестой предикативной части: несовершенный вид глаголов первых пяти предикативных частей свидетельствует о незавершенности действий и процессов, совершенный вид глаголов, начиная от уменьшилось, подтверждает прекращение всех действий, их завершённость.

На синтаксическом уровне вновь активизированными являются имеющие сложную структуру четвёртое и седьмое предложения, неоднократно отмеченные нами на других языковых уровнях. При этом четвёртое предложение - сложная синтаксическая конструкция с бессоюзной и сочинительной связями. А седьмое - сложносочинённое предложение минимальной структуры: продублированная структура связи между пятой и шестой предикативными частями. Подобные факты довольно часто можно наблюдать в сложном синтаксическом целом, когда определённая структура «сужается» или «расширяется», обозначая концовку ССц. Наличие безличного односоставного предложения в составе седьмого сложного предложения тоже сигнал конца сложного синтаксического целого.

использование пар однородных членов, связанных одиночным союзом, делает их своеобразными скрепами сложного синтаксического целого. Но во втором и шестом предложении однородные члены связаны соединительным союзом, образуя цельный структурно-семантический блок и реализуя одно из проявлений структурно-семантической категории синтаксиса - однородность, которая обнаруживается и на уровне сложного предложения (например, четвёртое и седьмое данного ССц). Параллелизм структур разных уровней - тоже средство связи предложений в сложном синтаксическом целом. Однородные члены (сказуемые), связанные противительным союзом но, третьего предложения - одиночная структура в данном ССЦ: семантика противопоставления присутствует в сложном синтаксическом целом, что проявляется в сопоставлении осени на улице и в доме.

Обособленное определение, выраженное причастным оборотом в постпозиции превращаясь в тонкий слой льда, также находится в третьем предложении. Слова, входящие в этот оборот, уже были отмечены на фонетическом, морфемном, лексическом уровнях, и это подтверждение явного акцента автора на этой структуре.

Сравнительные обороты находятся во втором и в седьмом предложениях. и это тоже скрепы сложного синтаксического целого. Сочетание точно спрятался шестого предложения по синтаксической роли -осложнённая форма простого глагольного сказуемого. Частица точно вносит в него сравнительное значение. Распространённый сравнительный оборот десятой предикативной части не один раз был нами отмечен: его выделенность, кроме всего прочего, - сигнал концовки сложного синтаксического целого.

В результате анализа нами получены следующие результаты: два герма активизированы по двум уров-

ням, семь - по трём уровням, семь - по четырём уровням, четыре - по пяти уровням. Понятийный ряд, представленный в двух- и трёхуровневых гермах, передаёт содержание темы ССц, реализующее целеустановку автора: Стояла глубокая осень; Земля промёрзла и звенела; под колёсами экипажей; как стекло; Пешеходы падали; лошади спотыкались; и даже движение; по главной улице; заметно уменьшилось. Поле языкового напряжения в подсистеме двух- и трёхуровневых гермов слабо напряжённое - данная подсистема репрезентирует его периферию. Тем не менее, тема Глубокая осень представлена и раскрыта в том объёме, который диктует целеустанов-ка автора. Гермы периферии поля языкового напряжения слабо активизированы, они сохраняют смысловую связанность, но не выявляют глубинных смыслов. Это та языковая составляющая сложного синтаксического целого, которая является условием перепадов напряжения поля языкового напряжения в нём.

Четырёхуровневые и пятиуровневые гермы представляют значимые для автора смыслы. Каждый герм этой степени напряжения вносит определённый акцент. Так, гермы данного сложного синтаксического целого, активизированные на четырёх уровнях, вносят следующие оттенки смысла: Начинал выпадать; но сейчас же таял - эфемерность происходящих перемен; Вообще весь город; точно спрятался - обобщённость изменений в природе и укладе жизни людей в эту пору; и маленьких домашних удовольствий - противопоставление внешних условий в природе атмосфере в доме, в семье, в душах людей; перелётная птица - усиление семы непостоянства, изменчивости состояний. Гермы данной группы, кроме смыслов целеустановки, которую они поддерживают и расширяют, вносят иные смыслы, основанные на ассоциациях, индивидуальном опыте автора и реципиента, личностном отношении к предоставленным языковым знакам, на эмоциях и т. п. Данная группа гермов, представляя околоядерную зону поля языкового напряжения сложного синтаксического целого, помогает формированию его микроидеи.

ядром поля языкового напряжения в сложном синтаксическом целом являются гермы, активизированные на пяти уровнях, - в них заключён основной смысл микроидеи ССЦ, они являются базой приращения скрытых смыслов. В данном ССЦ таких гермов -четыре: превращаясь в тонкий слой льда; Это была пора семейных радостей; люди сгрудились; сбившаяся на зимних становищах.

Первый из данных гермов сигнализирует об опасности, которую всегда несут перемены. Второй -выдвигает на первый план мир людей. Третий, благодаря слову сгрудились, «рисует» стремление людей к объединению перед надвигающейся опасностью. Четвёртый - акцентирует внимание на существующем в природе аналоге объединения маленьких и слабых в суровую пору, автор уподобляет людей в массе природным существам.

Околоядерная и ядерная зоны поля языкового напряжения в сложном синтаксическом целом позволяют сформулировать микроидею данного сложного синтаксического целого: природа и человек одновре-

менно едины и противопоставлены друг другу, человек может противостоять внешним переменам и опасностям, только сгрудившись с другими людьми.

Поле языкового напряжения в анализируемом ССЦ имеет определённую структуру перепадов напряжения: 3 - 3 - 3 - 3 - 4 - 4 - 5 - 3 - 2 - 3 - 2 - 3 - 4 - 4 -5 - 4 - 4 - 5 - 5 - 4. Первый пик - два герма околоядер-ной зоны начинал выпадать снег; но сейчас же таял -находятся в третьем предложении и сигнализирует о нестабильности описываемой картины. Второй пик -герм ядерной зоны превращаясь в тонкий слой льда -также находится в третьем предложении и сигнализирует об опасности происходящих перемен. Третий пик -два герма околоядерной зоны вообще весь город; точно спрятался - находятся в пятом предложении и, обобщая информацию о происходящих переменах в природе, связывают её с описанием поведения людей в этот период. Четвёртый пик - герм ядерной зоны Это была пора семейных радостей усиливает контраст противопоставления перемен в природе и в жизни людей. Следующий пик - два герма околоядерной зоны и маленьких домашних удовольствий; Никого не тянуло вон из дома - дополняет, усиливает, уточняет характер поведения людей в эту пору. Последний пик ССЦ -два герма ядерной зоны и один околоядерной люди сгрудились, как сбившаяся на зимних становищах перелётная птица - находится в седьмом предложении и сигнализирует о самом значимом для автора смысле данного сложного синтаксического целого, то есть о способе преодоления людьми трудностей, возникающих от перемен, которые происходят в природе в пору глубокой осени. Последний пик напряжения поля языкового напряжения в ССЦ - сигнал концовки.

Структура перепадов напряжения в поле языкового напряжения в сложном синтаксическом целом художественного текста позволяет показать не только динамику развития мысли автора в процессе продуцирования сложного синтаксического целого, но и способ её подачи для облегчения её последующего восприятия. кроме того, поле языкового напряжения в ССЦ художественного текста делимитирует данную языковую единицу и чётко обозначает её границы. Так ядерный герм Это была пора семейных радостей настолько привлекает внимание, что может восприниматься как зачин нового ССЦ. Но структура перепадов напряжения в поле и их общая картина решает вопрос однозначно - это начало шестого синсеман-тичного предложения данного ССЦ, потому что в противном случае шестое-седьмое предложения ССЦ будут представлены только околоядерными и ядерными гермами, что противоречит самому понятию поля: поле может быть представлено в совокупности как зоной высокого, так и низкого напряжения, потому что

именно сопоставление этих зон проявляет значимость определённых единиц. кроме того, наше исследование подтверждает следующее положение: важнейшей характеристикой поля языкового напряжения в сложном синтаксическом целом художественного текста является обязательное наличие как ядерных, так и периферийных гермов.

Таким образом, анализ формирования поля языкового напряжения в сложном синтаксическом целом в художественном тексте позволил сделать следующие выводы: 1) поле языкового напряжения охватывает все языковые единицы сложного синтаксического целого и состоит из зон разной напряженности; 2) ядерная зона поля языкового напряжения состоит из гермов, активизированных автором на пяти языковых уровнях, и содержит основные смыслы микроидеи; околоядерная зона поля языкового напряжения состоит из гермов, активизированных автором на четырех языковых уровнях, она «расширяет» целеустановку автора и способствует формированию микроидеи; периферийная зона поля языкового напряжения включает языковые единицы, активизированные на двух / трех языковых уровнях и реализует целеустановку автора; 3) поле языкового напряжения в сложном синтаксическом целом художественного текста всегда представлено тремя зонами (ядерной, околоядерной и периферийной) и обладает определенной характерной для него структурой, предполагающей перепады напряжения на два и три уровня как в соседних гермах, так и через герм и ровность напряжения преимущественно в периферийной зоне.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Босова Л. М., Герман И. А. Перспективы использования полевой модели в современной лингвистике // Методология современной лингвистики: проблемы, поиски, перспективы. Сб. статей под ред. Л. М. Босовой. Барнаул, 2000. С. 44-54.

2. Виноградов В. В. О теории художественной речи. М.: Высшая школа, 2005. 287 с.

3. Леденёва В. В. Идиостиль (к уточнению понятия) // Филологические науки. 2001. № 5. С. 36-41.

4. Словари: а) Словарь русского языка: В 4 т. 4-е изд., стер. / Под ред. А. П. Евгеньевой. М.: Русский язык, 1999;б) Т. Ф. Ефремова Новый толковословообразовательный словарь русского языка М.: Русский язык, 2000; в) С. И. Ожегов Словарь русского языка. М.: Советская энциклопедия, 1972.

5. Эпштейн М. Н. Знак пробела. О будущем гуманитарных наук. М.: Новое литературное обозрение, 2004. 864 с.

6. Якобсон Р. О. Избранные работы: Пер. с англ., нем., фр. М.: Прогресс, 1985. 454 с.