Лингвистика

М.Л. Хохлина

Особенности фразеологической категоризации «Своего» и «Чужого»

В статье на фразеологическом материале рассматривается бинарная культурно-когнитивная категория сознания «Свое - Чужое». Выделяется одиннадцать классификационных когнитивных признаков, которые формируют данную категорию. «Свое - Чужое» представляется как базовая концептуальная модель национального ментального пространства, обладающая свойством широкой идиоматической репрезентативности.

Ключевые слова: фразема, фразеологическая категоризация, оппозиция «Свое - Чужое», когнитивный признак, концептуальная модель.

Многочисленные исследования взаимосвязи языка и культуры нации, характерные для лингвистики начала ХХ1 в., позволяют определить «Свое - Чужое» не только как основную бинарную оппозицию мировой и русской культуры (Ю.М. Лотман, Ю.С. Степанов, Н.И. Толстой, Н.А. Завершинская, Э. Гуссерль, Г. Зиммель, К. Леви-Строс, Б. Вандель-фельс и др.), но и как языковой феномен (О. С. Иссерс, Л.И. Гришаева,

В.В. Красных, А.Б. Пеньковский, А.Н. Серебренникова, М.Н. Петрочен-ко и др.).

Возможности для наиболее полного описания категорий «Свой» и «Чужой» предоставляет культурно-когнитивная парадигма лингвистического исследования. Освоение мира как основа культуротворчества есть диалектически противоречивый процесс, т.к. «ощутить освоенное как “свое” можно лишь относительно “чужого”, “иного”, “другого”, не-своего. Лишь глядя в “зеркало” “чужого сознания”, можно попытаться увидеть и понять себя, соотносительно “чужому” или “другому”» [9, с. 5]. Соответственно, содержание образа «Свой» во многом детерминировано содержанием образа «Чужой» и является по отношению к нему вторичным.

Очевидно, что «образование культуроносных языковых знаков связано с выделением в среде бытования жизненно важных точек, что служит основой категоризации и концептуализации окружающего мира», в центре которого находится сам человек, поскольку жизнь общества в целом преломляется в жизни отдельных людей [1, с. 69].

Вслед за В. А. Масловой под категоризацией мы понимаем «когнитивное расчленение реальности, сущность которой заключается в делении всего онтологического пространства на различные категориальные области. Это структурирование мира, акт отнесенности слова/объекта к той или иной группе, способ установления иерархических отношений» [7, с. 32]. В результате осмысления объективной действительности сознание человека подводит многообразие продуктов этого процесса (ощущений, фрагментов действительности, форм материи и т.п.) под определенные категории, которые «наполняются глубоким ценностно-смысловым содержанием, а когниции, их образующие, раньше других подлежат семиотизации - первичной и вторичной» [1, с. 69].

Глубинные пласты нашего сознания состоят из категоризации объектов, принадлежащих к сферам «Своего» и «Чужого». Следовательно, категория «Свой - Чужой» рассматривается нами в качестве основополагающей категории сознания, сформировавшейся в ходе осмысления действительности. «Категоризация вербализуемого посредством косвенной номинации фрагмента мира осуществляется при помощи сопоставления

Филологические

науки

Лингвистика

признаков именуемого объекта с тем прототипом, который является фокусом соответствующей категории» [1, с. 206]. Например, функционирование фраземы как <будто, словно, точно> в воду канул <канула, кануло, канули> в значении «бесследно исчез, скрылся из виду» в когнитивном плане основывается на исходном образе воды. Согласно древним мифологическим представлениям, вода осмысляется как враждебная человеку стихия, водные глубины символически связываются с непонятным и опасным, т.е. «чужим», пространством.

Результатом категоризации как когнитивного процесса является формирование когнитивных классификационных признаков, которые выявляются в группах концептов и обнаруживаются в отдельных концептах. В пределах концепта классификационные признаки упорядочивают в единую структуру дифференциальных когнитивных признаков, образующих содержание концепта [10, с. 127]. Рассмотрение «Своего - Чужого» как базового концепта русской культуры и лингвокультуры, имеющего неоднородную структуру и сложное содержание, предполагает выявление основных когнитивных признаков, связанных с актуализацией данного концепта в речи представителей русского лингвокультурного сообщества, и описание основных фразеологических средств его объективации.

Множественность интерпретаций «Своего - Чужого» как значимой категории сознания сводится, на наш взгляд, к двум основным процессам: во-первых, категоризации, затрагивающей членение на «Свое» и «Чужое» объективной действительности, т. е. окружающего мира, и, во-вторых категоризации «Своего» и «Чужого», связанной со стремлением самоидентификации человека путем противопоставления себя другим. Анализ образных репрезентантов с семантикой «свойственности/чуждости» в данном случае способствует постижению национального самосознания, концептуализации человеком себя и мира в процессе когнитивной деятельности.

Материал исследования оппозиции «Свой - Чужой» позволил выявить одиннадцать базовых классификационных когнитивных признаков, каждый из которых представлен оппозитивными элементами - дифференциальными когнитивными признаками, которые образуют концептуальные слои, формирующие образ мира в системе координат этнической культуры.

Одним из основных проявлений реальности, с которым сталкивается человек, как только он начинает осознавать себя и познавать окружающий мир, является пространство. По словам Ю.М. Лотмана, «семиотика пространства имеет исключительно важное, если не доминирующее, значение в создании картины мира той или иной культуры. Природа этого явления связана с самой спецификой пространства. Неизбежным

фундаментом освоения жизни культурой является создание образа мира, пространственной модели универсума» [6, с. 205]. На основе архетипи-ческих представлений о сложно организованной структуре пространства можно выделить (1) когнитивный признак ПРОСТРАНСТВО, который конкретизируется дифференциальными признаками - верх/низ, правый/ левый, близкий/далекий, реальный/потусторонний мир, мир живых/ загробный мир, культурное/природное пространство, родина/чужбина и вербализуется посредством фразем типа рукой подать, у черта на куличиках, рай земной, геенна огненная, ад кромешный, взлетать/взлететь на Геликон, кануть в Лету, за бугор, отправлять/отправить на тринадцатую версту, небесное воинство, с высоты птичьего полета, говорит направо, а смотрит налево и многих других.

Данные когнитивные признаки лежат в основе «первичного» концепта «Мир» (то место, где мы живем) и «Мир - Вселенная, Универсум», которые в концепции Ю.С. Степанова связаны между собой отношениями расширения в пространстве, когда по мере освоения все более обширного пространства черты «своего» мира распространяются на более далекие территории [11, с. 245]. В семантическом пространстве языка к такой модели мировосприятия восходит, например, фразема за семь верст киселя хлебать - «прост. ирон. или шутл. 1. Поехать (пойти) очень далеко и вернуться ни с чем. 2. Напрасно и неоправданно стремиться куда-л., имея возможность достичь желаемого на месте» [2, с. 90].

Не менее значимой в моделировании картины мира оказывается категория времени. Осмысление времени означает осмысление не только бытия как такового, но и бытия человека. Через призму его языковой репрезентации можно получить доступ к пониманию современного мировидения конкретного этноса [13]. Во временном плане деление на «Свое» и «Чужое» связано с дифференцированием когнитивного классификационного признака ВРЕМЯ (2) на признаки настоящее («свое») и прошедшее или будущее («чужое»). Обозначенные признаки обладают свойством фразеологической рекуррентности, поскольку объективируются целым рядом единиц косвенно-производной номинации: в данный момент, сей момент, в данную минуту; времен очаковских и покоренья Крыма, с незапамятных времен, допотопные времена, во время оно; на носу, не за горами, на пороге и другие.

Отметим, что в основе разграничения «Своего» и «Чужого» лежит проблема целостности человека и его бытия. Выделяется три концептуально разработанных в различных направлениях целостно формирующих человеческое бытие блока его структурных составляющих: природный (биологический), социальный и духовно-душевный [8, с. 17].

Филологические

науки

Лингвистика

По мысли В. фон Гумбольдта, человек «очерчивает круг своего духовного родства, отделяя тех, кто говорит, как он, от тех, кто говорит иначе. Эта черта, разделяющая все человечество на два класса - свой и чужой, -есть основа всякой первоначальной общественной связи» [3, с. 399]. Развивая данную идею, выделим в качестве базового критерия отнесения человека к группе «своих» владение им тем же языком, что и остальные представители данной общности.

Язык даже в большей степени, нежели место в системе производственных отношений, определяет общественное бытие. Как свидетельствует

Н.А. Завершинская, «без становления национального языка немыслимо установление тесных социальных связей в границах определенных языков, невозможна культурная стандартизация и выработка общих норм. Являясь средством интеграции, язык одновременно выполняет функцию отделения от “чужих”» [4, с. 43].

Следовательно, (3) когнитивный признак ЯЗЫК конкретизируется дифференциальными признаками говорящие на одном/разных языках, понятная/непонятная речь и получает языковое выражение, например, в семантике фразем найти общий язык - «добиться полного взаимопонимания» и говорить на разных языках - «не понимать друг друга». В когнитивной базе формирования фразеологического значения каждой из фразем данной антонимической пары содержится знание о том, что именно язык есть основной интегрирующий и дифференцирующий признак представителей того или иного лингвокультурного сообщества.

Природное бытие индивида отражается в когнитивном признаке (4) ЧЕЛОВЕК (биологическое существо), детализируется дифференциальными признаками - человеческий/нечеловеческий (звериный, демонический, небесный) и репрезентируется фраземами сын человеческий, ангел земной, Аполлон Бельведерский, как с луны свалился, не от мира сего, раб божий и др.

Отмечается, что первейшей функцией языка с момента его возникновения была культурная дифференцированность общества. Позже актуальной стала функция этнической, а затем социальной дифференциро-ванности. Вербальная речь, отделяя «своих» от «чужих», с самого начала выполняла функцию групповой идентификации [12, с. 352]. Исходя из этого, в семантическом пространстве фраземики представленными оказываются также следующие когнитивные признаки, участвующие в категоризации «Своего» и «Чужого».

(5) РОД, СЕМЬЯ - родственные/неродственные отношения, объективирующиеся фраземами седьмая (десятая) вода на киселе, нашему забо-

ру двоюродный плетень; дочки-матери, жен и детей заложить, Иван, не помнящий родства и др.

(6) ВОЗРАСТ - старший/младший, ребенок/взрослый, получающие языковое выражение с помощью единиц заедать чужой век, жить (прожить) мафусаилов век, до седых волос; от горшка два вершка, дети разных народов, дети подземелья и др.

(7) ГЕНДЕР - мужчина/женщина, находящие выражение в языковой форме знаков Арина бесполденная, тургеневская барышня (девушка), евина внучка (дочка), синяя борода, мышиный жеребчик, соломенный муж, мужчина в самом расцвете сил и др.

(8) ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ - собственный, личный/принадлежащий другим, репрезентантами данных признаков являются фраземы все мое (свое) ношу с собой; беречь (хранить) пуще глаза, на свою голову, на свой кошт, не по зубам, оседлать своего любимого конька, за чужой счет, лавры Мильтиада (чужие лавры) не дают спать и др.

(9) СТЕПЕНЬ БЛИЗОСТИ - знакомый/незнакомый, друг/враг; привычный/своеобразный, необычный, реализующиеся в семантике единиц наш (свой) брат Исаакий, братцы-кролики, между нами говоря, в один голос, закадычный друг, не детей крестить, шерочка с машерочкой, ворона в павлиньих перьях, не все дома, темная лошадка и др.

(10) РЕЛИГИЯ - христианин/иноверец, верующий/неверующий, праведный/греховный, репрезентирующиеся фраземами Фома неверный (неверующий), дух противоречия, иродова душа, вечный жид, иов многострадальный, исчадие ада, божий одуванчик, быть большим католиком (папистом), чем папа, семь смертных грехов числится и др.

(11) ЭТНОС - одной/разной национальности, находят языковое выражение в таких знаках косвенно-производной номинации, как загадочная русская душа, белый арап, черный арап, французик из Бордо, цыганская душа (натура), тихий американец, сыны израилевы и др.

Таким образом, когнитивные признаки упорядочивают и действительность, и язык, т.к. объединяют концепты и их фразеологические репрезентанты. В семантической структуре знаков косвенно-производной номинации они выступают как интегральные или дифференциальные семы.

Выстраивается концептуальная модель «Свое - Чужое», в формировании которой участвует целый комплекс концептов: «Мир», «Человек», «Время», «Русь, Россия, русские, россияне», «Язык», «Женщина», «Мужчина», «Род», «Дом», «Друг» и др.

Полагаем, что справедливо будет говорить именно о концептуальной модели, а не об отдельном, пусть даже бинарном, концепте «Свой -

Филологические

науки

Лингвистика

Чужой», поскольку отсутствуют когнитивные признаки, которые были бы характерны только для названного концепта. Выделение определенных концептуальных элементов непременно приводит к тому факту, что данные содержательные компоненты наличествуют в других, в большинстве случаев - базовых, лингвокультурных концептах. Можно предположить, что в моделировании многих концептов выявляется когнитивный признак СВОЙ - ЧУЖОЙ, входящий в ядерную / периферийную зону и определенным образом соотносящийся с другими признаками в аспекте аксиологической модификации. Диалектическое взаимодействие «своего - чужого» / «чужого - своего» проясняет представление о том, что нельзя свести друг к другу свою и чужую концептосферы, что на уровне передачи смысла ситуация оказывается открытой, асимметричной [5, с. 243].

Когнитивные бинарные признаки, структурирующие концепты, могут отражаться в семантической структуре фразем в виде денотативных или сигнификативных сем, закрепляться во внутренней форме языковых знаков, содержаться в их культурно-когнитивной базе.

В соответствии с этим (1) оппозиция «Свое - Чужое» проявляется на поверхностном уровне, уровне фразеологического значения. Например, фразема на краю света (земли) [быть, находиться] - «очень далеко, неизвестно где» вербализует когнитивный дифференциальный признак далекий в рамках «чужого» пространства. В русском языке бинарность представлений выражается через фраземы с противоположной семантикой - рукой подать, под боком, не за горами и т.п., являющихся репрезентантами когнитивного признака близкий, т.е. находящийся в пределах «своего» пространства. Следовательно, семантическая категория «свойственности / чуждости» относится к одним из способов формирования антонимических парадигматических отношений внутри фразеологической системы.

(2) Оппозиция «Свой - Чужой» кроется в глубинных пластах фразеологической семантики, содержится в деривационной памяти об источнике фраземообразования, составляя ассоциативно-образный элемент значения. Например, фразема сделать себе имя - книжн. «Своим трудом добиться признания, известности» - имеет сему «свой» во внутренней форме, где гипотетически содержится и сема «чужой», поскольку образность данной идиомы возникает путем подсознательного сопоставления буквального значения лексических компонентов, прежде всего, компонента имя, и фразеологического значения единицы: путем акта номинации происходит переход человека из круга «чужих» (неизвестных) в круг «своих» (признанных).

(3) Противопоставление «Своего» и «Чужого» содержится в генетическом образе фраземы, и для его распознания необходимо владеть определенным объемом культурных знаний (культурно-когнитивной базой). Например, возьмем для анализа фразему от ворот поворот -«категорический отказ, отрицательный ответ на чью-л. просьбу, обращение». Выражение восходит к старинному русскому обычаю сватовства: если предложение принимали, сватов приветливо встречали и сажали за стол, в противном случае - не пускали в дом, и сваты вынуждены были «поворачивать от ворот» [2, с. 122]. Ворота, таким образом, являются границей между миром «своих» (родственников) и «чужих» (с кем родниться не желают). Когнитивные признаки ДОМ, СЕМЬЯ не входят в структуру актуального значения фраземы, но в диахронии сыграли существенную роль в формировании когнитивной базы рассматриваемой единицы.

Итак, в нашем понимании, «Свое - Чужое» - это, во-первых, основополагающая бинарная культурно-когнитивная категория сознания и, во-вторых, базовая концептуальная модель национального ментального пространства, обладающая свойством широкой идиоматической репрезентативности.

Библиографический список

1. Алефиренко Н.Ф. Поэтическая энергия слова. Синергетика языка, сознания и культуры. М., 2002.

2. Бирих А.К., Мокиенко В.М., Степанова Л.И. Русская фразеология. Историко-этимологический словарь. М., 2005.

3. Гумбольдт В. фон. Язык и философия культуры. М., 1985.

4. Завершинская Н.А. Оппозиция «своего» и «чужого» в современной культуре // Вестник Новгородского государственного университета. 2004. № 27.

С. 41-47.

5. Зусман В.Г. Свое и чужое как концепт культурологии // Межкультурная коммуникация / Под ред. В.Г. Зусмана. Нижний Новгород, 2001. С. 242-243.

6. Лотман Ю.М. Внутри мыслящих миров. Человек - текст - семиосфера -история. М., 1996.

7. Маслова В. А. Введение в когнитивную лингвистику. М., 2008.

8. Муррей Т.В. Проблема «Своего» и «Чужого» в контексте проблемы целостности человека // «Свое» и «чужое» в культуре народов Европейского Севера: Тезисы докл. межвуз. научн. конф. / Отв. ред. В.М. Пивоев. Петрозаводск, 1997. С. 17-20.

9. Пивоев В.М. «Свое» и «Чужое» в культуре // «Свое» и «чужое» в культуре народов Европейского Севера: Тезисы докл. межвуз. научн. конф. / Отв. ред. В.М. Пивоев. Петрозаводск, 1997. С. 5-7.

10. Попова З.Д., Стернин И.А. Когнитивная лингвистика. М., 2007.

11. Степанов Ю.С. Константы: Словарь русской культуры. М., 2001.

Филологические

науки

98

Лингвистика

12. Чужое: опыты преодоления. Очерки из истории культуры Средиземноморья / Отв. ред. Р.М. Шукурова. М., 1999.

13. Щербина В.Е. Концепт «время» во фразеологии немецкого и русского языков: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. Уфа, 2006.