О.Г.Шевченко

О коммуникативных характеристиках английского разделительного вопроса

O.G.Shevchenko

On Communicative Values of Tag Questions in English

Abstract

According to the communicative purpose sentences are traditionally divided into declarative, imperative and interrogative. Each of these types is characterized by a specific communicative purpose; for interrogative sentences it is request for some information. However interrogative in form, sentences are capable of rendering quite a lot of various meanings, which can be illustrated on the material of tag questions. The most important functions of such questions are: to check up one’s guess, to express one’s opinion. Besides, they can be used to develop the conversation, to express polite request (or, vice versa, to attach the utterance some rudeness), to ask for information, to express feelings of different nature (surprise, interest, reproach etc.), to make the utterance sound ironic or sarcastic. In order to understand the meaning of a tag question we are to analyze it not in isolation but together with the answer that follows it. In accordance with the theory of speech acts tag questions can be described as questives (direct speech acts), representatives, directives and expressives (indirect speech acts).

Прагматические исследования языка, получившие наиболее интенсивное развитие в последние десятилетия, сделали необходимым пересмотр некоторых универсалий традиционного синтаксиса. В лингвистике издавна существует понятие коммуникативных типов предложения - повествовательного, вопросительного, повелительного; каждый из них характеризуется набором признаков семантического, грамматического и фонетического свойства, среди которых ведущая роль принадлежит цели высказывания. Вместе с тем, помимо названных основных коммуникативных типов, существует целый ряд предложений промежуточного характера, где, к примеру,

повествовательное по форме предложение представляет собой по сути просьбу, т.е. предложение повелительное по содержанию; риторический вопрос по смыслу является утверждением, т.е. его коммуникативная цель соответствует цели повествовательного предложения и т.п. Лингвисты неоднократно предпринимали описание таких промежуточных типов; так, М.Я Блох выделяет, помимо трех основных коммуникативнбых типов, предложения повествовательно-вопросительные и вопросительно-

повествовательные, повествовательно-побудительные и побудительноповествовательные, вопросительно-побудительное и побудительно-

вопросительное [1, 111-112].

Вопросительные предложения представляют собой один из кардинальных коммуникативных типов. Они разнообразны, многоплановы, и поэтому могут классифицироваться на основе разных признаков. Это ведет к множественности существующих классификаций.

С точки зрения коммуникативной классификации, среди вопросов выделяются две основные группы - собственно-вопросы, направленные на выяснение неизвестной информации, и несобственно-вопросы, задавая которые, говорящий преследует иные цели, нежели выяснение неизвестного компонента положения дел. Такие вопросы могут выражать предположение, догадку о действительном положении дел, констатацию факта, просьбу, выполнять контактоустанавливающую функцию и т.п.

Классификация вопросов по расчлененности предполагает, относится ли вопрос к компонентам описываемого положения дел или же к ситуации в целом. С этой точки зрения различают вопросы частные и общие. Так, общевопросительные - это предложения, в которых вопрос относится к связи подлежащего и сказуемого. Иногда характер расчлененности вопроса связывают с наличием или отсутствием вопросительного слова.

Наиболее популярной является классификация вопросов по средствам выражения. Согласно этому признаку, описываются, в частности: 1) во-

просы с вопросительным словом (специальные) и без вопросительного слова (общие); 2) вопросы альтернативные и неальтернативные, по критерию наличия или отсутствия части, присоединенной с помощью союза «или»; 3) вопросы с инвертированным (по сравнению с повествовательным предложением) и прямым порядком следования подлежащего и сказуемого; 4) выделяются различные виды вопросов на основе интонации и т.д. Таким образом, эта классификация частично пересекается с классификацией по расчлененности.

Главная характеристика вопросительного предложения - направленность на получение информации. Однако, как известно, далеко не каждое предложение такого рода ориентировано на выяснение неизвестного; полагают, что с помощью вопросительных предложений можно производить все основные действия, которые осуществляются посредством языка вообще [4,49]. В соответствии с этим обстоятельством вопросы делятся на собственно-вопросы (реальные, информативные, прототипические) и не-собственно-вопросы (неинформативные, презумптивные, квазивопросы, псевдовопросы) [4,6].

Всестороннее изучение свойств вопросов невозможно без анализа ответов; тем не менее, в лингвистической литературе ответы исследованы значительно меньше, чем вопросы, так как в течение долгого времени рассматривались как самостоятельные суждения, эквивалентные повествовательным предложениям. Между тем ответ входит в число основных критериев оценки вопроса. С этой точки зрения вопросы могут быть, с одной стороны, исследовательскими, которые содержат запрос о том, что неизвестно задающему вопрос, расширяющими знание спрашивающего, и с другой стороны - подсказывающими, которые требуют подтверждения или отрицания информации, содержащейся в вопросе. Вопросы первого типа обычно начинаются с вопросительного слова и называются специальными (местоименными, частными). Ко второму типу следует отнести об-

щие и разделительные вопросы (называемые также неместоименными), в которых в той или иной степени предвидится ответ.

Между вопросами и ответами существует довольно сложная взаимосвязь. Прежде всего, следует отметить общую тенденцию наличия ответа на собственно-вопросы (хотя и в этих случаях ответ может отсутствовать по ряду причин экстралингвистического характера, включающих как конкретные коммуникативные потребности, так и различного рода мотивации социального, психологического, логического, творческого свойства) [4,24]. Несобственно-вопросы, преследуя иную коммуникативную цель, нежели непосредственное получение информации, нередко остаются без ответа или же смысл ответа может не соответствовать пропозициональному содержанию вопроса.

Будучи вопросительным, высказывание может осуществлять различные коммуникативные установки говорящего: 1) стремление к получению новой информации; 2) побуждение собеседника к действию; 3) установление контакта или поддержание беседы; 4) констатация положения дел.

В число коммуникативных установок отвечающего входит: 1) предоставление новой информации; 2) подтверждение или отрицание содержащегося в вопросе предположения; 3) уклонение от сообщения информации или от подтверждения / отрицания содержащегося в вопросе предположения; 3) поддержание контакта с собеседником; 4) побуждение собеседника к действию или запрещение этого действия.

При сравнении коммуникативных целей, преследуемых собеседниками, оказывается, что в ряде случаев наблюдается прямое соответствие между этими целями (стремление к получению новой информации - предоставление информации, установление контакта - поддержание контакта и пр.). При совпадении целей коммуникация оказывается успешной; фактор успешности отсутствует в случае уклонения собеседника от ответа или не-

адекватной реакции (ответ вопросом на вопрос или несоответствие содержания ответного высказывания содержанию вопроса).

Исследование фактического материала свидетельствует о том, что именно разделительный вопрос реже других задается с целью получения неизвестной информации и при этом не несет дополнительных коннотаций, т.е. представляет собой прямой речевой акт.

Основными функциями разделительных вопросов являются: 1) проверка предположения; 2) запрос о согласии собеседника с говорящим; 3) поиски подтверждения своей мысли; 4) выражение сомнения; 5) выражение своего мнения. Обобщив эти функции, можно выделить две основные: проверка предположения и выражение своего мнения, что составляет специфику данного типа вопроса. Второстепенные функции - завязывание и поддержание разговора, вежливая просьба, запрос информации, выражение эмоций (удивление, интерес, юмор, ирония, сарказм) [3,258]

Оттенки значений, передаваемые посредством разделительных вопросов, в определенной степени обусловлены их структурными особенностями. Так, если первая часть является положительным утверждением - выводом, к которому пришел говорящий в результате знакомства с ситуацией, а вторая часть вопроса также утвердительна, вопрос, помимо свого основного назначения, может выражать скептическое отношение, сарказм, угрозу, гнев: You’ve done that again, have you? So that’s your little game, is it? Вопросы с отрицательной первой частью и утвердительной второй нередко используются как просьба помочь, в том числе и сообщить информацию: You couldn’t lend me a pound, could you? You don’t know any flats for rent, do you? В них также может выражаться сочувствие: It ain’t half a bloody game, mate, is it? [3,263]

Отмечается, что оформление высказывания в виде разделительного вопроса более свойственно женщинам, чем мужчинам. Женской речи присуща меньшая категоричность, и одним из средств достижения этого эф-

фекта является использование разделительных вопросов, которые в таких случаях не являются запросами об информации, а выполняют, по определению Г.А.Вейхмана, второстепенные функции [3,258].

Сама сущность разделительного вопроса предполагает сформирован-ность мнения говорящего относительно обсуждаемого положения дел, поэтому в сфере этих вопросов довольно сложно провести грань между собственно- и несобственно вопросами, и, соответственно, между типами речевых актов, которые данные вопросы представляют. Структура и лексическое наполнение вопроса вряд ли могут быть критериями при решении этой проблемы, и содержание ответа представляется единственно возможным приемлемым аргументом при определении статуса вопроса. Нередко говорящий, хотя и имеет некоторое мнение относительно запрашиваемой информации, не уверен в своем предположении и нуждается в его подтверждении. Именно в этих обстоятельствах форма разделительного вопроса оказывается наиболее адекватной. Такой вопрос, как правило, сопровождается ответом: “But that’s only the third time you’ve seen her, isn’t it?” “Yes, only the third time.” Ответ может быть достаточно уклончив: “That’s how the procedure goes, isn’t it?” “Well, as far as I can see, it’s a ... well, it’s a private matter”.

Отвечая на разделительный вопрос, собеседник обычно не ограничивается кратким подтверждением или отрицанием (которые нередко являются лишь формальным ответом); зачастую далее следует развернутое высказывание-уточнение; тем самым говорящий стремится к поддержанию разговора. Такое вопросно-ответное единство полностью удовлетворяет принципу кооперации и как следствие - успешности коммуникации: “And so you have been to this Mrs Poller, have you, to investigate?” - “No; I did nothing of the sort. I happened to meet her in the paper shop.” Вопросы такого рода представляют собой косвенные иллокутивные акты, где получение прямого ответа не является непосредственной целью коммуникации.

Вполне естественно, что прямые вопросы не встречаются в потоке монологической речи, они или завершают краткий монолог, или являются самостоятельными высказываниями.

Известно, что как вопросы, так и ответы характеризуются наличием некоего эмотивного потенциала, который обычно реализуется с помощью невербальной системы коммуникации. Исследователи отмечают, что этот потенциал гораздо меньше в тех случаях, когда цель коммуникации - выявление неизвестного компонента, то есть в собственно-вопросах, где передача эмоционального или психического состояния оказывается несущественной по сравнению с главной целью.

Ответ даже на собственно-вопросы, однако, не всегда оказывается вербальным. В живой речи невербальная реакция предшествует вербальной и для собеседника бывает достаточным мимикой, жестом, взглядом подтвердить или опровергнуть истинность высказанного предположения. В подобных случаях задавший вопрос может и сам на него ответить, руководствуясь невербальной реакцией собеседника: “But you would’t believe that, would you? No; no, you wouldn’t.” Вербальная форма ответа следует, по утверждению ряда ученых, лишь тогда, когда невербальные компоненты не могут адекватно отразить нужную мысль [4,44].

Теория речевых актов, разработанная в рамках прагматики, позволяет гораздо более детально проанализировать связь между принадлежностью предложения к традиционному коммуникативному типу и фактическому его значению, в частности, рассмотреть значения, передаваемые разделительным вопросом.

Вследствие сложности и многогранности понятия речевого акта, они классифицируются по-разному. Особое внимание уделяется иллокутивной силе речевого акта, т.е. тому, что делает говорящий, осуществляя высказывание. С точки зрения иллокуции, среди речевых актов выделяются репре-зентатив (выражающий констатацию, утверждение), директив (выражаю-

щий просьбу, приказ), квестив (выражающий вопрос, комиссив (обязывающий говорящего что-то сделать), экспрессив (выражающий эмоции), декларатив (изменяющий социальный статус). Некоторые глаголы (перформативы) называют иллокутивную силу, однако их использование вряд ли свойственно для структуры вопроса. Следует, однако, заметить, что это возможно в непрямом вопросе, выступающем как придаточное предложение после глагола to ask (или его синоним) (однако такое предложение следует традиционно квалифицировать как повествовательное).

Дихотомическое деление вопросов на собственно- и несобственно-вопросы увязывается с положениями теории речевых актов, в рамках которой различаются прямые и косвенные иллокутивные акты. Кроме того, в сфере вопросительных предложений отмечается существование гибридных иллокутивных актов, в которых происходит тесное сцепление и взаимное наложение двух различных значений (в частности, совмещающих значение вопроса и просьбы).

Несобственно-вопросы нередко также передают предположение, догадку о действительном положении дел, что в принципе отвечает сущности разделительного вопроса. Грань между собственно- и несобственно- вопросом в данном случае проявляет тенденцию к стиранию, поскольку будучи задан с целью получения информации, разделительный вопрос содержит уже некое предположение, и лишь с помощью контекста можно определить степень уверенности говорящего в содержании ожидаемого ответа и, следовательно, квалифицировать его как прямой (выражающий вопрос) или косвенный (выражающий утверждение) речевой акт. Будучи косвенным речевым актом, вопрос не сопровождается ответом и часто звучит в потоке монологической речи: “ That’s what you have impressed upon me, isn’t it, since the day you came into this house? You know what you are.” “You wouldn’t like me to use force, would you? It wouldn’t be seemly.” В случае вербальной реакции слова собеседника не являются собственно от-

ветом на вопрос: “I’ll go along there an’ raise hell. And you wouldn’t like that, would you, Mrs B.?” “I have no intention of going to help her.” При этом может выражаться целый диапазон дополнительных значений; так, в следующем примере говорящий «хватается за соломинку», стремясь услышать подтверждение своей надежде: “That man, he’s been put in prison for ten years, so I won’t see him again, will I? I’ll be old then.” “ That’s right love, now you can forget all about him.”

Выступая как косвенный речевой акт, разделительный вопрос выражает утверждение, которое может быть стилистически нейтральным или сопровождаться выражением дополнительных значений эмотивного характера:

- упрек: “You needn’t have paid anyone to look after them; I offered, didn’t I?” “Yes, Mother, you did. But look what happened when I was in hospital.” - краткий утвердительный ответ сопровождается развернутым, так как собеседник стремится оправдать свои действия; “You put a high value on yourself, don’t you, Mr Bailey? How do you know my mother isn’t married.” - не дожидаясь ответа, задавший вопрос продолжает говорить; упрек может принимать форму обличения - в этом случае в ответе также нет необходимости: « You didn’t know I knew that, did you? Now Mother, will you please go home!”

- желание поддразнить собеседника: “You are such a modest man, aren’t you, Mr Bailey?” “Yes, Mrs N. That’s one of my virtues, no vanity about me.” He grinned. - собеседник дает ответ, чтобы поддержать своего рода игру; “You’re the one for making scenes, aren’t you?” “And you are the one for getting people stirred up.” - в ответ на шутливое обвинение следует адекватная реакция - такого же рода обвинение, по форме параллельная структура;

- стремление подбодрить собеседника: “They’ll find her. You know nothing gets hast Mr Bill; you know that, don’t you?”

- горечь: “Yes, we’ve got her back, a dumb child, whereas, before, she lived to talk, didn’t she?” “Well, she will again.”

- обвинение: “You are determined to disgrace yourself, aren’t you?’ - “Yes, Mother, if you say so.” Утвердительный ответ в данном случае не является подтверждением высказанного предположения, а скорее выражает протест против этого предположения.

Фактически являясь риторическим, разделительный вопрос нередко звучит среди монолога; к нему говорящий прибегает с целью выделения важной, с его точки зрения, мысли: ”Keep your fingers out of little men’s pockets. You’re on the council - aren’t you? - and as far as I understand it’s not only frowned upon but illegal to extract your pound of flesh by ten per cent in pushin’ jobs here and there.” Иными словами, разделительный вопрос может фокусировать внимание собеседника на наиболее существенных компонентах информации и помогает суммировать ее [5,77]. Будучи риторическим, разделительный вопрос может сопровождаться ответом, как в следующем примере, где говорящий стремится сгладить неловкость, возникшую в результате его неудачного выражения (использования слова to die по отношению к тяжелобольному). Наличие ответа показывает, что собеседник охотно прощает допущенную оговорку: “When she comes out and I describe these last minutes to her she’ll die.” - “The English language has got all twisted up, hasn’t it?” - “It has, Nell, it has.”

Иногда разделительный вопрос выполняет далеко не свойственную ему функцию - он способен передавать побуждение к совместному действию: “Well, we’ll have to do something to change the meaning of that word for her, won’t we?” “I don’t know how.” - реакция собеседника свидетельствует о том, что он адекватно воспринял прозвучавшее высказывание. Кроме того, такой вопрос может передавать побуждение к действию, выполняя функцию императива: “I want you to stay up here and be quiet for a time. Now you will, won’t you? You may have a picnic.” Категоричность распоряжения

смягчается благодаря его форме; однако это может быть и доброжелательный совет: “You’ll sleep now, won’t you?” - Yes, Mr Bill.” Утвердительный ответ, не являясь собственно ответом, выражает готовность собеседника последовать совету и благодарность за проявление участия. Исследователи отмечают, что первая часть таких вопросов, представляющих утверждение, не может быть отрицательной, поскольку не существует способа выразить отрицательную просьбу или приказ посредством вопроса, относящегося к будущему [4,59]. Однако это правило не распространяется на английский язык, где отрицание в первой, констатирующей части вопроса превращает его в более вежливый вариант просьбы, носящей оттенок почтительности и робости: “You couldn’t lend me a pound, could you?” “You haven’t any cigarettes, have you?” - во втором примере говорящий мало надеется на получение желаемого, однако вопросительная концовка все же превращает данное высказывание в вежливую просьбу, не откликнуться на которую было бы проявлением недружелюбия. Вследствие этого такая формулировка просьбы оставляет больше надежды на положительный результат, чем прямой вопрос Have you got any cigarettes? [3,273]

Разделительный вопрос может быть задан с целью придания высказыванию более вежливой формы, для смягчения грубости, когда говорящий вынужден сказать нечто неприятное для собеседника: She cried, “You had better go, hadn’t you?” Некоторые исследователи считают эту направленность разделительного вопроса его основной чертой. [5,76]: в большинстве случаев он направлен на то, чтоб избежать конфронтации. Вместе с тем, иногда оформление высказывания как разделительного вопроса делает это высказывание более резким и даже грубым: “When will the taxi arrive?” -“We’ll know when it gets here, won’t we?”

Разделительный вопрос нередко способен выполнять фатическую функцию, используясь в качестве средства поддержания непринужденной беседы. Такие вопросы направлены на передачу социально-

психологической коммуникации о личности собеседников, их взаимоотношениях, эмоциональном состоянии: “Aye, yes, I know what I am, but you love me, don’t you?” He was kissing her again. “And look at me! I’m all flour.” Эти вопросы звучат в потоке монологической речи и нередко остаются без ответа: “My God! you never know who you’re employing, do you? But this didn’t come out until after the jury had found him guilty.” “Life never runs smoothly, does it?” Использование разделительных вопросов позволяет беседе протекать более плавно, вовлекать собеседника в обсуждение, которое интересно обоим участникам диалога; иными словами, цель разделительного вопроса - избегать паузы или молчания [4,77]. С другой стороны, благодаря использованию таких вопросов высказывание становится более объемным, тем самым достигается его меньшая категоричность, смягчается смысл сообщения. Вопрос может быть задан с целью вовлечения в разговор: “Very nice of him, don’t you think?” - “Yes. He seems a good fellow, thoughtful.” Наличие ответа свидетельствует о том, что собеседник готов поддержать беседу и обсудить происходящие события.

Существует определенная зависимость между типом иллокутивного акта и лицом подлежащего вопроса. Если подлежащим является местоимение I, то в таких предложениях говорящий задает вопрос самому себе; кроме того, в них может выражаться вопрос о наличии/отсутствии состояния, признака или качества этого лица. Если в вопросе речь идет о действии, то он обычно относится к сфере прошлого; в противном случае он скорее касается возможности или необходимости совершения этого действия. В случае функционирования местоимения we в качестве подлежащего вопрос может касаться наличия или отсутствия совместного действия в будущем. Кроме того, такие вопросы нередко передают побуждение к совместному действию. Вопросы с you также способны передавать это значение; помимо этого, они служат для выяснения наличия или отсутствия действия или состояния.

С позиций теории речевых актов следует заметить, что косвенный иллокутивный потенциал вопросительных предложений, в частности, разделительных вопросов, оказывается достаточно широким, и его представление в виде списка иллокутивных актов зависит от классификации, которая положена в основу, поскольку конечной и единственной классификации иллокутивных актов не существует. Тем не менее, приняв за основу классификацию, предложенную Дж.Серлем, которая содержит репрезентатив, директив, квестив, комиссив, экспрессив, декларатив [6,15], можно сделать вывод о том, что разделительным вопросам свойственно выступать не только и не столько в качестве квестива (прямой иллокутивный акт), но также представлять собой репрезентатив (описывающий положение дел), директив (побуждающий собеседника к действию) и экспрессив (выражающий разнообразные оттенки эмоционального состояния говорящего) -косвенные иллокутивные акты. Однако, поскольку значение вопроситель-ности при этом сохраняется, хотя и отступает на задний план, такие речевые акты можно квалифицировать как гибридные.

ПРИМЕЧАНИЕ: В статье использованы примеры из: C.Cookson. Bill Bailey. A Corgi book. Cox & Wyman Ltd., Reading, Berks. 1986.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Блох М.Я. Теоретические основы грамматики. М., Высшая школа, 2000.

2. Бузаров В.В. Основы синтаксиса английской разговорной речи. М.. 1998.

3. Вейхман Г. А. Новое в грамматике современного английского языка. М., 2002.

4. Голубева-Монаткина Н. И. Классификационное исследование в лингвистике. Часть 2. М., 2001.

5. Engel, Nils. Tag Questions //Вопросы теории и методики преподавания иностранных языков и культур. Сборник научных статей по материалам международной научной конференции «Запад - Восток»: образование и наука на пороге ХХ1 века». Хабаровск. 2001.

6. F.Parker, K.Riley. Linguistics for Non-Linguists. Allyn and Bacon. A Division of Simon & Schluster, Inc. 1994.