Д. Ф. Григорян

НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ РАЗВИТИЯ ЛЕКСЕМ ТИПА ALIVE

Работа представлена кафедрой английской филологии Пятигорского государственного лингвистического университета. Научный руководитель - доктор филологических наук, профессор П. И. Шлейвис

В статье, посвященной особенностям развития лексем типа alive, рассматривается проблемный характер этих лексем, относящихся к категории состояния, их частеречная принадлежность, точки зрения российских и зарубежных лингвистов и исследователей на данную группу лексем, выражающих состояние как на категорию в целом.

The article is devoted to the peculiarities of development of «alive»-type lexemes, which belong to the category of state, their problematic nature, part-of-speech identity and viewpoints of Russian and foreign scholars and researchers concerning this group of lexemes as a category on the whole.

Вопрос о лингвистическом статусе лексем типа alive поставлен в грамматической науке недавно и пока не решен окончательно. Это касается как частеречной принадлежности рассматриваемых лексем, так и того, какие лексемы могут быть включены в этот разряд слов. На этот счет есть несколько точек зрения. Некоторые грамматисты1 рассматривают указанную категорию слов очень широко, что, по нашему мнению, едва ли является оправданным.

Другая группа рассматривает данную категорию немного уже, включая слова как с морфологическим показателем, так и слова, принадлежащие к различным частям речи, выражающие состояние (aloof, ill, well, glad, sorry и др.)2.

Третья же группа лингвистов рассматривает эту категорию еще уже.

По их мнению, слова типа alive имеют следующие синонимы: прилагательные, причастия II и предложные сочетания в тех же синтаксических функциях, в которых выступают слова типа alive3.

Вопрос о выделении слов типа alive в отдельную часть речи в зарубежной лингвистике совсем не ставится. Они рассматривают слова данного разряда либо в си-

стеме прилагательных, либо в системе наречия4.

В отношении частеречной принадлежности данных лексем существуют следующие точки зрения:

1. Слова типа alive необходимо выделить в отдельную часть речи. Эти слова характеризуются семантически, морфологически и синтаксически (Б. А Ильиш)5.

2. Другие лингвисты полагают, что слова данного разряда ничем существенно не отличаются от имени прилагательного. И. П. Иванова, основываясь на том, что слова типа alive не обладают всеми характеристиками прилагательного, относит данные слова к периферии имени прилагательного6.

3. Третья точка зрения была вы -двинута В. Г. Вилюманом, который полагает, что данная группа слов образует не отдельную часть речи, а лексическую категорию, ибо состояние в английском языке может быть выражено различными частями речи: именами существительными, прилагательными, причастиями II, различными оборотами речи7.

Основными семантическими и синтаксическими признаками слов категории состо-

яния (КС) служит то, что они выступают в роли сказуемого в безличных предложениях и служат для выражения состояния, а не процесса. При этом в отличие от глагола они не располагают изменением по наклонениям, временам, лицам и вообще лишены изменений.

В связи с отсутствием у таких слов изменений они долго включались в наречия, но ряд ученых (А. X. Востоков)8 указывали на их связь с глаголом. Отличие слов этой категории от наречий выражается в том, что они не употребляются в зависимости от глагола, и сначала привело к тому, что они были выделены в особую группу наречий. Для их обозначения академик А. А. Шахматов9 ввел термин «предикативные наречия». Особенно подчеркивал их отличие от наречий и кратких форм среднего рода прилагательных и употребления их в роли «присвязочных безличных сказуемых» А. М. Пешковский10, причисляя их к словам, не относящимся ни к какой части речи.

Впервые термин «категория состояния» предложил Л. В. Щерба11 в статье «О частях речи в русском языке» (1928), подчеркнув тем самым семантическую особенность этой части речи. Грамматическими признаками слов категории состояния Л. В. Щерба считал неизменяемость и способность употребляться со связкой. Но к категории состояния он включил не только безлично-предикативные слова, но и наречия, употребляемые в функции сказуемого в личном предложении, а также некоторые краткие прилагательные со значением состояния и долженствования (например, настороже, без памяти, жаль, нельзя, надобно, грустен и пр.).

Профессор С. И. Абакумов12, имея в виду их синтаксическую функцию, называет их безлично-предикативными словами.

В лингвистике, говоря о семантических особенностях слов категории состояния в русском языке, выделяется пять семантических групп, выражающих:

1) психическое состояние человека -стыдно, скверно, жарко и др.;

2) физическое состояние человека - легко, тяжело, удобно и др.;

3) умственное состояние человека - быстро, интересно и др.;

4) состояние природы и окружающей среды - холодно, тепло и др.;

5) состояние с модальной окраской -можно, необходимо и др.

Слова категории состояния в русском языке не имеют отдельной морфологической формы выражения. Морфологическая форма слов категории состояния совпадает с морфологической формой наречия и краткой формой среднего рода имени прилагательного.

Иными словами, под одной морфологической формой кроются три части речи:

1) слова категории состояния;

2) наречие;

3) имя прилагательное.

Например:

• дитя спокойно;

• мне на душе спокойно;

• река течет спокойно.

Именно такая скудная морфология слов категории состояния привела к тому, что некоторые грамматисты начали причислять рассматриваемые слова то к наречиям, то к прилагательным, выделяя отдельные группы как в составе наречий, так и в составе имен прилагательных.

Тем не менее вопрос о категории состояния как самостоятельной части речи не решен окончательно до сих пор. Это объясняется различным подходом со стороны лингвистов к принципам классификации частей речи в общем и выделению слов КС как независимой части речи в частности. Так, А. Б. Шапиро придерживался чисто морфологического принципа в классификации частей речи13, подвергая критическому анализу концепции, выдвинутые А. А. Шахматовым, А. М. Пешковс-ким, Л. В. Щербой, обращавшими внимание не только на морфологическую сто-

рону, но и на синтаксическую функцию слов в предложении.

Не всегда последовательна характери-стика категории состояния как части речи и у А. И. Исаченко14. В свою классификацию предикативов он включает:

• модальные (можно, намерен и т. д.);

• местоименные (нечего, некогда и т. д.);

• предикативы - существительные (пора, жаль и т. д.);

• состояния (хорошо, душно и т. д.);

• наличия (есть, нет).

Группу модальных предикативов автор выделяет на основании аналитического способа выражения категории времени и наклонения, местоименных - на основании употребления в качестве безлично-предикативных слов. Однако автор не учитывает тот факт, что они могут выполнять и другие синтаксические функции, например: функцию дополнения (мне нечего сказать), функцию обстоятельства (мне некуда идти) и т. д. Остальные группы предикативов различаются по морфологическому (предикативы - существительные) или лексическому признаку (предикативы чувственного восприятия, состояния, наличия).

В. В. Виноградов15 значительно углубил учение о «категории состояния». Опираясь в основном на положения А. X. Востокова, Л. В. Щербы, он поставил данную категорию в один ряд с другими частями речи, которые имеют формы времени. После работ этих ученых появляется ряд исследований, в которых слова типа «холодно» рассматриваются как безлично-предикативные слова, выражающие состояния.

В современном русском языке большин-ство грамматистов признают «категорию состояния» как самостоятельную часть речи, имеющую свои семантические, морфологические и синтаксические характеристики. Сложность выделения слов КС в отдельную независимую часть речи заключается, видимо, в том, что мы сталкиваемся с омонимичными формами, проявляющимися только в контексте, поскольку каждое вы-

сказывание, будь оно обусловлено ситуативно той или иной филологической традицией, всегда реализуется в контексте.

Слова категории состояния как в русском, так и в английском языке характеризуются единым значением - выражением состояния, но по своему лексическому составу слова категории состояния в русском и английском языках не совпадают. Значение таких слов категории состояния, как «холодно», «сыро», «весело», «пасмурно», «жаль», передаются английскими прилагательными и существительными, а не словами категории состояния.

Главными синтаксическими функциями слов категории состояния в русском и английском языках являются функции главного члена безличного предложения и сказуемого двусоставного предложения с подлежащим-инфинитивом. В современном английском языке слова категории состояния употребляются в трех синтаксических функциях: предикативного члена составного именного сказуемого (Не was asleep), объектного предикативного члена (They left him along) и необособленного постпозитивного определения или обособленного определения (The boy asleep in the chair).

По морфологической структуре слова категории состояния в английском языке можно подразделить на две группы:

1. Морфологически членимые слова -это наиболее многочисленный и продуктивный тип слов категории состояния, во-вторых, выделяется: (afire, afoot); (ablash, ablaze); (alike). Данная разновидность слов категории состояния непродуктивна в современном английском языке.

2. Нечленимые слова категории состояния:

а) слова, состоящие из основы + элемент а-, который не является префиксом, так как отсечение его не дает значимой основы (agog, afraid, aloof);

б) слова, состоящие из основы и рассматриваемые некоторыми грамматистами как слова категории состояния (glad, sorry).

Морфологические признаки слов категории состояния в русском языке следующие:

1. Отсутствие склонения и спряжения, т. е. неизменяемость.

2. Наличие суффикса -о у слов, образованных от имени прилагательных и наречий (холодно, видно, обидно, нужно).

3. Способность выражать значение времени, передаваемого связкой, с которой сочетаются слова категории состояния (грустно, было грустно, будет грустно; стало грустно, станет грустно). Отсутствие связки служит показателем настоящего времени.

4. Сохранение форм сравнения словами на -о, образованными от кратких имен прилагательных и наречий.

Например: Было тепло - станет теплее. Было легко - станет легче.

5. Соотносительность с теми частями речи, от которых произошла данная категория слов: грустно соотносится со словом грустный, тепло - с теплый, тяжело - с тяжелый, морозно - с морозный. Однако этот признак свойствен не всем словам категории состояния: например, совестно в современном русском языке не соотносится с «совестный », можно не соотносится с «можный».

Таким образом, слова категории состояния выделяются в особую лексико-грамматическую группу на основании семантических, морфологических и синтаксических признаков, основные из которых следующие: значение «недейственного» состояния, функция безличного сказуемого, неизменяемость и морфологическая соотносительность с прилагательными, наречиями и существительными.

Согласно М. И. Стеблин-Каменскому16, бессмысленно рассматривать такие «спорные» группировки слов, как категория состояния, модальные слова и т. п., в качестве отдельных частей речи, поскольку само понятие частей речи очень расплывчато. В качестве примера он берет существительное и оспаривает его основное значение предметности из-за того, что, являясь предметным в своем грамматическом

значении, лексическом значении оно может быть как предметным (стол, стул), так и не предметным (красота, хождение, равенство). При этом становится непонятным, какое значение главнее. Если исходить из такого подхода, то говорить о категории состояния как о новой части речи получается целесообразным ровно настолько, насколько можно говорить о существительном или глаголе как о самостоятельной грамматической категории. При этом категория состояния оказывается не «категорией в категории прилагательного», а группой слов, наделенной общими грамматическими и лексическими признаками, которые явно отличают ее от прилагательных и других частей речи. Наличие противоречивости при определении категориального статуса той или иной группы слов действительно встречается.

В английском языке слова категории состояния впервые были выделены Б. А. Иль-ишом в 1948 г.17 За основу им были взяты три основных признака частей речи:

1) обобщенное грамматическое значение: для категории состояния - значение состояния лица или предмета;

2) функциональный признак: предикативное или постпозитивно-атрибутивное употребление;

3) морфологический признак: наличие префикса -а- и отсутствие степеней сравнения.

Эта попытка первой классификации слов категории состояния в английском языке испытала на себе сильное влияние «категории состояния», описанной Л. В. Щербой, в результате чего в нее были включены не только слова с префиксом -а типа ablaze, asleep, но и прилагательные, выступающие преимущественно в предикативной функции и передающие в этой функции значение состояния: ill, glad, sorry, а также безличные конструкции типа It is cold, it is late, it is time. При таком подходе нарушался сам принцип классификации частей речи, поскольку слова категории состояния не получили одинаковых морфологических ха -

рактеристик, не говоря уже о том, что к ним были отнесены конструкции типа It is cold, являющиеся единицами синтаксического, а не морфологического уровня.

На основании трех основных признаков частей речи, предложенных Б. А. Ильишом, построили свою классификацию лингвисты, ограничивающие категорию состояния только словами с префиксом -а. Впервые такая трактовка категории состояния приводится Л. Л. Иофик18. Спустя два года после выхода в свет книги Л. Л. Иофик появилась статья Л. С. Бархударова «О так называемой категории состояния». В ней автор выступил против выделения слов категории состояния в отдельную часть речи, относя их к категории прилагательного в качестве «специфической группы». По мнению Л. С. Бархударова, значение состояния «вполне подходит под более об -щее значение качества, свойства предмета, характерное для прилагательных: состояние есть не что иное, как временное, преходящее качество того или иного предмета или лица»19. Автор статьи показывает на примерах, что сочетаемость слов категории состояния с наречием, инфинитивом, предложным оборотом, их синтаксические функции - предикативная, атрибутивная (в постпозиции, а иногда в препозиции: this problem is an alive one), употребление в качестве объектного предика-тивного члена - все эти функциональные признаки характерны и для прилагательных. Несмотря на морфологическую неизменяемость, слова категории состояния, как и прилагательные, иногда определяются наречиями more, most, выражающими значения, эквивалентные значениям форм степеней сравнения: more afraid, more alive.

Л. И. Бармина также рассматривала слова категории состояния в качестве подкласса прилагательного, считая, что их основное отличие - это словообразовательный признак, тогда как семантически и син-

таксически они абсолютно совпадают. Более того, Л. И. Бармина считает образования типа more ashamed вполне естественными в английском языке20.

Некоторые лингвисты рассматривают данную группу слов уже не просто как подкласс прилагательного, а как периферийную часть прилагательного, частично совпадающую с периферией глагола. Согласно Н. В. Левиной, основная сложность классификации частей речи вообще (в том числе и установление категориального статуса слов категории состояния) вытекает из невозможности их строгого разграничения в силу наличия у них сходных, переплетающихся признаков21. Л. В. Птицына обращает внимание на то, что слова категории состояния, будучи объединенными в один разряд с категориальным значением состояния, дают единицы, которые распадаются на две группы, приближающиеся к наречиям и прилагательным22.

Мнения зарубежных грамматистов совпадают с мнением наших ученых. Так, многие зарубежные лингвисты-исследователи считают, что прилагательные, которые могут употребляться как в функции препозитивного определения, так и в функции предикативного члена, являются центром класса прилагательных, а те же прилагательные, которые могут употребляться лишь в одной из этих функций, находятся на периферии23.

Однако, определяя статус слов категории состояния как периферийный или промежуточный, нельзя не заметить, что промежуточный статус может означать только одно: одновременное вхождение по крайней мере в две части речи сразу. B. C. Волков24 считает, что допущение такой возможности ставит под сомнение целесообразность выделения (в английском языке) части речи вообще, обесценивая самостоятельную значимость каждого из его категориальных критериев: формального, семантического и функционального.

Таким образом, проблема категории тро дискутируемых, что ясно свидетель-

состояния и по сей день остается в грам- ствует о ее насущном характере в лингвис-

матике одной из наиболее актуальных и ос- тической науке.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Лейкина Б. М. О категории состояния в современном английском языке // Ученые записки ЛГУ. 1955. Вып. 21. № 180. С. 240-244.

2 Попова Л. О категории состояния в современном английском языке //Ученые записки. 1969. Т. 248. Вып. 24. С. 160-185.

3 Иофик Л. Л. О развитии слов категории состояния как части речи в английском языке // Ученые записки ЛГУ. 1957. Вып. 243. № 197. С. 229-238.

4 Curme G.O. English Grammar. N.Y., Lnd. 1947; Jespersen О. A Modern English Grammar on Historical Principles.Part II. Copenhagen, 1949. P. 332-335; Kruisinga E. A Handbook of Present. Day English. Part II. 1925.

5 Ильиш Б. А. О категории состояния в среднеанглийском языке // Ученые записки ЛГПИ им. Герцена. 1958. Т. 154. С. 91-102.

6 Иванова И. П. О полевой структуре частей речи в английском языке // Теория языка. Л., 1981.

С. 125-129.

7 Вилюман 3. Г. Семантика причастия II и категория состояния в английском языке: Дис. на соис. учен. степени канд. филол. наук. Л., 1949. С. 17-18.

8 Востоков А. X. Русская грамматика. 1831.

9 Шахматов А. А. Синтаксис русского языка, 2-е изд. Л., 1941.

10 Пешковский А. М. Русский синтаксис в научном освещении. М, 1938.

11 Щерба Л. В. О частях речи в русском языке. М., 1957.

12 Абакумов С. И. Современный русский литературный язык. М., 1942.

13 Шапиро А. Б. Есть ли в русском языке категории состояния как часть речи // Вопросы языкознания. 1955. № 2. С. 48.

14 Исаченко А. В. О возникновении и развитии «категории состояния» в славянских языках // Вопросы языкознания, 1966.

15 Виноградов В. В. Русский язык. М.; Л., 1972. С. 319-336.

16 Стеблин-Каменский М. И. Спорное в языкознании. Л., 1974.

17 Ильиш Б. А. Современный английский язык. М., 1948.

18 Жигадло В. Н, Иванова И. П., Йофик Л. Л. Современный английский язык. М., 1956. С. 169-174.

19 Бархударов Л. С. О так называемой категории состояния // Иностранные языке в школе, 1968.

№ 5. С. 114.

20 Бармина Л. И. К вопросу о словах категории состояния в современном английском языке. М.: Уч. записки МГПИИЯ им. М. Тореза, 1967.

21 Левина Н. В. Развитие функционально-семантического поля состояния с ядром - словами категории состояния в новоангл. языке: Дис. на соис. учен. степени канд. филол. наук. Л., 1985.

22 Птицына Л. В. Проблема слов категории состояния в соврем, англ. языке: Дис. на соис. учен степени канд. филол. наук. Ашхабад, 1982.

23 Jespersen О. Op. cit. P. 332-335.

24 Волков B. C. Именное сказуемое со словами категории состояния в англ. языке (семантический аспект): Дис. на соис. учен. степени канд. филол. наук. М., 1993. С. 46-139.