О. В. Сахарова

НАИМЕНОВАНИЯ БЕРЁЗЫ В СЕЛЬКУПСКОМ ЯЗЫКЕ

Рассматриваются фонетические варианты наименований берёзы в селькупском языке. Показано, что их происхождение тесно связано с понятием человеческого рода. В дальнейшем семантическом развитии наименований отразилось становление берёзы в качестве символа единства светлой и тёмной сторон.

Ключевые слова: селькупы; флористическая лексика; наименования берёзы.

Названия растений относятся в любом языке к основному словарному фонду, т.к. флористическая терминология складывается в процессе многовекового развития народа и познания им окружающего мира. Одним из объективных факторов, непосредственно повлиявших на формирование флористической лексики, являются сами носители языка с присущим их общности определённым уровнем духовного развития. Данный уровень отражает ту степень познания народом мира и флоры в частности, которая определяет отношение людей к природе, многие мифологические и суеверные представления. К сфере культурного развития этноса принадлежит и сам язык с его возможностями для вербального обозначения флоры.

В мировоззрении селькупского этноса, в легендах, сказках, преданиях особое место отводится деревьям, которые наделяются определёнными чертами, способностями, возрастными особенностями, что передаёт «неограниченное количество информации о национальном колорите» [1. С. 226].

Ведущее место в мифологических представлениях селькупов принадлежит священным деревьям, к числу которых относится берёза. Факт отражения символики данного дерева в языке представляет большой интерес и заслуживает особого внимания.

В письменных фиксациях, относящихся к разным синхронным срезам, отмечается целый ряд фонетических вариантов наименований берёзы.

В материалах М.А. Кастрена (XIX в.) нами выделены следующие фонетические варианты: 1) (C.-L.) NP., ОО. kue, kye; 2) (C.WV) Кар. ka; 3) (C.WV) N. kwe, kwe; Tas., Kar. kwa.

В материалах архива лаборатории языков народов Сибири (письменные фиксации XX века) фонетических вариантов отмечено больше: 1) тур. qea; 2) ka; 3) об. С qo; 4) k'o; 5) тым., тур. ka; 6) кет., тым. kpa, qPa; об. Ч, кет. qPe, qPe; об. Ш, Ч, вас. qP'e, qP'e.

В словаре Я. Алатало «Solkupisches Worterbuch aus Aufzeichnungen von Kai Donner, U.T. Sirelius und Jarmo Alatalo», в который вошли материалы К. Доннера по тымскому диалекту, У.Т. Сирелиуса по чаинскому диалекту и материалы составителя словаря по кетскому диалекту, выделяем два фонетических варианта: 1) (Don.) Ту. kua; (Sir.) Са. kue; (Al.) КМ kue; 2) (Al.) КМ kp£, kwe [2].

В соответствии с фонетическим обликом слова их можно свести в четыре основных варианта: 1) с двумя гласными в основе - qea, kue; 2) с нелабиализованными гласными - ka, qa, ke; 3) с лабиализованными гласными qo, k'o; 4) с лабиализованным согласным - qP, kp.

В имеющихся описаниях звуковой системы селькупского языка наличие фонетических вариантов наименования берёзы объясняется чередованием гласных

а - е (ср. тым. кра, кет. (Ре), гласных а - а (ср. вас. ка, тур. ка) [3. С. 94, 98, 100; 4. С. 121, 132]. Что касается лабиализованного согласного кР в южнодиалектном ареале, то, по мнению Ю.А. Морева, он развился на базе звукового комплекса к + о с последующим переходом в кро через промежуточный этап к“о. Появление формы кре объясняется утратой лабиализации и переходом о > е через о [4. С. 127, 132]. Этот путь изменений выглядит следующим образом: ко > к“о > кро > кро > кре. Исходной формой, подвергшейся изменениям, является ко. В самостоятельном употреблении наименование берёзы в таком фонетическом облике не отмечено, но оно сохранилось в уменьшительном наименовании кет. qPe-qo-цa ‘берёзка’, построенном по модели ‘берёза’ + ‘берёза’ + суффикс уменьшительности. В последовательности компонентов более древнее наименование берёзы qo, вышедшее из самостоятельного употребления, занимает позицию после распространённого в селькупских диалектах наименования qPе. Таким образом, выделенный Ю.А. Моревым звуковой комплекс к + о был на ранних стадиях развития селькупского языка наименованием берёзы. Обращает на себя внимание тот факт, что лабиализованный компонент р очень близок гласному у [5. С. 37]. Высказывается также мнение, что звуки w и у в материалах М.А. Кастрена и К. Доннера являются факультативными вариантами Р: МЯ крё, Лук. kwё, куе ‘берёза’ [6. С. 106].

Отметим, что среди наименований берёзы имеются варианты qea, кие с гласными е, и, которые впоследствии могли развиться в лабиальный р и привести к формам типа qPе. Исходя из этого, считаем наименования qea, кие наиболее древними. К такому выводу подводит тот факт, что аналогичная структура основы сохранилась в других наименованиях растительного мира: кет. киэ ‘смородина’: п'ага киэ ‘красная смородина’, qйе ‘пихта’, kйjga ‘жимолость (волчья ягода)’. Лабиализованный звук р развился на основе гласного в позиции перед другим гласным. Переход и в р подтверждается следующими примерами: об. Ш (|иэп11(1/,;1(| > (Рэг^/!( черника’; (иэ^э > (Рэ^э сосна’; об. Ч (иэз > (Рэз ‘железо’; об. Ш ((и;ф! > ((Щ!;! ‘двор’; кет. (иоп^ > (||5;111ци пойти’.

Как показывает фактический материал, изменения внешней формы слов с двумя гласными в структуре основы были разнонаправленными. Так, имеет место переход и > Р не только в позиции перед гласным, но и после гласного, ср. кет. (ои ~ (0р ‘лиственница’; (ои ~ (0Р ‘ стрежь’; об. Ч (ои ~ (0р мозг’; рйШи^ ~ рйрш^ ‘спутать’, ‘запутать’. Гласный звук в позиции после гласного подвергается элизии, например тур. qea, ел. (ё ‘берёза’. Такой путь изменений обусловил долготу гласного, которая, как отмечает Ю.А. Морев, не несёт семасиологической нагрузки [3. С. 94]. Нали-

^(

qeaNT : в

'''Ч*кс

чие долгого гласного и в наименовании ели (ср. ел. qu, kU), позволяет восстановить для него исходную форму qua, que, которая совпадает с наименованием кет. qua ‘смородина’. В этом случае можно говорить о подвижности элементов фитонимической системы, которая приводит к совпадению наименований деревьев и других растений.

Представим возможные фонетические переходы схематически:

rque

qua^.......,^^ : qua ‘смородина’, qU ‘ель’

qu

que — qPo — qPo — qPe

quo'^^ : qPe ‘берёза’, qujga ‘жимолость’

quP —— quP rqPa — qPa — qPe

: все варианты, кроме qPa, зафиксированы ^как наименования берёзы qa

<qoP — qoP

: qoude ёлка’

qo, ko

В одном из представленных вариантов, а именно в промежуточном варианте quP видим элемент, совпадающий с компонентом лексемы кет. quPeli ‘родня’ (ср. об. Ш, Ч el-aP'egu ‘родители’, об. Ч alap ‘родители’). Семантическое содержание слова quP-eli можно трактовать как «человек + родители». Оно отражает духовную связь внутри рода. Этнокультурная мотивировка лежит в основе родовой связи, а её экспонентом в растительном мире является дерево, причём для каждого рода своё.

Два варианта звукокомплексов с наименованиями берёзы quo и qPa сохранились в наименованиях месяцев: кет. quo-lan pu irret ‘май’, ‘июнь’ и тым. q|ia-lat piye ar'et ‘май’. При морфемном членении первых элементов составных наименований на морфемы quo-lan и qPa-lat выделяется, с одной стороны, общий quo - qPa, с другой стороны - компоненты -lan и -lat, имеющие сходное значение. Первый из них совпадает с компонентом лексемы об. С lan-koc' ‘труп’, а второй -с компонентом лексемы об. Ч, вас., тым. lat-tar ‘покойник’, ‘чёрт’; тур. lattar-kjl ‘могила’. Таким образом, лексемы quolan и q|ialat в наименованиях месяцев являются семантическими эквивалентами, обозначающими мёртвое дерево или мёртвое растение. Сравним вторые элементы составных наименований: кет. pu, тым. piye. Как показывает материал, они совпадают в своих значениях. Оба элемента вычленяются в качестве корневых морфем в глаголах об. Ч puutugu, puptugu ‘спутать’, ‘запутать’ и puytespugu ‘петлять’, ‘путать’. Для них выделяется сема «переплетение». Следовательно, в рассмотренных наименованиях месяцев заложена информация о том, что в определённый период годичного цикла дерево есть не что иное, как переплетение мёртвых ветвей. Это же состояние дерева отражено в наименовании кет. qPen-mo-lan put'i ‘берёзовая почка’ (букв. березняк = ветвь = мёртвый = ядро). Если в последнем случае фигурирует определённый вид дерева - берёза, то в наименовании месяца кет. quo-lan pu irret ‘май’, ‘июнь’ заложен звуковой комплекс, обозначавший обобщённый образ дерева, т.е. род ‘дерево’. Таким образом, соотнесённость рода/племени в чело-

веческом коллективе и рода/вида в растительном мире имеет общий источник происхождения, который обозначался одним и тем же звукокомплексом. Это соответствие существовало и в человеческом коллективе (общине), и в мире растений, которые становились двойниками индивидам родовой организации.

Рассмотрим производные от наименований берёзы: ел. qeqaja, тур. qag'іja ‘берёзка’. Уменьшительность передаётся суффиксом ^а. Морфемное членение позволяет определить способ словообразования данных фитонимов - словосложение: qe + qaja, (й + g'ija. Компоненты состоят из наименований берёзы: ел. qё; вас. ка; тур., вас. (й. Среди рассмотренных фонетических вариантов наиболее близким по фонетическому облику варианту g'i является об. С к'о ‘берёза’. Считаем, что g'i было также наименованием берёзы и сохранилось не только в структуре данной лексемы. Если поделить её на компоненты (й + g'ija и сопоставить второй из них с компонентом лексемы тур. amэr-kija ‘Бог’, ойконима k'ija-roPo (ср. об. Ш k'еja-r^n ки^еге ‘Кияровский чвор’), этнонима к'цепкит, то становится очевидным факт материального совпадения наименования берёзы и имени рода. Исходя из этого, мы можем трактовать этноним к'^епкит как «берёзовый человек» и считать, что человек в миропонимании селькупов произошёл от берёзы, но не от qa, (й, ке, а от к'о, к'е, к'ї Полагаем, что звуковыми комплексами к'о, к'е, кЧ обозначали также духов рода, которых особо почитали, ср. об. Ч к'П'е, к'еі'е ‘амбарчик для духов (на ножках)’. Отметим, что в селькупских диалектах имеет место чередование j ~ 1' [7. С. 74].

По мнению этимологов, слово изначально было поэтической единицей, содержащей в себе образ. Образы инстинктивны и являются результатом «коллективного бессознательного», которое наследуется человеком, а не развивается индивидуально [8. С. 70; 9. С. 23, 216; 10. С. 8]. Образы порождают символы, представляющие собой знак, оплодотворённый мыслью, за которым скрывается какой-либо смысл (сложный образ, мотив, идея, сюжет). Символ даёт основание для множества ассоциаций и толкований, как взаимодополняющих, так и противоположных [10. С. 4, 9].

По нашему мнению, в селькупском языке берёза qe, (й выступала символом света, а qa передавала идею затухания света. К производным от лексемы qa можно отнести об. Ч qadz'a, вас. qat'a, qat'ap свет’: arendэ qat'ap ‘лунный свет (в полнолуние)’. Семантическое развитие направлено в сторону затухания: ср. об. Ш kapt^gu, об. С kapt'egu потушить’; об. Ш kapt^d'igu угаснуть’; кет. qabde копоть’; кет. qabdigu, (ринКтди ‘закоптиться’; тур. qaptiqo, об. С, Ш, кет. qaptugu, об. Ч, кет., вас. qaptэgu ‘потушить’, ‘погаснуть’; об. Ч qaptedz'espugu угасать’; вас. qaptedzэmbugu гаснуть’; вас. qapte1gu ‘затушить’; вас. qaptespugu ‘затухать’; об. Ш, Ч, кет. qaptэmbэgu ‘погаснуть’, т.е. стать чёрным, приобрести тёмный оттенок. Это значение проявляется в наименовании ягоды: об. Ш, Ч, вас., тым. qapte, об. С, кет. qapti, кет. qapti, об. С qapz'e, ел. qapt^ topr, qapte1' topr ‘смородина (чёрная)’.

Таким образом, полагаем, что лексема ka, являющаяся наименованием берёзы, представляет собой семантический этимон лексического пласта с общей се-

мой (архисемой) «переход от светлого к тёмному». Одним из направлений семантической деривации является выход на правую, тёмную сторону, и ‘берёза’ ka в этом случае могла быть символом угасания человеческой души, которая готовится уйти в другой, тёмный мир, чтобы получить затем новое рождение.

Лексема (а послужила семантическим этимоном для ряда лексем также со значением ‘свет’: вас. qаd'a ‘свет’, вас. qаd'aul ‘светлый’ (ср. вас. аrendэ qаd'a ‘ лунный свет’, т.е. свет во тьме), но данной лексемой передаётся свет в потустороннем (тёмном) мире, где тоже есть жизнь. В этом мире, как пишет Е.Д. Прокофьева, существуют «солнца тень» и «месяца тень», которые ущербны и светят тускло [11. С. 112].

Два начала, тёмное и светлое, совмещает понятие «седой»: об. С (о1, qoje; об. С qojergu ‘поседеть’; об. Ч (о1г^ ‘стать седым’. В рассмотренную выше схему фонетических переходов укладывается также следующий путь изменений: (о1 ^ (о ‘берёза’ ^ (о ‘берёза’; qoje ^ qOe ^ (ов ‘лиственница’. Если это предположение верно, то для наименований берёзы (о и (о был иной источник происхождения, чем для ka, ка, ква, и, видимо, общий с наименованием лиственницы (ов, а именно (о1, qoje. В этом случае и лиственницу, и берёзу (о, (о можно считать символом перехода из тёмного мира в светлый.

Что касается наименований берёзы ka и ка, то они отражают такую особенность реального мира, как свет, но свет во тьме. Эта особенность нашла отражение в культуре этноса в том её фрагменте, который хранит информацию о берёзе как двуполовинном дереве.

Производные от лексем, совпадающих с наименованиями берёзы kpe, кр'е, (в'е, (ва, имеют значения «красивый», «светлый»: об. Ш kв'еd'idi; об. Ч кв^/М1 ‘ красивый’; вас. (в^Ч, qв'еd^d^l; об. Ч (в' еdz'edэl ‘красивый’. Семантика подкрепляется фонетически за счёт палатализации согласного в. Лексема (в'е имеет дериваты: об. Ш ‘берёзка’; вас.

qP^gal tpet ‘берёзовая берёста’; вас. qP'en, qP'ena ‘березняк’; вас. qP'enazak, q|i'enosak березняк’; об. С qPed'i, qPed'enti; вас. qPed'ital; об. Ч qlied/'idil красившій’; об. Ш kped'endi ‘красившій’; об. Ш k|ieda ‘свет’; тым. qPedak ‘луч’; вас. qPedambugu светить долго’; об. Ч qPedz'igu ‘осветить’; ‘ослепить’; Ив. t'eljt kpeda ‘солнце светит’; кет. qPedig'i ‘левый’, слева’; об. Ч taba qPedagi amda он слева сидит’; об. Ч q|iad/.'idil ‘красившій’; об. С q|5;it'a ‘левый’ (левый ~ светлый ~ красившій).

Это направление семантического развития было закреплено фонетически лабиализованным звуком Р', который образовался на базе гласного в позиции перед другим гласным.

Подводя общий итог, констатируем, что в разных наименованиях берёзы нашло отражение единство двух противоположностей: с одной стороны, ka символизирует переход от светлого к тёмному и qa является символом света в потустороннем (тёмном) мире (‘тусклый свет’), с другой - kpa, qPa, kpe, qPe, kp'e, qP' e имеют значения ‘свет’, ‘красота’. В результате берёза предстаёт как двуполовинное дерево.

Данное утверждение согласуется с мировоззрением селькупов. Согласно их представлениям, на самом верхнем, седьмом, ярусе неба на берегу озера росли семь жертвенных деревьев. Три из данных небесных деревьев принадлежали фратрии Орла, три - фратрии Кедровки, а седьмое дерево (берёза) было общим [11. С. 110-111; 12. С. 84]. При этом фратрия Орла по составу входящих в неё родов ассоциировалась со светлыми, небесными птицами, в то время как фратрия Кедровки - с животными тёмного мира [13. С. 92, 186, 320].

Таким образом, выводы, сделанные нами на основании рассмотренного фактического материала, находят подтверждение в этнографических данных и позволяют констатировать тот факт, что берёза, находясь в центре и объединяя две фратрии, действительно олицетворяет объединение светлой и тёмной сторон.

СОКРАЩЕНИЯ

Вас. - васюганский диалект; ел. - елогуйский говор; кет. - кетский диалект; Лук. - Лукьяново; МЯ - Максимкин Яр; нар. - нарымский диалект; об. - обский ареал (об. С, Ш, Ч); об. С - обские говоры Сюсюкум; об. Ч - обские говоры Чумылькуп; об. Ш - обский говор Шёшкум и Шёшкуп; таз. - тазовский диалект; тур. - туруханский говор; тым. - тымский диалект; C.-L. - M.A. Castren und T. Lehtisalo. Samojedische Sprachmaterialien. - Helsinki, 1960, Suomalais-Ugrilainen Seura. - 462 S.; C.WV - M.A. Castren. Worterverzeichnisse aus den samojedischen spra-chen. - St. Petersburg, 1855.

ЛИТЕРАТУРА

1. Хисматова А.Р. Названия древесных растений как элемент национальной языковой картины мира // Лексические и грамматические катего-

рии в свете типологии языков и лингвокультурологии: Материалы Всерос. науч. конф. Уфа: Изд-во БашГУ, 2007. С. 226-229.

2. Solkupisches Worterbuch aus Aufzeichnungen von Kai Donner, U.T. Sirelius und Jarmo Alatalo. Zusammengestellt und herausgegeben von Jarmo

Alatalo. Lexica Societatis Fenno-Ugricae XXX. Helsinki, 2004. 466 s.

3. Морев Ю.А. Система вокализма обского говора селькупского языка // Языки и топонимия Сибири IV. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1971. С. 94-106.

4. Морев Ю.А. К вопросу о развитии лабиализованных согласных в селькупском языке // Советское финно-угроведение XI. Таллин, 197З. № 2.

С. 126-1З4.

З. Морев Ю.А. Фонетические данные для определения места ласкинского говора в системе диалектных подразделений селькупского языка // Языки и топонимия Сибири VI. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1977. С. 29-З8.

6. Купер Щ.Ц. О системе консонантизма кетского диалекта селькупского языка // Языки и топонимия. Томск, 1981. С. 102-107.

7.ХелимскийЕ.А. Компаративистика, уралистика: Лекции и статьи. М.: Языки русской культуры, 2000. 640 с.

8. ЮнгК.Г. Сознание и бессознательное: Пер. с англ. СПб.: Университетская книга, 1997. З44 с.

9. Антонян Ю.Н. Миф и вечность. М.: Логос, 2001. 464 с.

10. Горчаков Г.С. Символизм в культуре. Томск: Твердыня, 2007. 378 с.

11. Прокофьева Е.Д. Старые представления селькупов о мире // Природа и человек в религиозных представлениях народов Сибири и Севера. Ленинград, 1976. С. 106-128.

12. Ким А. А. Очерки по селькупской культовой лексике. Томск: Изд-во НТЛ, 1997. 219 с.

13. ТучковаН.А. и др. Мифология селькупов / Науч. ред. В.В. Напольских. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2004. 382 с.

Статья представлена научной редакцией «Филология» 16 апреля 2009 г.

З1