13. Coston, H. Dictionnaire des pseudonyms [Text] / N. Coston. - Paris : Publicatons Henri Coston, 1982. -T. 1. Nouvelle edition corrigée. - 260 p.

14. ChedidMatthieu [Electronic resource]. - URL : http:// fr.wikipedia.org/wiki/Matthieu_Chedid (дата обращения : 28.02.2012).

15. Dany Brillant [Electronic resource]. - URL : http:// fr.wikipedia.org/wiki/Dany_Brillant (дата обращения : 25.02.2012).

16. Damaisin Patrice [Electronic resource]. - URL : http:// fr.wikipedia.org/wiki/Patrice_Damaisin (дата обращения : 29.02.2012).

17. Daumier Sophie [Electronic resource]. - URL : http:// fr.wikipedia.org/wiki/Sophie_Daumier (дата обращения : 28.02.2012).

18. Dauzat, A. Les noms de personnes. Origine et évolution. Prénoms - Noms de famille - Surnoms - Pseudonymes [Text] / A. Dauzat. - Paris : Delagrave, 1950.

- 213 p.

19. Delly[Electronic resource]. - URL : http://fr.wikipedia. org/wiki/Delly (дата обращения : 25.02.2012).

20. Duras Marguerite [Electronic resource]. - URL : http://fr.wikipedia.org/wiki/Marguerite_Duras (дата обращения : 29.02.2012).

21. Guitry Sacha [Electronic resource]. - URL : http:// fr.wikipedia.org/wiki/Sacha_Guitry (дата обращения : 25.02.2012).

УДК 811.111 ББК 81.1

Е.В. Лукьянова

матрично-сетевой подход при описании концепта потеря / Loss

В рамках настоящей статьи рассматривается один из способов организации концепта ПОТЕРЯ / LOSS, а именно: когнитивная матрица. Автор предпринимает попытку обоснования использования матричного подхода для описания исследуемого концепта, представляющего по своей структуре слоистое, многоуровневое образование, являющееся комплексной сущностью, имеющей в своем составе определенное количество взаимосвязанных концептуальных областей - когнитивных матриц.

Ключевые слова: концепт; потеря; когнитивная матрица; категоризация; концептуальные области; язык; речь

E.V Lukyanova

the principles of the matrix organization of the concept loss

The article considers one of the patterns that underpin the organization the concept LOSS, namely the cognitive matrix. I attempt to justify the use of a matrix approach to describe the study of the concept which represents the structure of a multi-level unit which is a complex entity having in its structure a number of interrelated conceptual areas - cognitive matrices.

Key words: concept; loss; cognitive matrix; categorization; conceptual areas; language; speech

22. Hartuch Mireille [Electronic resource]. - URL : http:// fr.wikipedia.org/wiki/Mireille_Hartuch (дата обращения : 25.02.2012).

23. Maurois André [Electronic resource]. - URL : http:// fr.wikipedia.org/wiki/André_Maurois (дата обращения : 28.02.2012).

24. Miou-Miou [Electronic resource]. - URL : http:// fr.wikipedia.org/wiki/Miou-Miou (дата обращения : 28.02.2012).

25. NasierAlcofribas [Electronic resource]. - URL : http:// fr.wikipedia.org/wiki/Alcofribas_Nasier#1532-4_:_. C3.A9crivain_avec_Gargantua_et_Pantagruel (дата обращения : 28.02.2012).

26. Piaf Édith [Electronic resource]. - URL : http:// fr.wikipedia.org/wiki/Édith_Piaf (дата обращения : 28.02.2012).

27. Soko [Electronic resource]. - URL : http://fr.wikipedia. org/wiki/Soko_(chanteuse) (дата обращения : 25.02.2012).

28. URL : http://www.lib.mn/blog/svetlana_kolosova

/179795.html. (дата обращения : 28.02.2012).

29. Franklin, А. Dictionnaire des noms, surnoms et pseudonymes latins de l’histoire littéraire du Moyen âge (1100 à 1530) [Text] / A. Franklin. - Paris : Firmin Didot, 1875. - 683 p.

Впечатляющее развитие когнитивной лингвистики пришлось на последние десятилетия ХХ в. Размышлениями о ее предмете и категориях занимались как отечественные, так и зарубежные ученые. Данная отрасль научного знания признана изучать особенности усвоения и обработки информации, а также способы ментальной репрезентации с помощью языка.

Согласно сущности когнитивного подхода к изучению языка и речи, заключающегося в перманентном соотнесении разных форматов знания с языковыми формами, и определяется интерес исследователей на современном этапе развития когнитивной науки. В фокусе их внимания, по мнению Е.С. Кубряковой, находятся вопросы взаимосвязи различных структур знания с определенным языковым материалом [Кубрякова, 2009, с. 5].

Рассматривая язык в парадигме современной когнитивной науки и когнитивной лингвистики, Е.С. Кубрякова отмечает: язык это «СРЕДСТВО ДОСТУПА к мыслительной, ментальной, интеллектуальной и ИНТЕРИО-РИЗОВАННОЙ в голове (мозгу) человека деятельности (шрифт автора)» [Кубрякова, 2009, с. 8].

Смело можно утверждать, что в настоящее время экстенсивный этап развития когнитивной лингвистики, заключающийся в накоплении специальных знаний о соотношении сведений о мире и языковых структур, завершается, и, как полагает Е.С. Кубрякова, начинается новый этап, связанный с изучением способов «подачи и распределения» информации в статическом и динамическом аспектах речемыслительной деятельности.

По мнению большинства когнитологов, язык свидетельствует о существовании в сознании человека разнообразных структур знания о мире, в основе которых лежит единица ментальной информации. Поскольку одной из задач нашего исследования является анализ языкового поля концепта ПОТЕРЯ / LOSS, то представляется необходимым рассмотреть данное ментальное образование с различных точек зрения и выявить наиболее релевантный способ его организации.

Несмотря на тот факт, что в течение последних десятилетий термин «концепт» прочно закрепил за собой статус ключевого поня-

тия в лингвистике, вопрос о его интерпретации остается открытым, а содержание этого понятия существенно варьируется в разнообразных концепциях научных школ и направлений.

Существует множество современных публикаций, имеющих своей целью обобщить обилие точек зрения на термин «концепт» и построить некую систему. Однако любая попытка со стороны лингвиста познать природу концепта связана с осознанием факта существования разнообразных точек зрения на нее.

Как полагает Ю.Е. Прохоров, «распределение взглядов исследователей на «концепт» во многом считается спорным, так как далеко не всегда из определений или описаний этого феномена можно точно установить, к чему его относят авторы, какова его структура, чем он выражается» [Прохоров, 2008, с. 22].

Понимание «концепта» различными авторами и школами практически не может быть сведено к какому-либо единству. Но очевидно, что в существующих интерпретациях термина прослеживается единая смысловая линия: концепты представлены как условные ментальные единицы (кванты, образования, ячейки, пучки и т. д.), являющиеся по своей сути дискретными, объемными, не жестко структурированными, обеспечивающие процесс мышления и отражающие культурное своеобразие народа, учитывая ценностные ориентиры и характеристики.

Для дальнейшего изложения сути и основных положений нашего исследования представляется необходимым рассмотреть и обозначить понятие концепта, приемлемое для описания ситуации потери и непосредственно концепта ПОТЕРЯ / LOSS.

В данной работе под концептом понимается, с одной стороны, «совокупность всех значений и понятий, возникающих при произнесении и осмыслении данного слова в сознании индивидуальной личности, а также система представлений, образов и ассоциаций, рождающихся при сознательном или бессознательном механизме восприятия и ассоциирования...» [Лихачев, 1993, с. 3-9]. С другой стороны, это феномен, принадлежащий к идеальному миру сознания и отличающийся своей двойственной природой: наблюдается непосредственная связь с миром (отражает

действительность или конструирует ее в сознании индивида) и связь с языком и знаками, участвующими в его вербализации [Никитин, 2003, с. 174-175].

Обозначив понятие, являющееся приоритетным для нашего исследования, целесообразно указать принципиально важные для него характеристики, демонстрирующие природу и сущность изучаемого явления: 1. Ментальная природа, его соотнесенность с языком и знанием. 2. Динамичность - способность к метафорическому (метонимическому) переосмыслению, возможность внедрения в отличную от привычной сферу употребления.

3. Интегративность - взаимодействие и взаимосвязь с другими единицами этого уровня.

4. Разнообразие типов знаковых репрезентаций, участвующих в вербализации. 5. Неоднородность содержания при сопоставительноконтрастивном анализе лексических единиц в разных культурах. 6. Условность и размытость. 7. Нефиксированная структура, проницаемость границ. 8. Коммуникативная рекуррентность исследуемого концепта, которая свидетельствует о его коммуникативной значимости, актуальности в конкретном социуме. 9. Дискурсивная обусловленность - производность от дискурса. 10. Изменчивость и поликлассифицируемость. 11. Наличие понятийного, образного и интерпретативно-оценочного компонентов.

На протяжении длительного периода в лингвистической науке существует проблема отношения между энциклопедическим и лексическим значениями слова или энциклопедическими и лингвистическими знаниями. Вопрос о том, в какой степени необходимо учитывать взаимодействие лингвистического и нелингвистического значений, остается спорным.

Абсолютно справедливо замечает

В.М. Павлов, что в центре лингвистических исследований должно находиться комплексное изучение языкового знака, с учетом взаимосвязей всех его компонентов, принадлежащих ему в языке и речи. Значение языкового знака необходимо рассматривать, исходя из «двух направлений связей, «питающих» содержание его обобщающей функции» - с фрагментом действительности и «с его актуальными семантическими наполнениями во

всем многообразии его речевых реализаций» [Павлов, 1984, с. 53].

Концепт включает в себя «помимо понятийного, рационального компонента, всю вне-рациональную, прагматически и психологически значимую информацию» [Вепрева, 2005, с. 198]. Таким образом, по мнению И.Т. Ве-превой, в концептуальном подходе к языковым фактам лингвистов в первую очередь привлекает возможность максимально охватить этнокультурную специфику языкового знака, всю коммуникативно-значимую информацию, что достаточно трудно было описать с помощью системно-структурного анализа лексической семантики.

Ученые справедливо замечают, что содержание концепта намного шире лексикографического и психолингвистического (психологически реального) значения [Попова, 2007, с. 99]. Поэтому для более полного описания необходим такой метод, с помощью которого было бы возможно определить максимальное количество его признаков, причем не, только актуально осознаваемых или общеупотребительных смысловых компонентов, связанных со словом, но и отражающих энциклопедические знания человека о предмете или явлении, являющихся достоянием коллективного или личного опыта.

На современном этапе развития когнитивной лингвистики происходит не только разработка и уточнение понятийнотерминологического аппарата, но и наблюдается тенденция конструирования и обоснования новых методов в рамках исследования языка. Можно выделить следующие относительно новые, но достаточно хорошо закрепившиеся принципы и методы когнитивного исследования языка: фреймовая семантика, прототипическая семантика, концептуальнотаксономический, когнитивно-матричный анализ и т. д.

Получение более полного описания особенностей функционирования единиц языка и речи со значением ПОТЕРЯ / LOSS в современном английском языке и обоснование «взаи-мопересекаемости» исследуемого концепта с другими концептами, на наш взгляд, актуально и целесообразно с помощью привлечения сравнительно нового метода исследования -метода когнитивно-матричного анализа, открывающего доступ к нескольким концепту-

альным областям и позволяющего получить многоаспектное осмысление ситуации потери.

Значимость данного метода очевидна, так как на данный момент развития науки наблюдается, по словам Н.Н. Болдырева, так называемый «выход за пределы собственно языковых знаний и обращение к знаниям неязыкового, энциклопедического характера» [Болдырев, 2008, с. 15]. Именно когнитивноматричный анализ обладает подобной спецификой - спецификой изучения многоаспектного знания, которое интегрирует различные когнитивные контексты в одно целое в виде когнитивной матрицы, в пределах которой та или иная языковая единица получает определенное осмысление.

Под когнитивным контекстом Н.Н. Болдырев понимает когнитивные структуры, блоки знания, которые стоят за этими знаниями и обеспечивают их понимание. Термин «когнитивный контекст» обладает большей степенью обобщения и становится в один ряд с такими терминами, как «ситуативный контекст» (А.Н. Мороховский), «cognitive domains» (R.W. Langacker), «домены», «фон» (В.И. Карасик, Е.В. Рахилина), «категориальные домены» (И.В. Чекулай), «ментальные пространства» (G. Fauconnier), «фреймы» (M. Minsky,

C.J. Fillmore). Таким образом, можно сделать вывод о том, что наблюдается расхождение терминологии при однородности дефиниции.

Важным отличительным свойством когнитивной матрицы от других когнитивных структур является ее возможность сводить «воедино знания о разных аспектах одного явления. Она обращена к нескольким концептуальным областям, ни одна из которых не является строго обязательной, хотя для формирования матрицы необходимо использование хотя бы двух из них» [Болдырев, 2006, с. 6]. Она является своего рода связующим звеном между языковыми знаниями и структурами, их репрезентирующими, и неязыковыми знаниями, которые отражают характер языка.

Когнитивная матрица способна концентрировать семантические и энциклопедические знания, а использование матрично-сетевого подхода помогает преодолеть проблему существования границы между собственно семантикой и знаниями о мире.

Одними из первых, кто предложил использовать когнитивно-матричный анализ для описания концепта, были И.В. Чекулай, Н.Н. Болдырев, В.Г. Куликов. Ученые полагают, что его более полная и точная характеристика возможна только при его погружении в определенную концептуальную область (другими словами - тот или иной домен), которая служит своеобразным контекстом, семантическим фоном. Сочетание доменов называется «матрицей доменов», «сложной матрицей» (complex matrix), служащей для описания конфигурации знания.

Основываясь на работе Н.Н. Болдырева, В.Г. Куликов определяет когнитивную матрицу как тип концепта. Такое широкое ее понимание идеально подходит для описания исследуемого концепта ПОТЕРЯ / LOSS.

Матрично-сетевой подход позволяет определить состав концептуальных областей, основанных на индивидуально-личностном опыте и знании, непосредственно имеющих отношение к ситуации потери. Основными составляющими когнитивной матрицы будут не только знания базовых концептуальных областей, отражающие восприятие мира, но и более сложные концептуальные области, описывающие различные явления [Куликов, 2008, с. 76-77].

Следует отметить, однако, что определить набор концептуальных областей, входящих в состав той или иной когнитивной матрицы, представляет некоторую сложность. Во-первых, когнитивно-матричный анализ направлен на изучение знания, которое не является ни стереотипным, ни иерархически организованным [Болдырев, 2008, с. 27]. Во-вторых, матричная система постоянно «подвержена влиянию» других концептуальных областей различного уровня сложности, а также постоянным метафорическим и метонимическим переносам из одной концептуальной сферы в другую [Чекулай, 2006; Болдырев, 2007].

По мнению некоторых ученых, использование когнитивной матрицы актуально лишь при описании лингвокультурных знаний или оценочных знаний. Однако, вслед за И.В. Чеку-лаем, мы полагаем, что «матрично-суммарный принцип» может лежать в основе концептов с абстрактным содержанием, эмотивных концептов [Чекулай, 2006, с. 140-141].

С помощью матричного анализа представляется возможным выделить общие концептуальные области, выступающие когнитивным фоном осмысления различных языковых средств репрезентации концепта ПОТЕРЯ / LOSS в английском языке. Далее обратимся к рассмотрению его матрично-сетевой организации.

В современной лингвистике принято говорить о существовании оценочной и предметной категоризации. Основу предметной категоризации, по мнению И.В. Чекулая, составляет идентификация самого явления. При оценочной категоризации возникает потребность идентификации отношения субъекта мысли к этому явлению [Чекулай, 2006, с. 134]. Исследуемый концепт целесообразно определять в единстве предметной и ценностной категоризации.

Многоаспектность и разноплановость знаний о феномене потери позволяет отнести их к знаниям матричного формата и, соответственно, представить его матрично-сетевую организацию в виде совокупности концептуальных областей: материальная потеря, нематериальная потеря, деятельность, действие, процесс, состояние.

Однако количество концептуальных областей, формирующих данную структуру, не ограничивается указанными. В.З. Демьян-ков отмечает, что при описании происходит усложнение сети семантических связей, «то, что постулировалось раньше, может прийти в противоречие с более поздно указываемыми деталями, - но все уже спасает презумпция о том, что мы идем от более простого, примитивного - к более тонкому» [КСКТ, 1996, с. 143].

Предложенный вариант когнитивной матрицы концепта ПОТЕРЯ/LOSS носит условный характер и смоделирован с целью осмысления языковых единиц, участвующих в его репрезентации.

Данные концептуальные области и лежащие в их основе концепты имеют характер динамичных структур знания, которые могут расширяться за счет включения новых сведений о данном явлении. Каждый из концептов может претерпевать дальнейшее разложение.

Итак, знания о ситуации или феномене потери, представленные в виде элементарного знания о данном явлении (сам концепт), на-

ходятся в центре матрично-сетевой системы. Концепты, представляющие концептуальные области материальная потеря и нематериальная потеря, локализованы вокруг него. Концептуальные области воздействие, деятельность, действие, процесс, состояние располагаются вокруг концептуальных областей материальная потеря и нематериальная потеря.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что с помощью матричного анализа представляется возможным выделение общих концептуальных областей, выступающих когнитивным фоном осмысления различных языковых средств репрезентации феномена потери в английском языке, и соответственно представить матрично-сетевую организацию концепта ПОТЕРЯ/LOSS в рамках предметной и ценностно-оценочной категоризации.

Библиографический список:

1. Болдырев, Н.Н. О диалектном концепте в когнитивной системе языка [Текст] / Н.Н. Болдырев, В.Г. Куликов // Известия РАН. Сер. Литературы и языка. -2006. - Т. 65, №3. - С. 3-13.

2. Болдырев, Н.Н. Принципы и методы когнитивных исследований языка [Текст] / Н.Н. Болдырев // Принципы и методы когнитивных исследований языка : сб. науч. тр. / отв. ред. Н.Н. Болдырев. -Тамбов, 2008. - С. 11-29.

3. Вепрева, И.Т. Языковая рефлексия в постсоветскую эпоху [Текст] / И.Т. Вепрева. - М. : ОЛМА-Пресс, 2005. - 377 с.

4. Кубрякова, Е.С. В поисках сущности языка [Текст] / Е.С. Кубрякова // Вопросы когнитивной лингвистики. - 2009. - № 1. - С. 5-12.

5. Куликов, В.Г. Когнитивно-матричный анализ диалектных единиц [Текст] / В.Г. Куликов // Принципы и методы когнитивных исследований языка : сб. науч. тр. / отв. ред. Н.Н. Болдырев. - Тамбов, 2008.

- С. 73-86.

6. Лихачев, Д.С. Концептосфера русского языка [Текст] / Д. С. Лихачев // Известия РАН. Сер. : Литературы и языка. - 1993. - Т. 52, №1. - С. 3-9.

7. Никитин, М.В. Основания когнитивной семантики [Текст] : учеб. пособие для вузов / М.В. Никитин. -СПб. : Изд-во РГПУ 2003. - 277 с.

8. Павлов, В.М. Темпоральные и аспектуальные признаки в семантике «временных форм» немецкого глагола и некоторые вопросы теории грамматического значения [Текст] / В.М. Павлов // Теория грамматического значения и аспектологические исследования / отв. ред. А.В. Бондаренко. - Л., 1984.

- С. 42-70.

9. Попова, З.Д. Когнитивная лингвистика [Текст] / З.Д. Попова, И.А. Стернин. - М. : АСТ : Восток-Запад, 2007. - 314 с.

10. Прохоров, Ю.Е. В поисках концепта [Текст] /

Ю.Е. Прохоров. - М. : Флинта : Наука, 2008. -173 с.

11. Чекулай, И.В. Функционально-деятельностный подход к изучению принципов оценочной катего-

УДК 81-8Г367.7 ББК 81.432.1

Т.В. Мирончук

непрототипические конструкции с продолженным инфинитивом в свете теории концептуальной интеграции ментальных пространств

Статья посвящена изучению функционирования продолженного инфинитива в системе форм английского глагола. Инфинитивные конструкции анализируются как непрототипические средства номинации различных ситуаций в свете теории концептуальной интеграции ментальных пространств.

Ключевые слова: продолженный инфинитив; восприятие; прототипическая ситуация; прототипическая / непрототипическая конструкция; бленд; ментальное пространство

T. V Mironchuk

non-prototipical constructions with progressive forms of infinitive in the context of the conceptual integration of mental spaces

The paper deals with the functioning of the progressive forms of infinitive in the system of the English verb forms. Infinitive constructions are analyzed as the non-prototypical means of situations ’ nominalization in the context of the conceptual integration of mental spaces.

Key words: progressive forms of Infinitive; perception; prototypical situation; prototypical / non-prototipical construction; blend; mental space

Грамматика опирается на знание о мире, в котором сознание говорящего выполняет роль посредника между языком и миром. Грамматические конструкции отражают мир не таким, какой он есть, а таким, каким он представлен в сознании говорящего. Следовательно, для того чтобы категоризовать какую-либо ситуацию, говорящий основывается на своем накопленном опыте и наборе уже имеющихся грамматических конструкций. В процессе категоризации окружающей действительности говорящий использует не только прототипические конструкции, но и непрототипические.

Анализ употребления инфинитивных оборотов в предложениях показал, что продолженный (Continuous) инфинитив способен присоединять, во-первых, предикаты кажимости (seem, appear), во-вторых, глагол hap-

pen, в-третьих, их контекстуальные синонимы (suppose, turne out и др. - очень редкое употребление). Простой (Simple) инфинитив сочетается практически со всеми лексико-семантическими группами предикатов, включая и предикаты кажимости [Мирончук, 2012а]. Конструкции «seem / appear + Simple / Continuous Infinitive» частотны по отношению к конструкциям с предикатами других семантических классов. Т.И. Семеновой была выделена прототипическая ситуация, которая категоризуется говорящим при помощи этих конструкций: ситуация кажимости. Набором признаков для прототипической (идеальной) ситуации кажимости по Н.Д. Арутюновой и Т.И. Семеновой являются: 1) двуплановость - совмещение реального и кажущегося миров, 2) наличие наблюдателя / самонаблюдения, 3) восприятие си-

ризации в современном английском языке [Текст]/ И.В. Чекулай; науч. ред. В.К. Харченко. - Белгород : Изд-во БелГУ, 2006. - 236 с.

© Мирончук Т.В., 2012