УДК 801=512.142 ББК 81.603 К 96

Д.Т. Кучмезова Ключевые концепты сёз “слово” и тил “язык” в идиомах и паремиях карачаево-балкарского языка

(Рецензирована)

Аннотация:

Изучая идиомы и паремии какого-либо этноса можно получить наиболее точное представление о национальном своеобразии. Цель данной статьи-охарактеризовать концепты слово и язык в карачаево-балкарском сознании.

Ключевые слова:

Ключевые концепты, ментальность, идиомы, паремии, национальная языковая картина мира.

«Ключевые» концепты, вербализованные в символических образах, отражают ментальное представление носителей языка об окружающем мире. Известно, что при изучении любой культуры особая роль отводится принципу «ключевых слов», которые предстают как особо важные и показательные слова отдельно взятой культуры. Маслова В.А. ключевыми концептами культуры называет «обусловленные ею ядерные (базовые) единицы картины мира, обладающие экзистенциальной значимостью, как отдельной языковой личности, так и для лингвокультурного сообщества в целом» [1: 51].

В любой культуре слово оценивается как вещь священная, связанная с правдой, истиной. «Об исключительно большом значении, которое придавали горцы слову, говорит огромный пласт паремиологического фонда карачаево-балкарского народа, посвященный слову, многословию, пустословию, злословию, лжи, верности слову»[2: 229]. Для карачаевцев и балкарцев слово, высказанное намерение, оценка равнозначны делу, действию, поступку: сёз да бир, иш да бир «сказать - всё равно, что сделать». Верность слову воспринималась как норма: Сёзюн тутхан/сёзюнде тургъан/ сёзюне табылгъан «тот, кто сдержит данное слово». Поэтому они всегда стараются тщательно подбирать слова, чтобы выразить мысль как можно точнее, тратят усилия, чтобы быть правильно понятыми, ненароком не обидеть.

Анализ идиом и паремий показал, что карачаево-балкарская этика ориентируется на немногословность, сдержанность: Кёп сёзлю намыслы болмаз «Многословный (человек) не будет почитаем», Кёп сёлешген кёп жангылыр «Кто много говорит, тот много ошибается». Такое качество (многоречивость) приравнивается к бесполезному занятию и ассоциируется с действиями, не имеющими смысла, пользы: Сёз кёп болса, иш аз болур «Если много слов будет, то дел будет мало», Бош сёзден файда чыкъмаз «От пустых слов пользы не будет».

В карачаево-балкарском языке множество номинаций болтливого человека: жаншакъ (гыр-гыр) «болтун, пустозвон, балабол», жаншакъ (гырылдауукъ) «таратора», «трепач», къычырыкъчы «крикун». «Ярко выраженную пейоративную окраску имеют и такие номинации болтливого человека, как карачаево-балкарское сёз къапчыкъ «болтун», «краснобай» (досл. мешок слов)» [2: 230]. Такое качество (болтливость) балкарцы сближают с ещё более негативным - сплетничанием: сёз этерге/сёз чыгъарыргъа «сплетничать», «злословить» (досл.»пустить слух, сплетню»), сёз сюрген «сплетник»(досл.»тот, кто гоняет слова»).Сёз «сплетня» - источник бед: хата сёзден чыгъады.

В языке молчаливый (немногословный) человек представлен следующими идиомами: сатмай сёзюн бермеген «немногословный» (досл. «тот, кто продает слова»),

амандан - игиден сёз къошмагъан «молчаливый» (досл. «не говорящий ни плохое, ни хорошее»). Слово украшенное, нарядное, но пустое (оймакъ, мыстысыз, айбат) подается в пословицах оппозиционно по отношению к слову, насыщенному смыслом. Прямота и лаконичность слова особо почитаются и уживаются с народным красноречием: Сёзю бичакъсыз мамукъну кеседи «Его слово без ножа разрежет вату», Ариу сёз жилянны тешигинден чыгъарыр «Красивое слово змею из норы выманит». Красноречивость свидетельствует об интеллекте и умении правильно выразить свои мысли, убедить адресата в чем-либо. В карачаево-балкарском языке существует следующая характеристика красноречивого человека: сёз излеп хуржунуна узалмагъан

«красноречивый» (досл. (он) за словом в карман не полезет»). Сёзню билген, ишни да билир «Кто умеет говорить, тот умеет и работать». Мастера слова были самыми почитаемыми людьми. О мудром и красноречивом человеке говорили: сёзю эл багъасы барды «словам его нет цены» (досл. «его слова стоят целого села»), сёзю созулгъан алтынлай «его слова как чистое золото», айтхан сёзю жерге тюшмеген «авторитетный», «уважаемый». Можно утверждать, что слово выступает показателем чести и достоинства у горцев: Адам сёзюнден белгили «Человека можно узнать по его словам», Эрни ёзюне къарама сёзюне къара «Не смотри на внешность мужчины, слушай его речь». Считалось, что у каждого слова есть свое место Хар сёзню кесини оруну. Сёзюнг тохтагъынчы аурууунг тохтасын «Пусть твоя болезнь иссякнет раньше твоих слов» - желали горцы. «Такие антиномии, как немногословность - болтливость, верность сказанному - неумение сдержать данное слово, взвешенность слов (сдержанность в высказываниях) -вспыльчивость, умение слушать - привычка перебивать и другие выступают подтверждением или отрицанием достоинства, благородства, нравственного здоровья индивида или социума» [2: 231].

Язык обозначается в карачаево-балкарском языке лексемой тил. Если иметь в виду, что язык есть орган «образующий мысль», то интеллектуальная деятельность и язык представляют собой единое целое. Язык передает мысли и чувства. В карачаево-балкарском сознании язык непосредственно связан с сердцем и умом: Тил - жюрекни тилманчыды «Язык - переводчик сердца», Тилинг айтхан жюрекге ётер «Сказанное языком доходит до сердца».

В качестве «инструмента» речи язык представляет собой символизацию, имеющую онтологический статус. Более того, «в языковой картине мира запечатлено и то, как именно язык производит речь» [3: 97]. Например, в русском языке: «трепать языком», «чесать языком», а в карачаево-балкарском языке: тили кичийди «язык чешется», тили ачылды «язык развязался, открылся». Анализ карачаево-балкарских идиом показал, что остановить движение языка можно прикусив и даже проглотив: тилин къабаргъа «молчать» (досл. «прикусить язык»), тилин жутханча болургъа «словно проглотил язык», тили артына кетерге «замолчать» (досл. «язык провалился назад»), тили айланмазгъа «язык не поворачивается».

Болтливость воспринимается «:...как неумение сдерживать себя в разговоре, говорить лишнее и ассоциируется с длиной языка, и, конечно, обозначение этого качества содержит в себе элемент фантазии» [4: 97]. Это подтверждает карачаево-балкарский материал: узун тили «длинный язык» характеризует человека, говорящего много лишнего: Тили узунну - амалы / намысы къысха «У кого длинный язык, у того возможность(совесть) коротка», Тили узунну - къарыуу аз «У кого длинный язык, у того мало сил», Аурууну аманы тилдеди «Худшее из болезней в языке». Такое качество карачаевцы и балкарцы сближают с ещё более негативным - сплетничанием: Тилчини тили хунадан ётер «Язык сплетника сквозь стену (забор) пройдёт», Тилчи бир сагъатха айлыкъ хата этер «Язык сплетника за один час нанесёт вред как за месяц», Тилчи эки шуёхну жау этер «Сплетник сделает врагами двух друзей», Халкъны арасын тилчи бузар «Сплетник испортит отношения между людьми (народом)». Поэтому балкарцы советовали: тилчиден

(тилбаракъдан) кери бол «сторонись, избегай сплетника», Тилчиге Аллахны налаты «Проклятие Аллаха сплетнику».

В карачаево-балкарском языке много идиом со значением «много говорить», «сплетничать»: тил этерге «сплетничать», тилин жетдирирге (досл. «бить языком»), тили бошланнган «сплетник», «говорун»(досл. «тот, у кого распущен язык»). В сознании народа язык может восприниматься как оружие, т.е. он может колоть, делать больно: жютю тили «острослов»(досл.»острый язык»), Тил - кесген бичакъ, сёз - атылгъан окъ «Язык - режущий нож, слово - вылетевшая пуля». Широко употребляются в современном карачаево-балкарском языке идиомы: ачы тилли «злоязычный, ядовитый язык» (досл. «горький язык»), ётюрюк тилли «лживый язык», и паремии: Тили аманны - кюню аман «У кого плохой язык - у того и день плохой», Ётюрюк тилден - тилкъау игиди «Чем иметь лживый язык, лучше быть заикой». Анализ карачаево-балкарских паремий позволяет утверждать, что язык есть и самый большой источник бед, зла: Хата тилден чыгъады «Беда исходит от языка», Тил баш жарыр «Язык голову расколет». Чтобы человек не говорил много лишнего, необходимо препятствовать движению языка: тилинги тый, къыс «останови, сожми, свяжи язык», тилинги къап «прикуси язык». Язык сравнивается с живым организмом: Тил ат кибикди, тыймасанг жыгъар «Язык как конь, не сдержишь - победит (скинет)». Тилде сюек жокъду, не сюйсенг да айтыр «В языке нет костей, что захочешь, то и скажет» - говорили карачаевцы и балкарцы, понимая, что язык надо сдерживать во избежание бед, то есть проявлять усилия над собой, поэтому в языке существуют проклятия: тилинг тутулсун «чтобы у тебя отнялся язык», тилинг къабышсын «чтобы у тебя язык замерз».

В карачаево-балкарских идиомах и паремиях человека ласкового на слова называют татлы тилли «сладкоязычный» (досл. «сладкий язык»), бал тилли «медовый язык», ариу тилли «тот, у кого красивая речь (язык)», Татлы тил не киритни да ачар «Сладкий язык откроет любой замок». Народ высоко ценил и понимал исключительную роль языка в жизни и воспринимал его как божественный дар, как святость: Тилни сыйы болмаса, тилек этген болмаз эди «Если бы не было святости в языке, никто бы не молился», Тилде харам жокъ «В языке нет греха», Тилингден акъсагъандан эсе, аягъынгдан акъсагъан игиди «Чем хромать на язык, лучше хромать на ногу», Тили жокъну, сыйы жокъ «У кого нет языка, у того нет уважения (почета)».

Анализ материала показал, что в карачаево-балкарском языке преобладают паремии и идиомы с отрицательной оценкой «многословного», «болтливого» человека. Этот факт свидетельствует о том, что «немногословность», «красноречие», «верность данному слову» соответствуют общепринятым нормам морали и нравственности, воспринимаются как нечто само собой разумеющееся. Сёз и тил являются выразителями ума, человечности и воспитанности и наиболее ярко отражаются в материале карачаево-балкарских идиом, которые аккумулируют ментальную специфику народа, характер национальной языковой картины мира карачаевцев и балкарцев.

Примечания:

1. Маслова В.А. Лингвокультурология. М., 2001. 208 с.

2. Башиева С.К., Геляева А.И. «Концепт «мера» (норма) в языковой картине мира народов Кавказа (на материале пословиц и поговорок) // Эльбрус. 2000. № 1.

3. Ромашко С.А. Язык: Структура концепта и возможности развертывания

лингвистических концепций // Логический анализ языка. Культурные концепты. М., 1991.

4. Бижева З.Х. Адыгская языковая картина мира. Нальчик, 2001. 124 с.