© М.А. Подтелкова, 2008

КЛАССИФИКАЦИЯ ЛЕКСИЧЕСКИХ СРЕДСТВ НЕМЕЦКОГО ЯЗЫКА С РАЗЛИЧНОЙ ВРЕМЕННОЙ ЭКСТЕНЦИЕЙ

М.А. Подтелкова

За последние десятилетия в лингвистике наблюдается возросший интерес к связи языкового значения и функционирования языка с когнитивной деятельностью человека, позволяющей ориентироваться в окружающем мире (Ю.Д. Апресян, А. Вежбицка, Е.С. Куб-рякова, Дж. Лакофф и др.). В ходе познавательной и речемыслительной деятельности человек систематизирует все, что существует вокруг него, выделяет различные категории. «Категоризация воспринятого - это главный способ придать поступающей к человеку информации упорядоченный характер» [6, с. 14]. В языкознании под категорией понимается группа языковых единиц, обладающих каким-либо общим для всех членов данной группы свойством, на основе которого и представляется возможным выделение той или иной категории. Другими словами - это «некоторый признак (параметр), который лежит в основе разбиения обширной совокупности однородных единиц на ограниченное число непересекающихся классов, члены которых характеризуются одним и тем же значением данного признака» [7, с. 215]. К числу базисных категорий, обладающих универсальным характером и отражающих единый для всех когнитивный процесс, относятся категории пространства и времени. Наряду с процессом категоризации исследователи выделяют также процесс концептуализации, то есть процесс формирования отдельных концептов и всей концептуальной системы в сознании человека. В рамках лингвокультурологического подхода под концептом понимается условная ментальная единица, направленная на комплексное изучение языка, сознания и культуры [3, с. 75-76]. В то время как категории пространства и времени существуют во всех языках мира, мыслятся и выражаются они в каждом

отдельном языке по-разному. Это различие возникает из-за существования в разных культурах отличных друг от друга национальных картин мира. Национальная концептосфера как совокупность категоризованных, обработанных, стандартизированных концептов в сознании народа варьируется от общества к обществу. Культурно обусловленное восприятие действительности находит свое отражение в языке, поэтому следует признать, что на сегодняшнем этапе развития науки исследование языковых процессов целесообразно проводить именно в рамках лингвокультурологического подхода.

Исходя из вышесказанного, мы рассмотрим возможности выражения одного из аспектов концепта времени - протяженности - средствами немецкого языка. В немецкой культуре время членится на отрезки (монохронное восприятие времени; подробнее см. об этом: [8]), то есть все тщательно планируется. Представители моно-хронных культур делают одно дело в один определенный отрезок времени, при этом они сконцентрированы на своей работе, испытывают ответственность за свою работу и соблюдают все договоренности. Поэтому логично предположить, что для носителей монохронной культуры точная информация о времени является важной, а следовательно, в языке должны иметься средства для передачи точного времени. Однако, несмотря на данное предположение, следует отметить тот факт, что в немецкой культуре существуют языковые способы выражения неопределенного, неточного времени. Рассмотрим ниже это явление, а именно какими средствами языка выражается неопределенное по протяженности время, с какой целью говорящий ис-

пользует эти средства и как эти средства функционируют в немецком языке.

Идея времени находит отражение в нескольких семантических категориях, выражаемых различными средствами и тесно связанных друг с другом. Данный комплекс включает категории темпоральности, таксиса, аспектуальности, временной локализован-ности и категории временного порядка. В лингвистике исследования категории времени начинались с описания и анализа видовременных форм глагола. Это представляется логичным, поскольку грамматическая категория времени практически всеми исследователями признается ядром языкового поля времени 1 или функционально-семантического поля темпоральности. К периферии традиционно относятся синтаксические и лексические средства выражения временных характеристик событий и явлений. Грамматическая категория времени, будучи ядром функционально-семантического поля темпо-ральности, отражает линейный характер протекания процессов, явлений, событий, действий и т. д., их временную отнесенность к разным временным точкам на оси времени и друг к другу. Данная категория является более стабильной по сравнению с лексической категорией времени, которая постоянно изменяется и варьируется от языка к языку. Единицы лексического времени могут обозначать не только временную точку события, но и временной отрезок, временную субъективную оценку протекания события, частотность, или повторяемость, события, а также временную атрибутизацию участников события. Под лексической категорией времени мы понимаем всю совокупность лексических средств, выражающих категорию темпоральности, и прежде всего предложнопадежные конструкции, состоящие из существительного, обозначающего процесс, и пространственного предлога, которые в сумме дают указание на время (например, nach dem Krieg, während der Fahrt); предложно-падежные конструкции, состоящие из темпоральных существительных с пространственными предлогами, которые также имеют временное значение (например, im Winter, gegen Abend); собственно темпоральные наречия (например, gestern, sofort), а также наречия

кратности (например, dreimal), частотные наречия (например, oft, jedesmal) и распределяющие обстоятельства времени, то есть именная группа, в которой показатель времени содержит сему частотности (см.: [4, с. 229-230]) (например, abends, Montags). По мнению большинства лингвистов, основной функцией такого рода лексических средств является хронологическая определяемость времени, уточнение релятивного времени, которое выражается временными формами глагола. Считается, что с помощью грамматической категории темпо-ральности выражаются наиболее общие временные отношения и что данной категорией обладает практически любое предложение немецкого языка (за исключением предложений с инфинитивными формами глагола и эллиптических безглагольных предложений) (см.: [10]). Лексическое выражение времени используется в случае необходимости для конкретизации временных отношений, выраженных грамматической категорией. Однако здесь возникает вопрос о том, всегда ли лексическая категория времени выполняет функцию конкретизации, уточнения.

Если в предложении употребляются лексические единицы, обозначающие хронологическое время, которые, как правило, именуют некоторый период числовым выражением и фиксируют его на общепринятой шкале времени (например, am 5. Januar 1875), то в этом случае функция конкретизации, уточнения времени выполняется. Однако общеизвестен тот факт, что практически во всех языках существуют такие темпоральные лексические единицы, которые не только не уточняют время события, действия или процесса, но, напротив, имеют функцию «размывания» границ времени, позволяют понимать обозначаемое ими событие, действие или процесс сколь угодно протяженными во времени. Для обозначения данного явления мы предлагаем ввести термин «временная (или темпоральная) экстенция» (от англ. extend - простираться, тянуться, длиться). Представляется, что временной экстенцией в той или иной степени обладает вся темпоральная лексика. Однако нас интересуют именно те случаи, когда темпоральные лексические единицы содержат в своей семантике сему неопределенности, не-

точности временной характеристики события или действия, то есть выражают неопределенную временную экстенцию. Как правило, эти лексические единицы обозначают релятивное (например, vor dem Essen, frbher) или эгоцентрическое (например, jetzt, vorgestern) время. Основным средством выражения эгоцентрического времени остается, тем не менее, категория глагольного времени. Для того чтобы адресат мог правильно расшифровать сообщение, ему необходимо обладать информацией о том, на какой именно момент ориентируется говорящий в передаче релятивного времени (vor dem Essen - когда состоялся или состоится упоминаемый прием пищи; frbher -когда состоялось событие, являющееся точкой отсчета для данного наречия), или о том, в каком именно значении адресант употребляет наречие jetzt: означает оно более или менее ограниченный временной отрезок в настоящем (то есть in diesem Moment, in diesem Augenblick), временной промежуток в настоящем в противопоставлении к прошлому и будущему (то есть heute) или относится ко всему ранее сказанному адресатом и обозначает временную точку в настоящем лишь в общих чертах (то есть nun). В большинстве случаев информацию о значении таких лексических маркеров можно получить из контекста. Кроме того, адресант может сам уточнить значение временного маркера. Например:

Du sollst die Gelegenheit bekommen, jetzt, sofort, deine Behauptung zu beweisen. - Ты получишь возможность теперь же, немедленно, на деле доказать свое утверждение 2.

В данном примере говорящий (парфюмер Бальдини) конкретизировал значение наречия jetzt, тем самым исключил возможность двоякого толкования значения лексической единицы. Следует отметить, что в данном случае адресант сам заинтересован в правильной расшифровке его сообщения, поскольку информация о времени события является для него релевантной. Он хочет проверить, не лжет ли ему Гренуй, и собирается это сделать не когда-нибудь в будущем, а именно в ближайший момент.

Лексические маркеры релятивного времени часто распространяются подчиненны-

ми предложениями для уточнения их значения. Например:

Schon früher, als er noch tagsüber gewandert war, hatte er oft stundenlang die Augen geschlossen gehalten und war nur der Nase nach gegangen. - Уже раньше, когда он двигался днем, он часто часами шел с закрытыми глазами, только по нюху.

Помимо рассмотренных лексических единиц в немецком языке существуют также обстоятельства времени, в состав которых входят неопределенные местоимения или неопределенный артикль либо в семантике одного из членов обстоятельства имеется сема неопределенности (например, nach wenigen Wochen, fbr einen Moment, vor ein paar Tagen, nach einer Weile). Как правило, адресант, используя в своем сообщении такого рода обстоятельства, не заинтересован в уточнении их значения. Употребление подобных единиц может быть обусловлено намерением говорящего скрыть информацию о точном времени события, процесса или действия, например, с целью создать себе условия для «законного» нарушения данного слова, хотя формально обещание дается. Например:

Wenn er, Baldini, ihm dennoch eines Tages zum Gesellenbrief verhelfen wolle, so nur in Anbetracht von Grenouilles nicht alltäglicher Begabung, eines tadellosen künftigen Verhaltens und wegen seiner, Baldinis, unendlichen Gutherzigkeit... - И если он, Бальдини, все-таки соглашается помочь ему в один прекрасный день стать подмастерьем, то сделает это лишь при условии безупречного поведения Гренуя в будущем и из снисхождения к его незаурядному дарованию.

В приведенном примере лексический маркер eines Tages не указывает конкретного времени события. Напротив, употребление данной лексической единицы дает возможность говорящему избежать точных формулировок времени и, следовательно, отложить выполнение формально данного обещания на неопределенный срок или даже вовсе не выполнять его.

Кроме случаев, когда говорящий намеренно скрывает информацию о конкретном времени, существуют случаи, когда такая информация не релевантна для участников коммуникации. В таких высказываниях лексические единицы неопределенной временной экстенции указывают лишь на сам факт события или действия, которые должны случиться в будущем или уже случились в прошлом, а точные временные рамки не обозначаются. Например:

Da Baldini aber just dieser Tage eine Sendung mit Parfums nach London expedieren wollte, verschob er den Besuch in Notre-Dame und ging statt dessen in die Stadt... - Но поскольку как раз на днях он хотел отправить в Лондон партию духов, он отложил посещение храма, вместо этого он пошел в город...

Как видно из примера, точная информация о времени события в придаточном предложении отсутствует, но это не мешает пониманию адресатом данного высказывания, поскольку эти сведения для него не важны. В данном случае важен сам факт события, а не его временные характеристики.

Проведенный анализ помог нам установить, что лексические единицы, выражающие неопределенную временную экстенцию, можно условно разделить на следующие группы:

1) лексические единицы, указывающие на временную точку события (отвечают на вопросы «wann?» - «когда?», «zu welchem Zeitpunkt?» - «в какое время?»). Лексические показатели этой подгруппы указывают на временную точку события и всегда относятся к самому событию, а не к объекту, как пространственные наречия, и могут употребляться с глаголами любой семантики. При этом временная локализация может быть как абсолютной (например, um 12 Uhr 23, am 14. April 1987), так и относительной (например, um Mitternacht, gestern, drei Wochen zuvor). Интерес для нас представляют в данном случае средства относительной временной локализации, так как в них присутствует элемент неопределенности;

2) лексические единицы, обозначающие протяженную длительность временного интервала события (отвечают на вопрос «wie lange?» - «как долго?»). Маркеры данной подгруппы являются внешними детерминантами протяженной длительности интервала события и считаются способом выражения частной языковой субкатегории длительности, относящейся к сфере аспектуальности. Сюда относятся различные лексические маркеры, а именно: наречия (например, stündlich, jetzt), различные конструкции с предлогами и наречиями времени (например, eine Nacht lang, den ganzen Tag) и т. д.;

3) лексические единицы, обозначающие временные рамки события или действия (отвечают на вопросы «seit wann?» - «с какого времени?», «bis wann?» - «по какое время?»). Данные лексические единицы близки к лексическим показателям времени предыдущей подгруппы, но в отличие от последних задают верхние границы временной протяженности события, то есть выражают замкнутую длительность с помощью обстоятельств типа in 2 Stunden, im Laufe einer Nacht, а также длительность сохранения результата с помощью обстоятельств типа für immer, für 2 Stunden, bis heute Abend. Как правило, лексические единицы данной подгруппы употребляются с предельными глаголами;

4) лексические единицы, обозначающие частотность повторяемости события (отвечают на вопрос «wie oft?» - «как часто?»). Временные маркеры данной подгруппы показывают темпоральное распределение ситуации на оси времени и, как правило, употребляются с непредельными глаголами и представляют повторяющиеся и обычные действия безотносительно к их длительности. От остальных обстоятельств времени лексические единицы данной подгруппы отличаются тем, что в них обязательно должна присутствовать сема количественности. Указание на частотность событий дается большей частью с помощью обстоятельств, обозначающих единицы календарного времени, например: jeden Tag,

dreimal im Jahr, monatlich, но может выражаться и с помощью обстоятельств, не относящихся к темпоральной системе, а единственно указывающих на частотность действия или события как таковую, например: oft, selten, nie, einmal, zweimal и т. д.;

5) лексические единицы, обозначающие временную характеристику способа действия (отвечают на вопрос «wie?» -«как?»). Темпоральные показатели данной подгруппы могут употребляться и с предельными, и с непредельными глаголами. Значение временной характеристики действия очень близко значению длительности, но в отличие от последнего характеризует не количество, а качество длительности. С помощью лексических единиц, обозначающих временную характеристику действия, говорящий выражает свою субъективную оценку действия или события во временном отношении, а именно рассматривает он время как долгое/короткое или как приятное/неприятное (см.: [1]). К данной подгруппе относятся такие наречия, как schnell, sofort, in einem/im selben Atemzug и т. п.

Выбор того или иного лексического маркера времени зависит от того, намеревается ли говорящий описать качество действия или указать на границы его длительности, на дату события/действия или на то, как часто происходит описываемое им действие/событие, а также от того, насколько точно и подробно он намерен это сделать. При построении высказывания говорящий решает, будет ли он давать субъективную оценку действию или событию, а следовательно, будет ли он употреблять лексические единицы, обозначающие временную характеристику действия или события. Необходимо также отметить, что любой носитель языка делает этот выбор на подсознательном уровне, находясь под влиянием принятых в данном социокультурном сообществе языковых и речевых норм.

Рассмотренные нами в данной статье случаи охватывают далеко не весь класс темпоральной лексики. Поскольку время является одним из важнейших признаков действи-

тельности (наряду с пространством и движением), то признак времени содержится в семантике большой группы слов. Мы рассмотрели лексические единицы, функцией которых является именно обозначение времени. Однако в словаре немецкого языкя есть единицы, в семантике которых темпоральный признак выражен синкретично, в единстве с другими признаками (например, erwarten, jung, rasch). В определенной степени они также обладают временной экстенцией и представляют интерес для отдельного исследования.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Термин А.Ю. Стопочевой-Мойер (см. : [5]).

2 Здесь и далее примеры взяты из романа «Парфюмер» П. Зюскинда и его перевода на русский язык (см.: [2; 9]).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Гак, В. Г. Пространство времени / В. Г Гак // Языковые преобразования. - М., 1998. - С. 678- 685.

2. Зюскинд, П. Парфюмер. История одного убийцы / П. Зюскинд. - СПб., 2003.

3. Карасик, В. И. Лингвокультурный концепт как единица исследования / В. И. Карасик, Г. Г Слыш-кин // Методологические проблемы когнитивной лингвистики : сб. науч. тр. / под ред. И. А. Стернина. - Воронеж, 2001.

4. Падучева, Е. Е. Высказывание и его соотнесенность с действительностью: (референциальные аспекты семантики местоимений) / Е .Е. Паду-чева. - М., 1985.

5. Стопочева-Мойер, А. Ю. Время в контексте языка и культуры: минимальные единицы членения / А. Ю. Стопочева-Мойер. - М., 2000.

6. Шамне, Н. Л. Семантика немецких глаголов движения и их русских эквивалентов в лингвокультурологическом освещении / Н. Л. Шамне. - Волгоград, 2000.

7. Языкознание : большой энциклопед. слов. / под ред. А. М. Ярцевой. - М., 1998.

8. Hall, E. T. Hidden Différences Studies in International Communication. How to communicate with Germans / E. T. Hall, M. R. Hall ; hrs. Zeitschrift Stern. - Hamburg, 1983.

9. Süskind, P. Das Parfüm. Die Geschichte eines Mörders / P. Süskind. - Zürich, 1994.

10. Vater, H. Einführung in die Zeit-Linguistik / H. Vater. - Köln, 1994.