© Ю.В. Макшанцева, 2009

УДК 81’23 ББК 81.001.1

КАТЕГОРИЯ СУБЪЕКТНОСТИ В УСЛОВИЯХ ИНФОРМАЦИОННОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ

Ю.В. Макшанцева

В статье рассматривается категория субъектности применительно к языку в условиях информационного воздействия. Ключевым моментом является процесс информационного воздействия на субъекты языка со стороны масс-медиа как аспект информационного воздействия.

Ключевые слова: субъекты языка, информационное пространство, массовая коммуникация, интернет-коммуникация.

Согласно исследованиям последних десятилетий, развитие методологии современного языкового развития происходит в направлении антропологизации.

Антропоцентрическая парадигма, исследуя вопросы функционирования языка, ставит в центр внимания фактор человека, творящего язык и творимого им, как активного субъекта познания, обладающего индивидуальным и социальным опытом, системой знаний о мире, отраженной в его сознании концептуальной картиной окружающей действительности.

Принцип «человека в языке» нашел отражение в работах как отечественных, так и зарубежных ученых (В.М. Алпатов, Ю.Д. Апресян, Н.Д. Арутюнова, И.А. Бодуэн де Куртенэ, Э. Бенвенист, А. Вежбицкая, Ю.Н. Караулов, В.Н. Телия и др.). Еще В. фон Гумбольдт полагал, что изучение языка подчинено «цели познания человеком самого себя и своего отношения ко всему видимому и скрытому вокруг себя» [4, с. 383].

Предметом рассмотрения настоящей статьи является процесс информационного воздействия на субъекты языка со стороны СМИ и других масс-медиа как аспект информационного взаимодействия.

Выражение «субъект(ы) языка» тесно связано с концептом «языковое коммуникативное пространство». В традиционном пони-

мании социальное языковое пространство в физическом смысле трактуется как «место» (территория).

Обзор имеющейся литературы позволяет выявить, что понятие «пространство» отражается в его синонимизации со следующими терминами «среда», «поле», «сфера» (см., например, работы: [1, с. 104; 8, с. 7; 11, с. 25;

15, с. 36 и др.]. Встречаются также словосочетания, например, «морфологическое поле», «генетическое пространство», «пространственное конструирование» и др. «Коммуникативным пространством» Б.М. Гаспаров называет «представляемую среду, в которой говорящий субъект ощущает себя всякий раз в процессе языковой деятельности и в которой для него укоренен продукт этой деятельности» [9, с. 295].

Учитывая, что «с изучением языка, с нашим врастанием в родной язык мир становится для нас членораздельным» [7, с. 29], можно предположить, что одной из основных функций языка является функция создания социального языкового коммуникативного пространства (социального мира), при условии включения в него говорящей личности.

Итак, субъект языка располагает определенным набором знаний и представлений о мире, которое мы называем информационным пространством. Информационное пространство - один из компонентов воздействия масс-медиа на сознание людей.

Идея связи сознания с языком была глубоко разработана еще Гегелем. Согласно его

трактовке, сознание представляет собой особую форму выделения субъекта из природной среды через установление отношения к ней посредством слова [10, с. 248]. Продолжением и развитием этой идеи можно считать свойственное отечественной психологической школе Л.С. Выготского понимание сознания (в его внешнем выражении) как со-знания, то есть совокупного социального и культурно-исторического опыта определенного исторически сложившегося сообщества людей [6].

Можно сказать, что сознание проявляется в том, что человек выделяет себя из окружающего мира, отделяет себя, свое «Я» от внешних вещей, а свойство вещей - от них самих. Язык по отношению к сознанию выступает именно как «дом бытия» [16, с. 19]. Без субъекта невозможно сознание. Поэтому мы говорим, что сознание обладает «онтологической субъективностью», сознание - индивидуально. Субъективное «Я» дает представление о своей внутренней подлинной сущности, о своей выделенности из среды, формирует систему личностных смыслов, что становится особенно важным с позиций антропоцентрической парадигмы. Необходимо выделение качества субъектности, когда носителями, выразителями и творцами социального качества оказываются сами люди, действующие как субъекты; когда индивидуальные действия конструируются субъектом языка при помощи оценки и интерпретации ситуации, в которой он действует. Таким образом, субъектность выдвигается на первый план в связи с требованием включения субъекта языка в коммуникативное пространство.

Учитывая вышеизложенное, можно сделать вывод, что любое явление сознания (как явление субъективной реальности) есть определенная информация, явленная определенному социальному индивиду. А информация как всякое явление сознания необходимо воплощена в своем материальном носителе (субъекте) [14, с. 133]. Языковое сознание можно представить в виде совокупности ассоциативных парадигм в зависимости от биологических и социальных параметров личности человека.

Одной из ярких черт современной действительности является человек современного общества, который формируется и функци-

онирует в мегаинформационном пространстве, созданном, например, масс-медиа.

Информационное воздействие на «физическое лицо», «коллективное лицо» (по терминологии В.М. Быченкова [3]) является той невидимой технологией управления общественной жизнью, которая пронизывает все уровни социального взаимодействия, начиная от политико-правовых и заканчивая межличностными.

Стремительно развивающиеся компьютерные сети и коммуникационные технологии «позволяют создавать и развивать как локальные и региональные единые информационные пространства, так и единое интерактивное информационное мировое пространство» [2, с. 3-8]. И. Кастельс подчеркивает, что изменения в информационной технологии охватывают всю область человеческой деятельности. Важным является то, как информационные технологии влияют на общество, а общество, в свою очередь, на технологии: «Конечно, технология не предопределяет развитие общества. Но и общество не предписывает курс технологических изменений, ибо в процесс научных открытий, технологической инновации и ее социальных применений вмешиваются многие факторы» [12, с. 28-29].

В работе И. Кастельса мы обнаруживаем мысль, что «технология есть общество, и общество не может быть понято или описано без его технологических инструментов.

.. .Хотя технология не детерминирует историческую эволюцию и социальные изменения, технология (или ее отсутствие) воплощает способность обществ трансформировать себя и определяет направления, на которых общество (всегда через конфликтный процесс) решает применить технологический потенциал» [там же, с. 29-30].

Мы сталкиваемся и с другой, крайне негативной тенденцией: отрицательное воздействие на сознание субъекта языка через сознание посредством масс-медиа. Формирование компьютерных глобальных сетей происходит как формирование самостоятельных управляющих субъектов.

Мы видим, как глобальные сети, первоначально создаваемые государствами, «отвязываются», отделяются, освобождаются от

них и начинают реализовывать собственные цели [17]. Таким образом, мы можем сказать, что информационное воздействие на сознание направлено на трансформацию субъективного смыслового пространства.

Симптоматично, что информационное воздействие применяется на всех уровнях общественных отношений - от межличностных до межгосударственных и межнациональных. Современные тенденции формирования мировоззрения массовой информации и информационных технологий и воздействия на личность ряд ученых сравнивают с участием семьи в социализации личности [14, с. 16].

Одним из существенных признаков информационного воздействия масс-медиа на индивида является не просто манипулирование отдельными образами, эмоциями и представлениями, но и кардинальная трансформация смысловых полей социального взаимодействия [там же, с. 153-155] Так, например, С. Московичи предлагает различать толпу материальную и нематериальную (публику). Исходя из данного предположения, любой индивид есть часть виртуальной массы, толпы, публики [13]. Масса -это большое число пространственно разделенных индивидов или небольших групп [5, с. 19]. Подчеркнем, что изменяется и характер, и понятие коммуникации, помещенное в массу. Коммуникация теряет признак интерактивности, становится всеобщим, непрямым и односторонним. Поэтому вместо термина «массовая коммуникация» предлагается понятие «медиадистрибуция информации» [там же, с. 21].

С развитием компьютерной глобальной сети появляется новый вид коммуникации, так называемая интернет-коммуникация. Принято считать, что интернет-коммуникация связана не только с опытом виртуального общения, но и с характером осознания целей, которым удовлетворяет такое общение [14, с. 174]. Интернет-коммуникация создает «виртуальные личности» (ориентация на нормативные образцы, но не творческий продукт). Возможность анонимности при интернет-коммуникации мы рассматриваем как отрицательный фактор, так как анонимность - это деиндивидуализация поведения человека, то есть снижение его субъектности.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Арнольд, И. В. Интертекстуальность - поэтика чужого слова / И. В. Арнольд // Арнольд, И. В. Семантика. Стилистика. Интертекстуальность : сб. ст. / И. В. Арнольд ; науч. ред. П. Е. Бухаркин. - СПб. : Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1999. - С. 350-362.

2. Брановский, Ю. С. Коммуникационные технологии в образовательном процессе / Ю. С. Бра-новский // Информационные технологии в обучении и научных исследованиях : материалы XLIV науч.-метод. конф. «Университетская наука - региону». - Ставрополь : Изд-во СГУ, 1999. - С. 3-8.

3. Быченков, В. М. Институты: сверхколлек-тивные социальные образования и безличные формы социальной субъективности / В. М. Быченков. -М. : Рос. акад. соц. наук, 1996. - 976 с.

4. Гумбольдт, В., фон. Язык и философия культуры / В. фон Гумбольдт. - М. : Прогресс, 1985. - 450 с.

5. Винтерхофф-Шпурк, П. Медиапсихология. Основные принципы : пер. с нем. / П. Винтерхофф-Шпурк. - Харьков : Гуманит. центр, 2007. - 228 с.

6. Выготский, Л. С. Мышление и речь / Л. С. Выготский. - М. ; Л. : Соцэкгиз, 1934. - 352 с.

7. Гадамер, Г. Г. История понятий как философия / Г. Г. Гадамер. - М. : Рефлбук, 1991. - 367 с.

8. Гарилов, М. И. Современные концепции начального образования : учеб. пособие / М. И. Гарипов, А. С. Якупова. - Уфа : Изд-во БГПИ, 1997. - 132 с.

9. Гаспаров, Б. М. Язык, память, образ. Лингвистика языкового существования / Б. М. Гаспаров. - М. : Нов. лит. обозрение, 1996. - 352 с.

10. Гегель, Г. Сочинения. Т. III / Г. Гегель. -M. ; Л. : Соцэкгиз, 1937. - 471 с.

11. Дридзе, Т. М. Язык и социальная психология / Т. М. Дризе. - М. : Высш. шк., 1980. - 224 с.

12. Кастельс, М. Информационная эпоха. Экономика, общество и культура : пер. с англ. / М. Кастельс ; под ред. проф. О. И. Шкаратана. - М. : ГУВШЭ, 2000. -608 с.

13. Московичи, С. Век толп / С. Московичи. -М. : Центр психологии и психотерапии, 1996. - 478 с.

14. Павлова, Е. Сознание в информационном пространстве / Е. Павлова. - М. : Academia, 2007. - 688 с. -(Монографические исследования: философия).

15. Рикер, П. Торжество языка над насилием. Герменевтический подход к философии права / П. Рикер // Вопросы философии. - 1996. - N° 4. -С. 28-36.

16. Хайдеггер, М. Письмо о гуманизме / М. Хайдеггер // Хайдеггер, М. Время и бытие / М. Хайдеггер. - М. : Республика, 1993. - С. 192-220.

17. Делягин, М. Глобализация, миграция и коррупция - три фактора, способных разрушить Россию / М. Делягин. - Режим доступа: http:// forum.msk.ru/material/economic/16984.html.

238

Ю.В. Макшанцева. Категория субъектности в условиях информационного воздействия

THE CATEGORY OF SUBJECTIVENESS IN INFORMATION INFLUENCE ENVIRONMENT

J. V. Makshantseva

The article concentrates on the category of subjectiveness in the information influence environment. It is stated that lingua participants are exposed to information influence through mass-media.

Key words: lingua participants, information environment, mass communication, Internet-communication.