ей направленности и приверженности к исторической основе („историзму") представляли собой в совокупности единое огромное произведение — о человечестве и о смысле его существования»12.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Колесов В. В. Язык и ментальность / В. В. Колесов. СПб., 2004. С. 227.

2 Ляпон М. В,: Прагматика каузальности / М. В. Ляпон// Русистика сегодня. М., 1988. С. 13.

3 Калесав В. В. Язык и ментальность. С. 30.

4 Си.'. Лавров Б. В. Условные и уступительные предложения в древнерусском языке / Б. В. Лавров. М.; Л., 1941. С. 128.

5 Лотман Ю. М. Несколько мыслей о типологии культур / Ю. М. Лотман // Языки культуры и проблемы переводимости. М., 1987. С. 5.

6 Фаттахова Н. Н. Условно-временные отношения в синтаксисе народных примет (на материале сборника В. И. Даля «Пословицы русского народа» / Н. Н. Фаттахова // Предложение и слово. Саратов, 1999. С. 91.

I Лавров Б. В. Указ. соч. С. 45.

8 Колесов В. В. Философия русского слова / В. В. Колесов. СПб., 2002. С, 189.

9 Брудный А. А. О сознании и тексте f А. А. Брудный // Мысль и текст. Фрунзе, 1988. С. 5.

й Маслиева О. В. Становление категории причинности /О. В. Маслиева. Л., 1980. С. 75.

II Якубипский Л. П. История древнерусского языка / Л. П. Якубинский. М., 1953. С. 255.

12 Лихачев Д. С. Послесловие / Д. С. Лихачев // Памятники литературы Древней Руси. XVII век. М., 1994. Кн. 3. С, 620—630.

Поступила 11.07.05.

КАТЕГОРИЯ АСПЕКТУАЛЫЮСТИ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ КОГНИТИВНОЙ ЛИНГВИСТИКИ

Т. В. Белошапкоеа, доцент кафедры русского языка Московского государственного педагогического университета им. М. А. Шолохова

Статья выполнена в рамках когнитивной лингвистики и представляет собой первый опыт описания концептуальной структуры категории аспектуальности, В работе делается попытка описания смыслов, которые в нашем сознании обобщаются в категорию аспектуальности: степень проявления, йачало, продолжение, конец, единичность, длительность, результативность, повторяемость, соотношение с нормой.

Понятие аспектуальности появилось в лингвистике в начале XX в., а до того времени активное внимание ученых привлекала категория вида глагола. Вся почти двухсотлетняя история изучения категории — это изучение аспектуальных характеристик глагола, а затем и предиката. В первой половине XX в. исследователи заинтересовались тем, как с помощью словообразовательных средств создаются глагольные модификации по различным аспектуальным параметрам. Развитие этого направления привело к созданию учения о способах глагольного действия, которое наиболее полно представлено в «Русской грамматике — 1980». Можно сказать, что весь XIX в. — это путь от «наивного» когнитивного представления категории аспектуальности к грамматическому, основанному на

понятии дифференциального признака, да и XX в. — век поиска инварианта в значениях видов (если точнее, то в значениях совершенного вида) — представляет собой не что иное, как поиск «универсального» концепта.

Начиная с 50-х гг. XX в. формируется несколько иной подход к вопросу о том, что такое категория аспектуальности и какие уровни языка участвуют в ее формировании. Внимание ученых привлекли такие причастные к функционированию категории аспектуальности уровни, как лексический и синтаксический. Этот подход был сформулирован в докторской диссертации Ю. С. Маслова, который считал, что «под способом действия следует понимать некоторые общие (часто, но не обязательно выраженные словообразовательными средства-

Й Т. В. Белошапкова, 2005

ми) особенности лексического значения тех или иных глаголов, относящиеся к протеканию действия этих глаголов во времени и проявляющиеся в общих особенностях их функционирования в языке, а именно по линии словообразовательной активности вида и синтаксического употребления»1. Дальнейшее развитие идея получила как в более поздних работах Ю. С. Маслова, так и в работах других ученых, среди которых в первую очередь следует назвать М. А. Шелякина.

С введением понятия функциональносемантического поля к анализу категории аспектуальности стали привлекаться разноуровневые средства: морфологические, синтаксические, словообразовательные, лексические, а также комбинированные — лексико-синтаксические.

Можно говорить о том, что все указанные подходы представляют собой классическую парадигму, где категория аспектуальности понимается как комплекс параметров, входящих в характеристику глагола, или, шире, предиката.

Сейчас, в начале XXI в., на первый план выдвигается новая парадигма — когнитивно-дискурсивная. Ее появление связано с именем замечательного ученого Е. С. Кубряковой. «В этой новой парадигме, —пишет Е. С. Кубрякова, — по сути своей парадигме функциональной, при описании каждого языкового явления равно учитываются те две функции, которые они неизбежно выполняют: когнитивная (по их участию в процессах познания) и коммуникативная (по их участию в актах речевого общения)»2. Новую парадигму представляет молодая и бурно развивающаяся когнитивная наука. Когнитивная лингвистика имеет большое прикладное значение, по сути она является интегрирующим фактором, который позволит в конечном счете выйти на создание эффективных методик преподавания русского языка, а в их основу будет положено изучение ЯЗЫКОВЫХ средств в связи с непосредственным употреблением в речи. Это кажется интересным и перспективным и в области

преподавания русского языка как иностранного, и в области преподавания русского языка как неродного. Потому чрезвычайно актуальным представляется построение когнитивной версии одного из самых сложных фрагментов русской грамматики — аспектуальности.

Обращение к понятиям, разработанным в когнитивной лингвистике: концепт, фрейм, идеальная когнитивная модель и т. д., — помогает не только получить более полные сведения о способах и средствах передачи категории аспектуальности, но и ответить на вопрос, почему в определенной ситуации используется та или иная конструкция.

Основной единицей описания в когнитивной лингвистике является концепт. Термином «концепт» обозначаются как родовое понятие единиц концептуализации, так и собственно единица концептуализации. В данной статье понятие концепта будет анализироваться как единица концептуализации.

Концепту как единице концептуализации посвящено большое количество работ — и теоретических, и практических.

Е. С. Кубрякова дает следующее определение концепта: «концепт — это некий отдельный смысл, некая идея, имеющаяся у нас в сознании, по всей видимости, главное, что такая идея существует как оперативная единица в мыслительных процессах, причем единица, выступающая как гештальт — как вполне самостоятельная и четко выделимая отдельная от других сущность»3.

Данная статья представляет собой первый опыт описания концептуальной структуры категории аспектуальности, т. е. определения набора смыслов, которые в нашем сознании обобщаются в исследуемую категорию. Материалом для нее послужили более восьми тысяч примеров, собранных путем сплошной выборки из художественной литературы второй половины XIX—XX в., а также из современной публицистики и языка газеты.

Анализ собранного материала позволяет говорить о том, что категория ас-

пектуальности в языковом сознании человека существует как набор из 9 концептов: степень проявления, начало, продолжение, конец, единичность, длительность, результативность, повторяемость, соотношение с нормой.

С точки зрения структурной организации выделенные концепты делятся на две группы: простые, передающиеся словами, и сложные, которые представлены в словах, словосочетаниях, предложениях и текстах.

Говоря о структуре аспектуальных концептов, нельзя не обратиться к очень интересной мысли Е. С. Кубряковой о том, что «отличительной особенностью реализации концептуальных систем в языке является в то же время тот факт, что одно и то же содержание может быть передано в языке альтернативными средствами. Более того. Как кажется, чем значимее определенный концепт для человеческого мышления, тем более сложной системой ЯЗЫКОВЫХ средств И ЯЗЫКОВЫХ форм он может быть выражен»4. Таким образом, можно предположить, что одни аспектуальные концепты более значимы для человеческого общения и коммуникации, а другие — менее. Рассмотрим все выделяемые концепты.

Концепт степень проявления (действия, признака, состояния) передает количественные изменения. Поскольку в языковом сознании количественные изменения требуют какой-то градации, оценки, возникает градационная шкала оценок «больше-меньше» с понятием нормы в центре. Поэтому рассматриваемый концепт является неэлементарным — это степень проявления, оцениваемая по шкале оценок «болыпе-меныпе».

Существование и функционирование данного концепта связано с ситуацией общения: говорящим ситуация может мыслиться либо как ситуация выше обычного количественного проявления действия, либо как ситуация ниже обычного количественного проявления действия. Введение этих понятий связано с именем Э. Сепира и его работой «Гра-

дуирование: семантическое исследование»5, где излагается концепция языковой семантической градации. Ученым выделяются логическая, психологическая и собственно лингвистическая, являющаяся отражением в языке двух первых типов градации. Им разработаны такие фундаментальные понятия, как градуальный квантор, шкала степени, введено понятие нормы — наиболее обычного количественного проявления действия, которое служит точкой отсчета при градуировании по шкале оценок «больше-меньше».

Таким образом, концепт степень проявления (действия, признака, состояния) — это количественная детерминация действия или состояния в определенной ситуации, которая определяется на шкале степени относительно понятия нормы. Он существует в двух вариантах. Первый вариант — количественная детерминация действия в зоне «выше нормы». Второй вариант — количественная детерминация действия в зоне «ниже нормы».

Первый вариант передается словом (это может быть и корневой выразитель, и аффиксы), простым предложением, сложным предложением, текстом: ...жесткий снег несся по переулку... (А. Платонов «Любовь к родине, или Путешествие воробья»); ...измучиться... (К. Симонов «Живые и мертвые»); ...вода уходила быстро... (В. Распутин «Нежданно-негадан-

но»); ...их энергия так щедра и беспощадна, что их не забыть никогда... («Новый мир». О. Шамборант); И чем сильнее будет отпор Красной Армии врагу, тем быстрее пойдет неизбежный процесс распада и гибели немец-ко-фашистской армии... (М. Шолохов «Гнусность»), Пример текста взят из романа М. Шолохова «Они сражались за Родину»: ...послышался далекий гул моторов. Он рос, ширился и звучал все отчетливее и грознее, этот перекатывающийся низко повисший над землей гром. В тексте информация о возраста-

ющей интенсивности признака (звучание моторов) представлена путем противопоставления ситуаций гула и грома.

Второй вариант передается словом (это также могут быть и корневые выразители, и аффиксы), простым предложением, текстом: ...там было темновато... (Ю. Трифонов «Время и место»); ...побаиваться... (С. Довлатов «Иностранка»);... бой-то, говорят, был слабый... (А. Платонов «Маленький солдат»); ...она... слегка краснела... (А. 77. Чехов «Убийство»); Ваня копал медленно... (К. Паустовский

«Австралиец со станции Пилево»); ...они [действия] показались ему несколько загадочными... (М. Булгаков «Мастер и Маргарита»). Пример текста взят из рассказа И. Бунина «В ночном море»: Даже грусти не вышло. Так только, слабая жалость какая-то. Здесь второе высказывание уточняет слабую степень интенсивности признака, представленного в первом {грусть).

Концепты начало, продолжение, конец традиционно относятся к категории фазовости и обозначают качественные изменения. В истории науки отсутствует какое бы то ни было большое исследование содержания этих концептов. Так, А. А. Зализняк и А. Д. Шмелев указывают, что «в аспектологии концепты начала и конца часто используются в качестве инструментов описания, а содержание самих этих понятий предполагается очевидным и не требующим дальнейшего анализа», хотя те же ученые пытаются рассмотреть «аспектуальные свойства некоторых русских глаголов, значение которых связано с идеей начала, с целью извлечь некоторую содержательную информацию о способе концептуализации начала в русской языковой картине мира»®.

Концепт начало передается словом, простым предложением: И я действительно заплакала... (В. 77. Гаршин

«Происшествие»); ...прохожие сразу начинали улыбаться... («Новости Пскова». Псков. 20.12.02); ...я зверем стал... (А. Платонов «Одухотворен-

ные люди»). Концепт продолжение передается простым предложением: Она продолжала читать... (И. Бунин «Натали»), Концепт конец передается словом и простым предложением: ...доспевали последние урожаи... (В. Рас-11 у т ин « 77еж д анно-негаданно»);

...поэт кончил читать... (С. Довлатов «Филиал»),

Концепт единичность обозначает количественную характеристику действия путем указания на единичность его проявления. Он передается словом и простым предложением, текстом: ...шагнуть (К). Трифонов «Время и место»); Однажды повар, рискуя жизнью, вынес с поля сражения раненого лейтенанта... (М. Шолохов «Люди Красной Армии»), Пример текста взят из романа М. Булгакова «Мастер и Маргарита»: ...но однажды я заглянул в этот пергамент и ужаснулся. Решительно ничего из того, что там записано, я не говорил. Я его умолял: сожги ты, бога ради, свой пергамент! Но он вырвал его у меня из рук и убежал. В этом тексте все рассказанные героем события случаются однажды, один раз. Информация о событиях передается с помощью пропозиций: смотрения в пергамент, осознания определенной информации, говорения героя, вырывания пергамента из рук героя, передвижения героя. Естественно, что на диктумное содержание накладываются и модусные смыслы, содержащиеся в данном тексте.

Концепт длительность обозначает количественную характеристику действия или состояния путем указания на меру его временной детерминации; представление о мере временной детерминации зависит от ситуации: оно может мыслиться или как временной отрезок вне его границ, или как временной отрезок с его границами. В первой ситуации осмысление идет по параметру протяженности, которая может быть разной — короткой (миг), достаточно длительной (давно) и неопределенной (временно), во второй — по параметру определенности/ неопределенности: граница может мыс-

литься достаточно определенно (надолго), а может и весьма размыто (долго). Следует отметить, что в истории науки не было попыток определить понятие «длительность»; во всех существующих работах рассуждается о семантических типах длительности без определения самого понятия либо дается отсылка к философскому пониманию времени.

Рассматриваемый концепт передается словом (это может быть и корневой выразитель, и аффиксы), простым предложением, сложным предложением, текстом: .. .радость моя была недолгой... («Наедине». Тамбов. 11.02.03); Я желал поработать в бригаде... (А. Платонов «В прекрасном и яростном мире»); ...долго смотрели... (К. Паустовский «Доблесть»); До сих пор критик Латунский бледнеет... (М. Булгаков «Мастер и Маргарита»); Шмаков не хотел ложиться, пока будет спать Серпилин... (К. Симонов «Живые и

мертвые»). Пример текста взят из романа М. Шолохова «Они сражались за Родину»: Так проходили минуты, измеряемые для него часами. Он не видел; как с юга на той стороне балки на немецкие автомашины обрушились «КВ», сопровождаемые пехотой мотострелковой бригады, и до его по-мрачненного сознания не сразу дошло, почему немцы, лежавшие цепью в ка-ких-нибудь ста метрах от его окопа,, вдруг ослабили огонь, стали поспешно отползать, а потом поднялись и беспорядочно побежали, но не назад, к балке, а на северо-запад к глубокому оврагу, В тексте передается информация о границах временного промежутка, которые весьма условны: первое высказывание определяет границы промежутка, в котором совершается действие, представленное во втором высказывании.

Концепт результативность обозначает как качественную, так и количественную характеристику действия, поэтому является неэлементарным. В отличие от других концептов его состав-

ляют два разнородных образования, два варианта — достижение результата (цели) и неполный результат. Достижение результата (цели) — качественная характеристика действия, неполный результат — количественная. Следует указать, что в истории науки понятие «результативность» привлекало внимание ученых не раз. Прежде всего их интересовало то, что сейчас мы можем соотнести с вариантом достижение результата (цели) — понятия предельности и результативности действия как инварианта значения совершенного вида. Этот вариант имеет следующую специфику: он указывает на точку качественного перехода одной ситуации в другую, т. е. момент, когда на смену одной пропозиции приходит другая (писать письмо — ситуация писания письма; написать письмо — ситуация существования / наличествования письма).

Вариант достижение результата (цели) — это, по сути, скрепа, логическая пропозиция, соединяющая две ситуации, которые последовательно передаются в дискурсе (ср.: Любой человек на вопрос, каков результат, ответит: «появилось что-либо новое в определенном положении дел», либо ответит: «нет результата, ничего нового не появилось в определенном положении дел»). Интересна мысль Д. Лакоф-фа о том, что «понятие каузации — прототипической каузации — является одним из наиболее фундаментальных человеческих понятий. Это понятие, которое люди во всем мире используют в мышлении. Оно используется спонтанно, автоматически, без усилий и часто. Подобные понятия обычно кодируются непосредственно в грамматике языков — в грамматических конструкциях либо в грамматических морфемах. Поэтому прототипическое понятие каузации встроено в грамматику языка, а слово причина оставлено для обозначения нецентральной каузацищЛ Таким образом, можно сказать, что вариант достижение результата (цели) представляет

собой скрепу между ситуацией каузации и возникновением новой ситуации.

Первый вариант передается словом: Мать Наташи раздела дочь... (А. Платонов «Июльская гроза»); Проснулась Танька... (В. Распутин «В ту же землю...»); Вы найдете тут несколько отметок карандашом... (С. В. Ковалевская «Нигилистка»).

Семантическое наполнение варианта неполный результат, т. е. концептуальное содержание ономасиологической категории неполноты результата, стало привлекать внимание ученых с 80-х гг. XX в.8 Применив к данному варианту только что процитированную мысль Д. Лакоффа, можно сказать, что это — не доведенная до конца ситуация каузации. Рассматриваемый вариант является семантически неоднородным, он объединяет в себе два подтипа: недостижение предела (недостроитъ; почти построить) и малую интенсивность (побаиваться; немного/несколько/слегка/ чуть бояться). Следует указать на то, что существуют условия, в которых различия между указанными подтипами нейтрализуются и выражается недифференцированное значение неполного результата, например: подмерзнуть — ‘не до конца замерзнуть, совершая это действие неинтенсивно’, пристыдить — ‘не до конца устыдить, совершая это действие неинтенсивно’.

Второй вариант передается словом и простым предложением: ...я при-

встал... (М. Шолохов «Первые встречи»); ...ранки подсохли... (А. Платонов «Одухотворенные люди»); Через два-три дня приходится подтягивать подшипники... (М. Шолохов «По правобережью Дона»); ...чтобы успокоить себя немного... (М. Булгаков «Мастер и Маргарита»); ...слегка повернул голову... (М. Шолохов «Они сражались за Родину»),

Концепт повторяемость обозначает количественную характеристику действия. Как уже говорилось, в языковом сознании количественные изменения тре-

буют какой-то градации, оценки, поэтому, помимо градационной шкалы оценок «больше-меньше» с понятием нормы в центре возникает еще и количественная детерминация ситуации с учетом количества «крат», т. е. повторов этой ситуации. Концепт повторяемость является неэлементарным,на первый взгляд, он представлен тремя вариантами: итеративность, мультипликативность, дистрибутивность.

Вариант итеративность передается словом, простым предложением, сложным предложением, текстом: ...взглядывала на дверь... (В. Распутин «Нежданно-негаданно»); часто ночевал в отделе на кожаном диванчике... (Ю. Трифонов «Время и место»); Иногда вспоминайте обо мне... (И. С. Тургенев «Рудин»). Пример текста взят из рассказа В. Распутина «Под небом ночным»: Делать нечего — надо было устраиваться на ночлег, а утром поворачивать оглобли. Обидно, конечно, но ничего, не в первый раз. В тексте второе высказывание сообщает о том, что ситуация, передаваемая в первом, происходит не в первый раз. Эта информация передается посредством синтаксически связного сочетания не в первый раз, которое находится в конце текста.

Вариант мультипликативность

передается словом; количественная характеристика находится в корне слова — это часть его семантики: капать, резать, качать.

Дистрибутивная повторяемость является более сложным образованием: она объединяет в себе концепты результативность (вариант достижение результата (цели)), соотношение с нормой (вариант количественная характеристика «больше нормы»): начистить; наварить; перемыть; перегладить.

Концепт соотношение с нормой

передает количественную характеристику действия и является неэлементарным. Он представлен двумя вариантами: ко-

личественная характеристика, оцениваемая по шкале оценок «больше нормы»; количественная характеристика, оцениваемая по шкале оценок «меньше нормы». Первая заложена в префиксе пере-: ...я переутомился... (М. Булгаков «Мастер и Маргарита»). Вторая — в префиксах полу-, недо-: ...родственников он недолюбливал... (Л. Боборыкин «Проездом»); .. .областное управление явно недооценивает значение этого театра... (М. Шолохов

«Речь по поводу двухлетия Вешенско-го казачьего театра»).

Полученные наблюдения позволяют говорить о том, что концепты степень проявления, начало, конец, единичность, длительность, соотношение с нормой являются сложными концептами. Концепты результативность, повторяемость представляют собой сложные образования, где один из вариантов — сложный концепт, а другой — простой. Сложными являются варианты: неполный результат (концепт результативность), итеративность (концепт повторяемость). Концепт продолжение простой.

С точки зрения семантики категория аспектуальности объединяет в себе два вида признаков: количество и качество, которые передаются двумя группами концептов. Концепты, передающие количественные признаки: степень проявления, единичность, длительность, результативность (вариант неполный результат), повторяемость, соотношение с нормой. Концепты, передающие качественные признаки: начало, продолжение, конец, результатив-

ность (вариант достижение результата (цели)). Объединяет обе группы концептов вечное стремление количества перейти в качество; количество и качество неразрывно связаны друг с другом.

Аспектуальные концепты можно отнести к семантическим примитивам (термин А. Вежбицкой9), т. е. к набору лексических универсалий, лежащих в основе человеческой коммуникации и мышления. Таким образом, можно говорить о том, что концептуальное устройство категории аспектуальности относится к базовому уровню концептуальной системы языка.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Маслов Ю. С. Глагольный вид в современном болгарском языке : автореф. дне. ... д-ра фи-лол. наукIЮ. С. Маслов. Л., 1957. С. 8.

г Кубрякова Е. С. Об установках когнитивной науки ./ Е. С. Кубрякова // Известия АН. 2004. Т. 63, № 3. С. 11.

3 Кубрякова Е. С. Язык и знание / Е. С. Кубрякова. М., 2004. С. 316.

4 Там же. С. 313.

5 См.: Сепир Э, Градуирование. Семантическое исследование / Э. Сепир // Новое в зарубежной лингвистике. 1985. Вып. 16. С. 43—79.

6 Зализняк А. А. Семантика начала с аспектологической точки зрения / А. А.Зализняк, А. Д. Шмелев // Логический анализ языка. Семантика начала и конца. М., 2002. С. 211—224.

7 Лакофф Дж. Женщины, огонь и опасные вещи : Что категории языка говорят нам о мышлении / Дж. Лакофф. М., 2004. С. 83.

* См.: Бурдина А. И. Деривационное поле неполноты в современном русском языке : дис. ... канд. филол. наук,./ А. И. Бурдина. Баку, 1982 ; Белоииткова Т. В. Неполнота действия и способы ее выражения в современном русском языке : дис. ... канд. филол. наук/ Т. В. Белошапкова. М., 1990.

9 См.: Вежбицкая А. Язык. Культура. Познание / А. Вежбицкая. М., 1996.

Поступила 17.05.05.