УДК 81’42 ББК 80.9

И. В. Кожухов а

ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ЛИКОУГРОЖАЮЩИХ РЕЧЕВЫХ АКТОВ В АНГЛО- И РУССКОЯЗЫЧНОЙ КОММУНИКАТИВНЫХ КУЛЬТУРАХ

В статье рассматриваются структурные и коммуникативно-прагматические особенности функционирования ликоугрожающих речевых актов в русском языке (в сопоставлении с английским языком). Предлагаются формулы минимизации коммуникативного давления в ликоугрожающих речевых актах, а также краткий сопоставительный анализ ликоугрожающих речевых актов в английском и русском языках.

Ключевые слова: коммуникативное давление; коммуникативное поведение; ликоугрожа-ющий речевой акт; приглашение; просьба; совет / предложение; стратегии коммуникации; упрёк

I. V. Kozhukhova

FUNCTIONING OF FACE-THREATENING SPEECH ACTS IN ENGLISH AND RUSSIAN COMMUNICATIVE CULTURES

Some of the main structural, communicative and pragmatic peculiarities offace-threatening acts in the Russian language are taken into consideration. I suggest some strategies on how to minimize the negative effects offace-threatening speech acts, such as communicative pressure. A brief analysis of English and Russian communicative face-threatening models is suggested.

Key words: communicative pressure; communicative behavior; face-threatening speech act; invitation; request; suggestion/advice; communicative strategies; reproach

В настоящее время в связи с интенсификацией межкультурного взаимодействия многими авторами в рамках межкультурной коммуникации и лингвистики разрабатываются стратегии оптимизации общения. Прагматические аспекты коммуникации, являясь зеркалом внутреннего мира, отражают психологию народа. Ликоугрожающие речевые акты (далее - ЛРА) оказывают немаловажное влияние на социальную жизнь общества, корректируя поведение коммуникантов. Целью данной статьи является выявление структурных и коммуникативно-прагматических особенно-

стей функционирования ЛРА в русском и английском языках.

Для каждого народа стандартно выделяются стратегии для оптимизации выражения ЛРА. Понятие «ликоугрожающий акт» введено П. Браун и С. Левинсоном в 1987 г. [Brown, 1987]. Под ЛРА они понимают речевые акты (далее - РА), в которых говорящий побуждает собеседника к действию, ограничивающему свободу. К основным видам ЛРА традиционно относят совет, просьбу, приглашение, предложение и др. Теория П. Браун и С. Левинсона связывает лицо с такими понятиями, как смущение, оскорбление, «потеря лица», «со-

© Кожухова И.В., 2012

хранение лица». Лицо - это то, что является эмоционально выраженным и может быть потеряно, поддержано, и к чему надо постоянно проявлять внимание во время интеракции. Стратегии взаимодействия людей по поддержанию лица друг друга основаны на взаимной уязвимости лиц коммуникантов. Существует два основных желания, связанных с самоуважением или сохранением лица:

1) желание не испытывать помех в своих действиях (негативное лицо);

2) желание получить одобрение целей и намерений от других участников коммуникации (позитивное лицо).

Таким образом, каждая личность в коммуникации обладает позитивным и негативным лицом. Эти желания определяют общие поведенческие стратегии смягчения угрозы самоуважению человека, а именно: «негативную» и «позитивную» формы вежливости. Некоторые стратегии являются универсальными для абсолютного большинства языков, некоторые - варьируются от одной лингвокультуры к другой. Ежедневная практика общения показывает, что доля ЛРА в повседневном общении велика - мы регулярно советуем, просим, приглашаем, укоряем, упрекаем, т. е. побуждаем собеседника к действию, которое ограничивает его свободу либо наносит вред позитивному лицу говорящего.

Нормы и традиции общения того или иного народа, описанные в совокупности, представляют собой тип его коммуникативного поведения. Этот термин был введен в 1989 г. И. А. Стерниным [Прохоров, 2002].

Следует отметить, что в силу социальной дифференциации общества, коммуникативной асимметрии, этикетных норм и постоянно реализующихся в языке стратегий вежливости, использование императивных предложений без каких-либо модификаторов является неприемлемым. Это и является главной причиной поиска косвенных средств для осуществления иллокутивных целей - интенций. Минимизация коммуникативного давления является одной из важнейших задач принципа кооперации, заметим, что «категория коммуникативного давления в русском коммуникативном сознании представлена очень широко и разнообразно. Русское сознание допускает оказание коммуникативного давления на собеседника в широких пределах. Допускается

настаивание на своей просьбе, употребление грубых слов, использование угрозы, множественное повторение просьб, требовательная интонация. Прямые указания преобладают над косвенными формами побуждения. В широких пределах допускается модификация поведения собеседника, замечания в адрес широкого круга лиц, в том числе в адрес незнакомых» [Там же. С. 129]. Некооперативность также проявляется в том, что говорящий думает лишь о своих интересах, а не об интересах всех участников общения. Это наблюдение идет вразрез с определением русской культуры как коллективистской - это измерение, отражающее отношение индивида к социуму и себе подобным.

Тем не менее, вряд ли историческими примерами можно подтвердить предположение о том, что русская культура по своим характеристикам тяготеет к индивидуалистской культуре. Исторически сложилось так, что каждый индивидуум с рождения включен в некоторое сообщество, поэтому следует соблюдать, в первую очередь, интересы всей группы. С другой стороны, соборность и исторический традиционализм всегда сопутствовали нетерпимости к чужому мнению, горячим спорам - особенно, когда важно отстоять своё мнение. Примат императивности этикетных форм в неформальной коммуникации не является обязательным. Тем не менее, количество коммуникативных императивов в русском общении не очень велико, сами же императивы являются довольно мягкими и во многих случаях факультативными. В данной статье не рассматривается официальный язык, где употребление смягчающих, формализующих и этикетных форм является конвенционализи-рованным и обязательным. С другой стороны, при частичной размытости этикетных формул разговорного русского языка, их высокой вариативности, ниже выделим основные структурные и коммуникативно-прагматические особенности выражения наиболее частотных ЛРА.

Исходя из появившегося интереса к новой русской вежливости (New Russian Politeness -термин Р. Ратмайр), в настоящее время происходят качественные изменения в выражении ЛРА. В работе отмечается, что уже в 2006 г. стала заметна разница во многих ситуациях общения. В частности, рассматривается об-

щение в сфере обслуживания, например, на уровне покупатель - продавец. Р. Ратмайр было опрошено 299 респондентов - граждан Российской Федерации, 67 % из которых отмечали изменение коммуникативных навыков в сторону принципов кооперации [Яайипауг, 2008, р. 4]. Сделаем предположение, что изменения в данной сфере общения определённым образом влияют на сознание, а тем самым и на выбор коммуникативных формул языка непосредственной неформальной (или - относительно неформальной) коммуникации.

Использование ЛРА русскими коммуникантами имеет более широкое распространение, чем английскими. Тактики минимизации коммуникативного давления используются носителями английского языка более широко и полно, этот факт обусловлен императивностью вежливостных конструкций в коммуникативном поведении.

Коммуникативное давление в речевой деятельности - явление, которое можно наблюдать в ситуациях ежедневного общения. На материале 40 произведений современной английской и русской художественной литературы (общим объемом 16 339 страниц), были отобраны и проанализированы ЛРА. Всего обнаружено 1 480 предложений (771 в английских художественных текстах и 709 - в русских), представляющих собой ЛРА.

Частотность ЛРА основывается на исследовании, проведённом нами на материале современных английских и русских художественных текстов. Статистика показывает, что косвенные РА со значением упрёка составляет 31 % в англоязычной картотеке и 40 % - в русскоязычной; со значением предложения / совета - 25,25 % и 28,34 %; просьбы - 17,5 % и 18,31 %; приглашения - 13,75 % и 4 % соответственно (остальные 17,5 % и 9,87 % распределены среди РА, не являющихся ЛРА).

РА со значением упрёка традиционно рассматривается среди угрожающих позитивному лицу. Для работы с данной группой определим рабочие дефиниции. Итак, упрёк - это:

1) «выражение неудовольствия, неодобрения, обвинение» [Ушаков, 2008, с. 825];

2) «высказанное кому-нибудь или обращенное к кому-чему-нибудь неудовольствие, неодобрение, обвинение, укоризна» [Ожегов, 1995, с. 919].

Подобным образом даются толкования в традиционных английских словарях (здесь и далее все английские определения взяты из электронного словаря ABBYY Lingvo ХЗ):

• Oxford English Dictionary: «express to (someone) one’s disapproval of or disappointment in their actions» (выражение неодобрения или разочарования в чьих-либо действиях); «the expression of disapproval or disappointment» (выражение неодобрения или разочарования);

• Collins Cobuild «if you look at or speak to someone with reproach, you show or say that you are disappointed, upset, or angry because they have done something wrong» (если вы смотрите на кого-либо или говорите с кем-либо с упрёком, вы показываете, что вы разочарованы, расстроены или злы на то, что человек сделал что-то не так).

На наш взгляд, английские определения упрёка отличаются от русского по одному важному параметру. Английские коммуниканты, упрекая, говорят о своих эмоциях, не нарушают границы мира адресата и соблюдают принцип прагматического контроля, который регулирует коммуникативную функцию взаимодействия с адресатом. Русские же коммуниканты в рамках РА «упрёк» могут прибегнуть и к обвинению (см. определение выше), тем самым, вторгаясь в личное пространство адресата.

Упрёк - выражение неодобрения, обвинения. Поскольку упрёк - потенциально опасное действие для упрекающего (именно он в случае экспликации иллокутивной силы несёт ответственность за некооперативное поведение), он выбирает стратегию косвенного выражения упрёка, избегая тем самым ответственности за нанесение ущерба своей репутации, так как ответственность за правильную интерпретацию иллокутивной силы лежит в данной ситуации на упрекаемом. Употребление косвенных форм вызвано «желанием упрекающего избежать открытого конфликта; смягчение конфликтной иллокуции обеспечивается за счет лингвистических средств» [Давыдова, 2007, с. 27].

Речевой акт упрёка характеризуется следующими признаками:

1. Адресат упрёка (упрекаемый) принадлежит к личной сфере говорящего (упрекающего), которая является относительно самосто-

ятельным фрагментом языковой картины мира, к которой относятся «сам говорящий и всё, что ему близко физически, морально, эмоционально или интеллектуально» [Апресян, 1995, т. 2, с. 645].

2. Упрекать можно лишь за то, что в той или иной степени ущемляет интересы субъекта речевого акта.

3. Говорящий хочет, чтобы адресат понял его чувства, осознавал ошибочность своего поведения, которое получает отрицательную оценку говорящего, - иными словами, упрекающий хочет указать на свои обманутые ожидания и пробудить в упрекаемом угрызения совести.

4. Действия и / или слова упрекаемого огорчили упрекающего, который, доводя своё огорчение до сведения адресата, слов упрекать, упрёк не произносит, так как не хочет совершить по отношению к себе разрушительное коммуникативное действие.

В рамках РА со значением упрёка нередко выделяется РА «попрек». Иллокутивная цель попрёка - вызвать обиду и досаду адресата, намеренно показать неправоту. Это и есть то ментальное состояние, в которое говорящий намерен привести своего адресата.

Попрекаемый, в отличие от упрекаемого, лишен возможности исправиться в будущем, потому что ситуация, которой его попрекают, уже вышла из-под его контроля.

При исследовании косвенных РА со значением упрёка нами было отмечено большое разнообразие конструкций. Это разнообразие может быть объяснено, по нашему мнению, несколькими параметрами. Перечислим некоторые из них:

1) социальный статус, возраст, уровень образования и др.:

Where do you get those ideas, darling? (мать -ребенкуj [McNicholl, 2004, p. 49];

2) степень раздраженности, уровень тактичности:

Where on earth did you come from? [Golden, 2005, p. 45];

3) реципиент упрёка:

обращение королевы к подданному:

Is that how you address a Queen? [Lewis, 2000, p. 85].

Проанализировав модификации коммуникативных ситуаций, можно заметить, что использование прагматических переменных ха-

рактеризует функционирование различных языковых форм. В ситуациях с симметричными отношениями между коммуникантами можно говорить о более разнообразных способах выражениях упрёка, чем в асимметричных (т. е. разностатусных) социальных отношениях. Это объясняется тем, что коммуниканты, находящиеся в симметричных (т. е. равностатусных) отношениях, равноправны в своих высказываниях и способах выражения эмоций, поэтому и использование лингвистических средств практически не ограничено.

Рассмотрим следующую группу JIPA - совет и предложение. Предложить: «высказать мысль о чём-нибудь как о возможном, представить на обсуждение как возможное» [Ожегов, 1995, с. 570]. Здесь же рассмотрим определение совета:

• «мнение, высказанное по поводу того, как ему поступить, что сделать; наставление, указание» [Там же. С. 730];

• «наставление, указание, как поступить в том или ином случае» [Ушаков, 2008, с. 490];

Таким образом, оба РА имеют общее значение - высказать мысль о возможном исполнении определённого действия. Перед тем, как сравнивать определения в английском и русском языках, нужно отметить, что английское слово suggestion переводится ‘предложение, совет’, что еще раз может подтвердить наше предположение о совместном анализе этих двух РА в рамках одной группы. Рассмотрим дефиниции толковых английских словарей. Ср.:

• Oxford Dictionary: advise - suggestions about the best course of action to someone; advice - guidance or recommendations offered with regard to prudent action. Suggestion - an idea or plan put forward for consideration (Советовать

- высказывать предположения о том, какие действия необходимо предпринимать другому; совет - рекомендации, сделанные с прицелом на их дальнейшее выполнение. Предположение - идея или план, который необходимо принять во внимание); Advice - guidance or recommendations concerning prudent future action, typically given by someone regarded as knowledgeable or authoritative. Suggestion

- an idea or plan put forward for consideration {Совет - руководство или рекомендации, которые касаются будущего действия, обычно дается кем-либо более влиятельным или зна-

ющим. Предположение - идея или план, выдвинутые для ознакомления).

• Collins Cobuild: If you give someone advice, you tell them what you think they should do in a particular situation / If you make a suggestion, you put forward an idea or plan for someone to think about (Если вы даёте кому-либо совет, вы говорите им, что, по вашему мнению, они должны делать в определённой ситуации / Если вы делаете предположение, вы выдвигаете идею или план дальнейших действия для обдумывания другому человеку);

Рассмотрим также вариант с лексемой offer.

• Oxford English Dictionary: express readiness to do something for or on behalf of someone (выразить готовность сделать что-либо для кого-либо / за кого-либо);

• Collins Cobuild: If you offer something to someone, you ask them if they would like to have it or use it (если вы предлагаете что-либо кому-либо, вы спрашиваете, хочет ли этот человек использовать или иметь это что-либо).

Обозначим разницу между лексемами suggest и offer: в первом случае адресант предлагает адресату совершить действие, якобы полезное для самого адресата, в то время как во втором случае (offer) адресант предлагает свои услуги адресату с расчетом на то, что они могут быть полезны адресату.

Итак, при всех сходствах английских и русских определений, обращает на себя внимание тот факт, что словарь Oxford Dictionary среди прочих особенностей предложения и совета содержит ремарку о том, что адресантом совета обычно является лицо, обладающее большими знаниями или авторитетом. Предполагаем, что в русском коммуникативном поведении данная особенность не заложена, и с советом может выступить любой человек, у которого есть мнение по какому-либо вопросу.

Советы и предложения регулярно реализуются как в инициативных, так и в реактивных речевых актах. Но, если совет даётся по инициативе говорящего, то он может вызвать негативную реакцию исполнителя, поскольку люди в принципе не любят «непрошеные советы». Таким образом, анализируя прагматические варианты совета, к прагматическим пресуппозициям инициативного совета можно отнести предположение о том, что слуша-

ющий планирует совершить определённое действие, и мнение говорящего о том, что поступок (т. е. действие, каузируемое предложением или советом) будет более полезным или подходящим. Пресуппозиции реактивного совета возникают в силу следующих факторов: (1) адресат находится в затруднительном положении относительно правильного выбора действия из-за отсутствия опыта или компетентности; (2) адресат считает, что говорящий более компетентен / опытен и может определить оптимальный выход из существующей ситуации; (3) адресат хочет знать мнение говорящего и обращается к нему с запросом.

Предложения и советы обычно функционируют в ситуациях незапланированного общения, спонтанного, не подготовленного заранее. Непрошеный совет более характерен для русской лингвокультуры, что может быть объяснено соборностью - желанием быть в курсе дел всех знакомых, желанием помочь, проявить заботу, стремлением помочь ближнему и поделиться опытом, даже если этого никто не просит. Английскими коммуникантами непрошенные советы воспринимаются как вторжение в личную жизнь, ущемление свободы, прав и автономии личности. В индивидуалистских культурах, где каждый человек сам привык отвечать за себя и принимать отношения, советы могут быть восприняты весьма болезненно, агрессивно, даже если даются из лучших побуждений. Тем не менее, как в английской, так и в русской культурах добрый совет ценится:

Good advice is beyond price;

Advice is least heeded when most needed; Людей не слушать - в добре не жить; Всякий совет к разуму хорош.

РА «предложение / совет» в русском языке имеет много аналогий с другими ЛРА. Предложения / высказывания с побудительной семантикой являются преобладающими. Сравним примеры из бытового общения:

Подари ей цветы.

Сходи на стадион, побегай.

Смягчающими модификаторами РА «предложение / совет» будут маркеры условного наклонения и вопросительные предложения (чаще - с конструкциями «Почему бы не / как насчет. ..?»):

Почему бы тебе не завести кошку?

Как насчет мюсли на завтрак?

При выражении JIPA «совет / предложение» английские коммуниканты стараются снизить коммуникативное давление, в то время как русскоязычные коммуниканты нередко переносят интенсификаторы, используемые в русской лингвокультуре, на английский язык, делая тем самым советы и предложения крайне некомфортными для носителей английского языка. Ср. степень коммуникативного давления:

Ты обязательно должен сходить к врачу.

(I think) you should visit your GP.

What about visiting your GP?

Как показано на примерах, в русских модальных высказываниях преобладает значение долженствования, в английских - совета. Частотность использования модальных и вопросительных конструкций для выражения совета / предложения в английском языке может быть сопоставима с использованием директивных конструкций в русском.

Следующая группа - JIPA со значением просьбы. Рассмотрим определения просьбы в толковых словарях.

Просьба - «обращение к кому-нибудь, призывающее удовлетворить какие-либо нужды, желания» [Ожегов, 1995, с. 612]; аналогичное определение даётся в словаре Д.Н. Ушакова: «Обращение к кому-нибудь, склоняющее кого-нибудь удовлетворить какие-нибудь нужды, исполнить какое-нибудь желание того, кто просит» [Ушаков, 2008, с. 710]. Определение просьбы можно представить формулой «Я хочу, чтобы ты сделал это».

Английский аналог слова просьба - request. С нашей точки зрения, интересен тот факт, что словарный перевод английского варианта следующий - «просьба; требование (некатегоричное, вежливое)». Заложенная в сути просьбы угроза лицу реализуется и в дефиниции слова «просьба» - необходимо, чтобы она была мягкой, некатегоричной, вежливой. Словарь Oxford Dictionary определяет request следующим образом: an act of asking politely or formally for something; (вежливо или официально спросить о чём-либо). Обращает на себя внимание тот факт, что во всех англоязычных словарях отмечается формальность и вежливость запроса, в то время как в русских лексикографических источниках даётся лишь информация о желании выполнения определённого действия адресатом.

Просьба представляет собой обращение к кому-либо за удовлетворением нужд, потребностей и желаний. Итак, под косвенным РА со значением просьбы мы будем понимать РА, вторичная функция которого представлена в намерениях адресата призвать коммуниканта удовлетворить свои нужды или желания. В грамматических исследованиях [Изотов, 2008] просьба указывается в ряду оттенков побуждения - некоторые исследователи, исходя из классификационных критериев, принятых в теории речевых актов считают необходимым ввести описательные определения (такие, как мягкий приказ, мольба и др.).

Выделяются разнообразные стратегии реализации данной разновидности РА. Главным, на наш взгляд, отличием в выражении просьбы в английском и русском языках является то, что в русской коммуникации императивные конструкции - основной способ выражения просьбы. Согласно нашему материалу, в русском языке в РА «просьба» императивные конструкции используются в 19 раз чаще, чем в английском. Тем не менее, императив в русском языке не может быть приравнен к английскому императиву. Обращает на себя внимание факт, что функционирование императива нередко связано с использованием маркера вежливости «пожалуйста», который нередко в русском языке называют также «волшебным словом», используемым для смягчения категоричности высказывания. При использовании необходимой интонации РА с данным маркером будет наверняка расценен именно как вежливая просьба, а не как покушение на свободу коммуниканта. В английском языке императив без какого-либо модификатора встречается крайне редко. Даже, если этим маркером будет слово please, то для английского языка этого не достаточно -единственная функция этого маркера - лишь индикатор вежливости, причем само данное слово не играет большой роли, и конструкции типа «императив + please» приемлемы лишь в весьма ограниченных контекстах неформального общения. Эффект смягчения побуждения в данном случае можно получить лишь при использовании данного маркера в комбинации с другими средствами. Ср.:

Сходи в магазин, пожалуйста.

Go to the market, please.

Семантическим коррелятом данного высказывания будет Could you go to the market, please (доел. Мог бы ты сходить в магазин, пожалуйста). Чтобы выразить идею русского «пожалуйста», в английском языке будут использоваться модальные и отрицательные конструкции, формы с условным наклонением.

Обратим внимание на то, что использование как двойного императива, так и удвоенного маркера вежливости сделает РА в русском языке более вежливым, менее ликоугрожаю-щим, однако данная тенденция не справедлива для английского языка. Ср. в русском языке:

Будь другом / будъ(те) добры / извините, открой(те) окно, пожалуйста.

Аналогом данной формулы в английском языке можно считать тактики с использованием модификаторов неуверенности и сравнения, например:

I don’t want to bother you, but... (He хотел бы Вас беспокоить, но...)

I’m sure you are very busy, but... (Уверен, что Вы очень заняты, но...)

Использование диминутивов в русской коммуникативной культуре создает жалостливый тон, смягчая коммуникативное давление и агрессию, располагая к себе собеседника:

- Тятенька, я-то причём? [Горький, 1956, с. 73];

- Здравствуйте, Еленочка, а это что такое? Откуда стулья! [Ильф, 1958, с. 154];

- Левочка, ты опять волнуешься? - сказала она [Платонов, 1989, с. 105].

Нередко для снижения «цены» просьбы используются разнообразные минимизаторы -капельку, чуть-чуть, немного, быстренько и

др.:

- Варя, ты бы поела чего, маленько, а? [Горький, 1950, с. 9].

Роль интеррогативного высказывания для выражения просьбы также важна, хотя русские вопросительные конструкции не так разнообразны и не так широко используются, как в английском языке, роль интеррога-тивных высказываний в коммуникации велика. Часто можно встретить интеррогативные конструкции с отрицательным элементом, что даёт возможность выбора, так как подобные конструкции допускают отрицательный ответ. Отметим, если в русском языке преобла-

дающими будут вопросительные отрицательные конструкции, то для английского языка характерными являются вопросительные утвердительные конструкции (отрицательный компонент в некоторых ситуациях создаст отрицательный эффект упрёка или неприятного удивления). Сравним примеры из бытового общения с их дословным переводом на английский язык:

Можно диски посмотреть?

У Вас нет степлера?

Don’tyou have a stapler?

Can’t I see your CDs? (cf. Could you show your CDs, please?).

Выделим коммуникативно-прагматические условия для ликоугрожающих речевых актов:

а) ликоугрожающий акт обычно исходит от того лица, чей социальный статус не выше, либо используется в ситуациях, где субор-динативные отношения отсутствуют: в обоих случаях тот, кто просит, не вправе навязывать тому, у кого просят, определённое поведение, а обращается за сотрудничеством;

б) стоящий выше в социальной иерархии также может выступить с ограничивающим свободу РА, если то, что он просит совершить стоящего ниже, не обусловлено соответствующей конвенцией, поэтому он не может в такой ситуации прибегать к своей власти; если такое действие конвенционально, то подобная просьба должна восприниматься как приказ;

в) JIPA могут высказываться как в институциональных, так и в межличностных социальных ситуациях;

г) JIPA допускают возможность отказа.

Можно заметить, что выбор языковых

средств, используемых для выражения просьбы, во многом зависит от ситуации общения, статусной асимметрии, степени сложности выполнения просьбы и др.

Следующая группа рассматриваемых JIPA

- РА со значением приглашения. Под приглашением понимается просьба «прибыть, прийти или просьба выполнить работу или поручение» [Ожегов, 1995, с. 579]. Английские словари, определяя invitation, отмечают:

• «ап invitation is a written or spoken request to come to an event such as a party, a meal, or a meeting» - «Приглашение - это письменная или устная просьба явиться на мероприятие: вечеринку, ужин или встречу».

Остальные рассмотренные нами словари при дефиниции данной лексемы использовали однокоренное слово to invite:

• Oxford dictionary: «make a polite, formal, or friendly request to (someone) to go somewhere or to do something» (пригласить - сделать вежливую, формальную или дружескую просьбу пойти куда-либо или что-либо сделать).

Отметим, что английские словари не дают существенных различий в определениях и вполне идентичны русскому лексикографическому материалу.

В какой-то степени приглашение - разновидность просьбы, но с той лишь разницей, что в приглашении реализуются стратегии по убеждению коммуниканта прибыть куда-либо, выполнить определённое поручение. Основным отличием данного РА от РА «просьба» является то, что в РА «приглашение» действие происходит в интересах обеих сторон либо в интересах самого слушающего. Приглашение можно считать гибридным РА, так как в нём совмещаются признаки директивных и комиссивных РА. Из всех JIPA приглашение представляет наименьшую угрозу позитивному лицу. Так как данный РА является «выгодным» как для говорящего, так и для слушающего, то минимизация косвенности ведет к повышению прагматического эффекта. В приглашениях русскоязычные коммуниканты могут проявлять настойчивость, не давая слушающим возможности выбора. С другой стороны, нередко к императивной конструкции прибавляется демонстрация своего желания увидеть собеседника (Будем рады / будем ждать / с удовольствием увидели бы вас / ждём с нетерпением и др.). Примеры -ситуации бытового общения:

Приходи к нам в гости! Обязательно приходи. Будем ждать.

Приглашаем тебя на нашу свадьбу. Не придешь - обидимся.

или, как в рассказе С. Довлатова «Когда-то мы жили в горах»:

Приходи ко мне на день рождения. Я родился - завтра. Не придешь - обижусь и ударю <...> К моему приходу гости были в сборе [Довлатов. Режим доступа: http://www.ser-geidovlatov.com].

Вопрос о том, хочет ли приглашённый быть участником, не рассматривается и не за-

дается. Приглашённый просто ставится перед фактом, дополненным менасивом (обижусь и ударю).

Стратегии дистанцирования, реализуемые английскими коммуникантами в РА «приглашение», - свобода выбора:

Hey, Dixon, we’ve decided to go out tonight. Would you come with us? [Amis, 2002, p. 19].

(Эй, Диксон, мы сегодня решили сходить куда-нибудь. Ты пойдешь с нами?), либо Why don ’tyou join me for lunch? [McNicholl, 2004, p. 198].

(Почему бы тебе не присоединиться ко мне и не пообедать вместе?)

В русском языке чаще показывается «обоюдность» действия. Подобное объединение говорящего и слушающего можно считать отражением коллективистского типа культуры: Давай сходим вечером куда-нибудь? (как вариант - Идем с нами!)

Формы совместного действия с инфинитивом считаются более категоричными, чем с императивной формой: давай (те) + 1 л. мн. ч.: конструкции давай (те) + инфинитив в определённой степени присущ элемент категоричности, настойчивости, тогда как конструкции давай (те) + 1 л. мн. ч. выражают смягчённое побуждение, придавая речи дружеский, доброжелательный характер [Бело-шапкова, 1994].

Характерным для разговорной речи оказывается использование форм 1 л. мн. ч. будущего времени со словами может быть, может. В данном случае невозможно провести четкую границу между РА «предложение» и «приглашение»:

Может, назовете фамилию хоть одного и точный адрес хотя бы одного советского миллионера? [Ильф, 1958, с. 295].

Тем не менее, достаточно широко употребляются и «универсальные» (для английского и русского языков) конструкции. Ср. пример из бытового общения:

Мы в кино. Ты с нами? (как аналог We are going to the cinema. Are you with us?/ Would you come with us?).

В статусно-асимметричной ситуации использование языковых средств несколько меняется и встаёт необходимость предоставления права выбора. Чаще всего именно наличие статусной дистанции обусловливает использование русскими коммуникантами кос-

венных речевых актов. Нередко подобный выбор предоставляется в виде отрицательных конструкций:

Не хотите ли вы места брать? Очень, очень хорошее место: у очень богатой дамы одного мальчика приготовить в пажеский корпус [Лесков, 1993, с. 59].

Так как речь идёт о разговорном языке, то большое внимание необходимо уделять интонации - даже самое вежливое по форме высказывание может быть испорчено неподобающей интонацией - иронией или сарказмом, тем самым, лишая коммуниканта желания принимать приглашение. Нередко подобные «вежливые» формы служат лишь для формального приглашения, дают понять, что приём приглашения нежелателен.

Как и в РА «просьба», РА «приглашение» важную роль играет ситуация общения, отношения между коммуникантами, субординация, статусность и другие факторы. Между тем, видны существенные различия между РА в английском и русском языках. Осуществляемые английскими коммуникантами тактики отдаления не всегда бывают приемлемыми в русской коммуникации - императив, прямое коммуникативное давление. Сделаем предположение, что данный факт вполне можно объяснить особенностями нашей культуры - традиции русского застолья, «заходите к нам на огонёк», домашних посиделок. Чем больше стратегий дистанцирования, формул смягчения и маркеров вежливости будет использовано в английском языке, тем менее искренним оно представится русскому коммуниканту. И, наоборот, - русские «искренние» приглашения нередко могут быть расценены как вмешательство в английское privacy.

Исходя из вышесказанного, можно выделить некоторые тактики и стратегии для минимизации коммуникативного давления:

1. Косвенное выражение интенций. Косвенное высказывание употребляется в целях создания приятного климата общения. При соблюдении речевого этикета избегаются эксплицитно перформативные речевые акты, которые могли бы быть восприняты слушающим как слишком настойчивые, грубые и т. д.

Употребление косвенного высказывания в речевой деятельности даёт коммуникантам возможность успешно варьировать языковой

реализацией своих намерений и достигать понимания у слушающего.

2. Использование уклончивых и размытых формулировок. Большая вариативность речевых формул подразумевает наличие права выбора у адресата и служит доказательством того, что коммуниканты стремятся минимизировать прямое коммуникативное воздействие на адресата.

3. Предоставление выбора не совершать действие. Даже формальная возможность выбора существенно смягчит JIPA и позволит говорящему сохранить лицо.

4. Пессимизм в ожиданиях. Использование отрицательных конструкций. Сомнение в возможности реализации действия уменьшает уровень коммуникативного давления.

5. Употребление маркеров вежливости. «Маркер» - показатель некоторого свойства. При помощи маркеров можно определить наличие или, наоборот, отсутствие определённого свойства или качества анализируемого материала.

В английском и русском языках категория вежливости реализуется с помощью различных языковых средств, в частности, семантических и синтаксических. Тем не менее, набор рассматриваемых маркеров различен не только по количественному, но и по качественному составу. Такое различие можно объяснить особенностями сложившейся лингвокульту-ры.

Для разговорной речи частым компонентом является смягчающее вводное слово please. Однако следует отметить, что маркер please и его русский аналог пожалуйста имеют несколько разный смысл. Русское пожалуйста может перевести команду в просьбу (при использовании императива), оно может смягчить категоричность императивного звучания. Маркер пожалуйста имеет более сильное прагматическое значение, чем please.

6. Немногословность. Отметим, что большинство JIPA имеют форму простого предложения. Простые предложения используются для того, чтобы собеседник без особых усилий смог догадаться об интенции адресата и выполнил задание.

Можно увидеть, что нередко стратегии негативной вежливости тесно связаны между собой, порой при помощи одной и той же конструкции могут быть реализованы несколько

стратегий дистанцирования в ЛРА. Само по себе высказывание, имеющее вопросительную форму, показывает намерение говорящего выразиться косвенно, предоставляя возможность выбора для слушающего.

В целом, можно заметить, что в обоих языках существует богатое разнообразие формул для выражения ЛРА, выбор которых зависит от конкретных коммуникативных ситуаций. Русские коммуниканты косвенным высказываниям предпочитают прямые императивные, нередко с интенсификаторами, в то время как англоязычные коммуниканты - косвенные высказывания с условными наклонениями, модальными глаголами и отрицательными частицами. Закономерности временной соотнесенности показывают ориентацию англоговорящих коммуникантов на будущее, в то время как русские больше склонны ориентироваться на прошлое (своих предков, историю своей страны и культуры). Это также может быть одним из факторов использований прошедшего времени русскими коммуникантами и ориентацию на настоящее и будущее у англоязычных. Показывать неопределенность, неуверенность, своё отношение к высказываемому, реальность осуществления - именно такая тенденция наблюдается в англоязычной культуре, где безапелляционность и самоуверенность вряд ли поможет достигнуть цели в повседневном общении.

Библиографический список:

1. Апресян, Ю.Д. Дейксис в лексике и грамматике и наивная картина мира [Текст] / Ю.Д. Апресян // Избранные труды : в 2 т. - М. : Яз. рус. культуры, 1995. - Т. 2. Интегральное описание языка и системная лексикография. - С. 629-650.

2. Белошапкова, В.А. Выражение побуждения к совместному действию в русском языке [Текст] /

В.А. Белошапкова, Ц. Саранцацрал. - М. : Рус. яз. за рубежом, 1994. - № 4. - С. 55-59.

3. Горький, М. Детство. В людях. Мои университеты [Текст] / М. Горький. - М. : Моск. рабочий, 1956. -656 с.

4. Давыдова, ТА. Роль упрёка в межличностном общении [Текст] / Т.А. Давыдова // Между нар. науч,-практ. конференция МК-1-07 (Астрахань, 15 января 2007 г.). - Астрахань : АТУ, 2007. - С. 26-28.

5. Довлатов, С. «Когда-то мы жили в горах» [Электронный ресурс] / С. Довлатов // Сайт А. Данилю-ка о С. Довлатове. - Режим доступа : Шр://\у\у\у. sergeidovlatov.com/books/kogda-to.html (дата обращения : 10.02.2011).

6. Изотов, А.И. Императивность как прагмалингви-стический феномен [Текст] : на материале чеш. яз./ А.И. Изотов. - М. : ЛИБРОКОМ, 2008. - 256 с.

7. Ильф, И. Двенадцать стульев. Золотой телёнок [Текст] / И. Ильф, Е. Петров. - Алма-Ата : Казах, гос. изд-во худож. лит., 1958. - 550 с.

8. Ларина, Т.В. Категория вежливости и стиль коммуникации [Текст] : сопоставление англ. и рус. линг-вокультур. традиций / Т.В. Ларина. - М. : Рукописные памятники Др. Руси, 2009. - 512 с.

9. Лесков, НС. Собрание сочинений [Текст] : в 6 т. / Н.С Лесков. - М. : Экран, 1993. - Т. 2. - 720 с.

10. Ожегов, С.И. Толковый словарь русского языка [Текст] : 80 000 слов и фразеолог. выражений /

С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова; РАН; Рос. фонд культуры. - 2-е изд., испр. и доп. - М. : АЗЪ, 1995. -928 с.

11. Платонов, А.П. Ювенильное море. Котлован. Чевенгур [Текст] / А.П. Платонов. - Челябинск: Юж,-урал. кн. изд-во, 1989. - 560 с.

12. Прохоров, Ю.Е. Русское коммуникативное поведение [Текст] / Ю.Е. Прохоров, И. А. Стернин. - М. : Флинта, 2002. - 328 с.

13. Ушаков, Д.Н. Большой толковый словарь русского языка [Текст] / Д.Н. Ушаков. - М. : ACT, Астрель, 2008. - 1280 с.

14. ABBYY Lingvo хЗ [Электронный ресурс] : 130 словарей // Электрон., текстовые, граф., зв. дан. и прикладная прогр. - Oxford : American Dictionary of English, 2003. - Режим доступа: DVD-R (1 000 Мб) (дата обращения: 10.08.2011).

15. Amis, К. Lucky Jim [Text] / К. Amis. - Arden: Arden, 2002. - 304 p.

16. Brown, P. Politeness : Some Universals in Language Usage [Text] /Р. Brown, S.D. Levinson. - Cambridge : Cambridge University Press, 1987. - 375 p.

17. Golden, A. Memoirs of a Geisha [Text] / A. Golden. -Vintage : Vintage, 2005. - 503 p.

18. Lewis, C.S. The Complete Chronicles of Namia [Text] / C.S. Lewis. - N.Y. : Harper Collins Publishers, 2000. - 524 p.

19. McNicholl, D. A Son Called Gabriel [Text] / D. Mc-Nicholl. - Monntreal: CDS Books, 2004. - 346 p.

20. Rathmayr, R. Intercultural aspects of new Russian politeness [Text] / R. Rathmayr // WU Online Papers in International Business Communication. - Series One : Intercultural Communication and Language Learning, 2008. - P. 4.