УДК 811.531 ББК 81.2-923

О.А. Трофименко ЧТО ТАКОЕ «КОРЕ МАР»?

Целью данной работы является описание языка российских корейцев - коре мар. В работе рассматривается история появления корейцев на территории России, прослеживается становление коре мар, определяется терминология и особенности языка коресарам.

Ключевые слова: корейский язык; диалект; островной диалект; коре маар; коресарам; исчезающие языки

O.Ä. Trofimenko WHAT IS KORYO MAR?

This paper is aimed at a description of the language of Soviet Koreans - Koryo mar. I consider the consequencies of Koreans' migration to the Russian territory, describe the process of Koryo mar formation as well as its specific traits.

Key words: Korean language; Koryo mar; Koryo saram; insular dialect; dialect; endangered languages

Далекие предки переселенцев на русский Дальний Восток происходили в основной своей массе из провинции Северный Хам-ген. Диалекты* этой провинции делились на три подгруппы: Югып (шесть уездов - Пурен, Кенхын, Онсон, Кенвон, Косон и Хверен) самой северной части Корейского полуострова, граничащей с Россией и Китаем; Саып («четыре уезда - Кенсон, Менчхон, Кильчу и Хаксон) и Мусан. С языком корейцев, проживающих в Приморском крае, в большей степени связана первая подгруппа диалектов. Во время правления короля Седжона на самых северных границах Кореи были заложены 6 крепостей-гарнизонов - Юкчин, которые позднее назывались Югып. Продолжительная изоляция от развивавшихся литературных языков, поглощение элементов диалектов малочисленных выходцев их южных провинций, затем консервация, наконец, влияние русского языка привели к образованию к образованию лингвистического феномена, получившего название коре мар [Ким. Режим доступа : http:// www.worldlib.ru].

Коре мар - это язык корейцев (коресарам, советские / российские корейцы), существующий в основном в устной форме и функционирующий лишь в семейно-бытовой сфере.

* Статья написана при поддержке гранта РГНФ, номер гранта 12-04-00083

Язык советских корейцев имеет 2 разновидности, причем 90 % корейцев говорят на северо-хамгенском диалекте, остальные 10 % говорят на диалекте Югын или Юкчин, т. е. на архи - консервативном диалекте шести городов. Первые корейские поселения на русский дальний Восток были выходцами именно из этого региона, однако позже они растворились в большой массе новых миграционных волн, последовавших в 1910-1920 гг. их региона. Основная разница между этими двумя субдиалектами заключаются в гораздо более архаичной фонологии Югып [Ким. Режим доступа : http://www.worldlib.ru].

Коре мар долго находился в изоляции от языкового ареала, подвергался влиянию русского языка и языков Средней Азии. В результате в коре мар мы можем наблюдать лексику, уже не использующуюся в северо-хамкенской провинции, откуда родом были первые переселенцы, грамматика и фонетика также подверглись сильным изменениям, тем самым коре мар представляет собой уникальный языковой феномен.

Уровень языковой компетенции и характер речевого поведения различаются по возрастным и социальным группам корейской диаспоры. В возрастной группе до 25 лет абсолютно преобладающая часть корейцев совершенно не владеет коре мар. Для возрастной

© Трофименко О.А., 2012

группы от 25 до 60 лет характерно пассивное владение языком на уровне понимания просторечия на обиходные, бытовые темы. Лишь самая старшая возрастная группа от 60 до 80 лет, выросшая в относительно этнокомпакт-ной сельской среде и получившая азы письменной национальной грамоты, владеет в определенной степени говорением. Для поколения рожденных в пределах СССР корейцев родным языком стал русский, а для преобладающей части депортированного поколения, которых в определенном смысле можно отнести к билингвам, русский язык по степени владения стал первичным, а корейский - вторичным [Ким. Режим доступа : http://www. worldlib.ru] .

Что касается дифференциации языковой компетенции по социальной принадлежности, то в первичном делении на людей на две группы: умственного и физического труда, безусловно, первая уступает второй в степени сохранения навыков корейского языка. Физическим трудом корейцы были заняты в основном в аграрном секторе, а, как известно именно село является тем этногомогенным резервуаром, в котором лучше чем в национально-смешанном городской «котле» сохраняется этническая культура и язык. Среди людей интеллектуального труда знания языка сохранили и развили те, кто по роду своей профессиональной деятельности были заняты либо в корейскоязычных средствах массовой информации (газета, радио, телевидение), либо в корейском театре.

Таким образом, можно сделать следующие выводы по оценке языковой ситуации среди современной корейской диаспоры:

1. Качественные и количественные показатели свидетельствуют о смене родного языка, происшедшей у преобладающей части корейцев.

2. В силу действия факторов политического, социально-культурного и этнопсихологического характера сферы употребление корейского языка сузились до семейно-бытовых отношений.

3. Инновации, динамично развивающиеся отношения с Южной Кореей, всплеск этнического самосознания и деятельность корейских общественных организаций стимулировали возросший интерес к корейскому языку, желание овладеть им.

4. Корейцы настолько ассимилировались, что не считают необходимым изучать коре мар, предпочитая литературный корейский язык.

5. Коре мар владеют только представители старших возрастных групп, молодежь его совсем не знает и даже не различает на слух.

6. Коре мар не имеет документирования и письменной фиксации.

Язык живет до тех пор, пока есть люди, которые используют его в речи. Критериями определения языка как исчезающего (вымирающего seriously endangered language) являются:

1. Язык не изучается молодежью, так как в его использовании нет необходимости.

2. На языке говорит лишь небольшой процент говорящих (соотносительно всей совокупности этноса).

3. Язык функционирует только в сфере быта и фольклора, не преподается в школе, не используется на радио, ТВ, печати.

4. Язык является не первым, а вторым.

5. Язык не имеет письменной формы.

Н.С. Пак отмечает, что «функционирование корейских диалектов в изоляции, вдали от материнского языкового поля, а также возникновение новых территориальных вариантов корейского языка - это результат сложных глоттонических процессов» [Пак, 2005, с. 12].

В российском корееведении изучению языка коре сарам, точнее, одного из диалектов, посвящена только одна работа - Н.С. Пак «Корейский язык в Казахстане: проблемы и перспективы», а также ряд статей Г.Н. Кима, с которыми можно ознакомиться в Интернете. Что касается языка, который использую российские корейцы, живущие на территории Приморского края, то он до сих пор не изучен.

Переселение корейцев в Россию. Начало корейского переселения на русский Дальний Восток связано с включением в состав российских владений в Азии Приамурья (по Ай-гунскому договору 1858 г.) и Приморья (по Пекинскому трактату 1860 г.) в начале второй половины XIX в.

После присоединения Приамурья и Приморья в состав Российских владений испытывался острый недостаток рабочей силы. Вполне понятно, что в этой ситуации русским властям было выгодно принять переселенцев из северных провинций Кореи, которые под-

Вестник ИГЛУ, 2012

вергались на родине эксплуатации со стороны правящего класса [Корейцы на Российском Дальнем Востоке, 2001, с. 10].

Таким образом, уже в 1884 г. рассматривается вопрос о корейцах-поселенцах, в частности о принятии ими русского подданства. Первое появление корейских иммигрантов относится к 1863 г. В 1864 г. из Кореи перешло уже 60 семей в количестве 308 человек, которые поселились в Посьетском районе [Белая книга о депортации корейского населения России в 30-40-х годах, 1997, с. 33].

В 1900 г. разрешился вопрос о подданстве корейцев, переселившихся в Россию. Было решено принять в русское подданство всех корейцев, переселившихся в Россию, отнеся их к сословию государственных крестьян. Также было признано нежелательным дальнейшее переселение корейцев [Бэ Ын Гиенг, 2001, с. 11].

В 1905 г. в Приморской области насчитывалось уже 34 399 корейских переселенцев, из которых 15 122 были приняты в русское подданство. Тяга к принятию русского подданства объяснялась и стремлением корейцев к преодолению языкового барьера и культурных различий с местным русским населением. Дети, достигшие школьного возраста, ходили в русские школы, некоторые из них продолжали и дальше обучение, поступали в гимназии и университеты.

Постепенно численность корейского населения в Приморье возрастала. В 1913 г. по анкетной переписи Переселенческого Управления было учтено корейцев 48 722 /в сельских местностях / [Корейцы на Российском Дальнем Востоке, 2001, с. 169].

Прибывшие из Кореи переселенцы основной массой оседали в приграничных районах и затем уже, по мере их заполнения, продвигались вглубь страны [Белая книга о депортации корейского населения России в 30-40-х годах, 1997, с. 35].

К середине 1930-х гг. XX в. политика в отношении корейского населения на Дальнем Востоке кардинально изменилась [Бугай. Режим доступа : http://www.worldlib.ru].

Только по причине национальной принадлежности корейцы (около 175 тыс. человек) во второй половине 1930-х гг. в принудительном порядке были депортированы в основном в Среднюю Азию. Поскольку первоначально

переселение рассматривалось как административное, правительство принимало меры к смягчению его последствий с помощью материальных компенсаций, обеспечения жильем, работой и т. д. в местах, куда прибывали переселенцы [Там же] .

Насильственное переселение корейцев в Среднюю Азию в 1937 г. было равносильно ссылке. В ходе переселения многие умирали, особенно старики и дети. В целом, из районов Дальнего Востока, по состоянию на октябрь 1937 г., было отправлено 55 эшелонов с общим числом 15 620 корейских семей (75 294 человек). Всего же было вывезено 124 эшелона в составе 36 442 семьи - 171 781 человек [Бэ Ын Гиенг, 2001, с. 22] .

Они были разбросаны по полупустынным местам в Средней Азии. Корейцы распределялись в Узбекской ССР - 16 272 семьи, в Казахской ССР - 20 170 семей. Депортированные не имели права выбора места жительства и права на свободное передвижение [Ким, 2003, с. 129]. Переселение было завершено в октябре - ноябре 1937 г. [Корейцы на Российском Дальнем Востоке, 2001, с. 141].

Корейским переселенцам пришлось претерпеть многие лишения и преодолеть огромные трудности, связанные с переселением и обустройствам на местах нового проживания [1937 год Российские корейцы, 2004, с. 78].

Корейские переселенцы отмечали доброжелательность местного населения. Им пришлось адаптироваться к среднеазиатской среде, начать заниматься земледелием. Постепенно обосновываясь, как это было на Дальнем Востоке, они начинали все заново [Пискулова, 2006, с. 153].

С 1953-1957 гг. для корейцев были отменены ограничения на перемещения и поселение за пределами территории первоначальной депортации, отменены ограничения по призыву на службу в армию. Все это способствовало увеличению миграции корейского населения, особенно молодежи из сельской местности в города. Также возросла миграция в Россию, в частности, в Ростовскую область [Ткаченко, 2000, с. 152] .

Позже в результате распада СССР в 1991 г. «советские корейцы» стали гражданами нескольких независимых государств. Наибольшая часть корейской общины оказалась в Узбекистане, России, Казахстане и Киргизии.

Экономический кризис тяжело отразился на жителях всех бывших союзных республик. Кроме того, корейцы республик Средней Азии и Казахстана подверглись усиленной дискриминации по национальному признаку. Будучи в основном русскоязычными, они оказались в таком же положении, как и русские, по отношению к «титульной нации» новых государств [Пак, 1953, с. 152] .

Снова корейская община оказалась на крутом переломе своей судьбы. Значительное снижение жизненного уровня и усиление дискриминации привело к массовой миграции корейского населения в Россию, где корейцы почувствовали себя полноправной нацией среди других народов.

После депортации и возвращения на Дальний Восток в судьбе корейцев многое изменилось, что невозможно оценивать однозначно и определенно. Потеря своей культуры ощутимо сказалась на развитии всех российских корейцев. Сейчас российские корейцы являются живым мостом между Россией и исторической Родиной в многогранном сотрудничестве во всех областях науки, экономики и культуры.

История коре маар. Продолжительная изоляция от развивавшихся литературных языков, поглощение элементов диалектов малочисленных выходцев их южных провинций, затем консервация и, наконец, влияние русского языка и языков Средней Азии привели к образованию лингвистического феномена, получившего название коре мар.

В отличие от диалектов Корейского полуострова, имеющих прикрытие со стороны литературного корейского языка, диалекты корейцев России и Средней Азии, оторванных от языкового ядра, лишены были такой защиты [Пак, 2005, с. 21] .

До депортации корейцев в Среднюю Азию и ликвидации системы образования на национальном языке, корейский язык ранжировался в языки народов СССР. Затем в течение длительного периода корейский язык, существовавший в устной, разговорной форме, не имел никакого официального статуса. В советской статистике по печатной продукции он входил в группу «Языков народов зарубежных стран». И это в какой-то мере соответствовало объективной реальности, ибо книги, напечатанные на корейском языке, представляли со-

бой в основном переводы общественно-политической, классической русской и советской литературы, выполненные на северокорейском языковом стандарте [Ким. Режим доступа : http://www.worldlib.ru] .

Чем же является коре мар?

Историческая изменчивость, динамизм языковой системы - это постоянное и существенное качество языка. Одним из важнейших результатов исторического развития является разнообразие языков, языковых категорий и явлений. Поэтому познание природы языка предполагает определение влияния на язык фактора времени, раскрытие типов и форм языковых изменений, причин и результатов этих изменений.

В корейском языке, как и в других языках, существуют диалекты, имеющие свою фонетическую, грамматическую и лексическую систему, которые могут являться для говорящих на этих диалектах людей единственным средством общения.

Корейский язык представляет собой сложное языковое единство: сложное, потому что включает в себя многие разновидности (литературный, территориальные и социальные диалекты), но все же единство, поскольку во всех этих разновидностях достаточно общих черт, чтобы люди, пользующиеся различными разновидностями языка, понимали друг друга и воспринимали речь собеседника как корейскую [Ким. Режим доступа : http://www. worldlib.ru].

Важнейшими источниками языкового развития таких языковых островов, с одной стороны, являются междиалектные процессы выравнивания, поскольку переселенцы съезжались в новые места из различных языковых регионов; с другой стороны, свое влияние на диалект также оказывает и литературный язык. И хотя языковые острова живут, как правило, своей особой этнокультурной жизнью, они оказываются тесно связанными благодаря общественно-политическим, административно-деловым, хозяйственным и социальным отношениям с иноязычным большинством данной страны, овладение языком которого приводит к языковой интерференции и влиянию этого языка на диалект [Там же] .

Г.Н. Ким определяет язык корейцев, проживающих в Казахстане, как специфическую форму «неприкрытого диалекта» (от немецко-

вестник иглу, 2012

го - obdachlos, т. е. не имеющего крыши). В отличие от диалектов Корейского полуострова, имеющих «крышу», прикрытие со стороны литературного корейского языка, диалекты корейцев России и Казахстана, оторванных от языкового ядра, лишены были такой защиты [Там же].

Н.С. Пак называет коре мар «вариантом корейского языка, сложившегося в условиях изоляции на основе двух северо-восточных диалектов корейского языка» [Пак, 2005, с. 21].

На наш взгляд, коре мар следует рассматривать как островной диалект. Под «языковым островом» или «островным диалектом» мы понимаем маргинальную область распространения языка (диалекта), отделенную от ареала своего ядра территориально политической границей и находящуюся в пределах других политических границ в иноязычном окружении [Домашнев, 1990, с 248] .

Наблюдение показывает, что в отличие от ареала ядра, в языковом острове диалект является в большей мере важнейшим средством общения в кругу семьи и внутри этнической языковой общности. С другой стороны, в зависимости от культурно-этнической политики той или иной страны, степени локализации языкового острова здесь также создаются условия для изучения и применения литературного языка (школа, пресса, книгопечатание и др.). Благодаря этому складывается полномерная речевая структура, что делает такой ареал «языковым островом» в отличие от «диалектного острова». Знание литературного языка наряду с использованием местного диалекта образует ситуацию внутренней диглоссии, а овладение языком иноязычного большинства окружения создает предпосылки для билингвизма и интерференции, оказывающей влияние на речевую структуру (диалект - язык) данного острова. Значит, лингвистическое исследование языкового острова должно осуществляться как в отношении диалекта, так и литературной формы языка, однако для целей диалектологии на передний план выдвигается задача изучения характера и состава диалекта данного языкового острова [Пак, 2005, с 36].

Изучение показывает, что даже после значительного периода отрыва от исконной территории своего распространения островной диалект в основном сохраняет свои идентич-

ные черты и обнаруживает достаточно сил и собственных ресурсов для новообразований в целях потребностей номинации вещей и явлений. Наряду с этим островной диалект перенимает заметную часть слов из языка окружения, которые с течением времени могут настолько утвердиться в своем употреблении, что нередко перестают восприниматься в качестве заимствованных [Домашнев, 1990, с. 253] .

Проживание в различных типах этнического окружения, закономерности языковых контактов привели к пополнению ограниченного лексического фонда коре мар заимствованиями из русского и других языков.

Тем не менее, корейцы не отличались активным стремлением к сохранению и развитию языкового и культурного наследия. Корейцы демонстрировали устойчивый интерес к овладению русским языком в совершенстве, что открывало возможности к получению знаний, образования; достижению успехов в трудовой деятельности, повышения социальнокультурного статуса как на индивидуальном уровне, так и в масштабе всего этноса. Такой ускоренный по сравнению с другими национальными меньшинствами переход на языковой код доминирующего этнического окружения характерен в целом для всех зарубежных корейских диаспор, отличающихся высокой степенью аккультурации и языковой ассимиляции. Однако при этом зарубежные корейцы устойчиво сохраняют свою этническую самоидентификацию и не ассимилируются в численно превосходящей инонациональной среде [Бугай. Режим доступа : http://www. worldlib.ru].

Таким образом, в речевом поведении корейцев, охватывающем различные сферы жизнедеятельности, русский язык стал занимать доминирующее положение уже в 1950-1970 гг. Использование корейского языка сужалось и ограничивается в настоящий момент в основном внутрисемейным общением и общением самых старших возрастных групп между собой.

В конце 1980-х - начале 1990-х гг. XIX в. наблюдался своеобразный бум в изучении корейского языка среди корейской диаспоры. Были открыты многочисленные курсы корейского языка, факультеты, были организованы корейские культурные центры, появилось

огромное количество корейских христианских миссионерских церквей, где также преподавался корейский язык.

Таким образом, после полувекового перерыва вновь корейский язык стал предметом обучения в учебных заведениях. Начальный этап в налаживании преподавания корейского языка отмечен как известными достижениями, так и рядом проблем, до сих пор не получивших своего разрешения.

Изучение диалектов важно, они могут свидетельствовать о направлении эволюции языка. Так же диалекты обнаруживают и противоположную тенденцию консервации некоторых элементов прежнего состояния языка, ибо демонстрируют иные по сравнению с литературным языком пути их развития, что делает данные диалектов ценным источником для суждений о прошлом языка [Васильев, 2005, с. 9] .

Коре мар не знает письменной формы, фактически не звучит в эфире и на театральной сцене, не используется в средствах массовой информации, не преподается в школах - он вымирает. Пройдет десять - пятнадцать лет и не останется носителей этого лингвистического уникума.

Библиографический список

1. Белая книга о депортации корейского населения России в 1930-1940-х годах [Текст] / под ред. Ли У Хе, Ким ЕнУн. - М. : МККА, 1997. - 302 с.

2. Бугай, Н.Ф. О выселении корейцев из Дальневосточного края [Электронный ресурс] / Н.Ф. Бугай // Сайт международной библиотеки. - Режим доступа : http://www.worldlib.ru (дата обращения : 15.04.2012).

3. Бэ, Ын Гиенг Краткий очерк истории советских корейцев (1922-1938) [Текст] / Бэ Ын Гиен. - М. : Изд-во МГУ 2001. - 140 с.

4. Васильев, А.А. Особенности диалектов Северной Кореи [Текст] / А.А. Васильев // Вестник центра корейского языка и культуры : Вып. 8. - СПб. : Изд-во СПбГУ, 2005. - С. 9-32.

5. Домашнев, А.И. Пути развития немецкой «островной» диалектологии в СССР [Текст] / А.И. Домашнев // Известия РАН. Сер. лит. и яз. - 1990. - Т. 49, №3. -С. 248-255.

6. Ким, В.С. Дети своего народа : Книга о приморских корейцах [Текст] / В.С. Ким, К.М. Ким, А.С. Те-гай. - Ташкент : Изд. дом им. Г. Гуляма, 2003. - 240 с.

7. Ким, Г.Н. О родном языке корейцев Казахстана [Электронный ресурс] / Г.Н. Ким // Сайт международной библиотеки. - Режим доступа : http://www.worldlib. ru (дата обращения : 15.04.2012).

8. Ким, Г.Н. Рассказы о родном языке : архаизмы и инновации в коре мар [Электронный ресурс] / Г.Н. Ким // Сайт международной библиотеки. - Режим доступа : http://www.worldlib.ru (дата обращения : 15.04.2012).

9. Корейцы на Российском Дальнем Востоке. Документы и материалы [Текст] / под ред. Н.А. Троицкая, К.Б. Абрамова, И.Е. Каргинова. - Владивосток : Изд-во ДВГУ 2001. - 380 с.

10. Пак, М.Н. Очерки по истории освободительной борьбы корейского народа [Текст] / М.Н. Пак, Н.С. Ким, Ю.Н. Мазур / под ред.В.В. Лезина. - М. : Изд-во Ин. лит., 1953. - 324 с.

11. Пак, Н.С. Корейский язык в Казахстане : проблемы и перспективы [Текст] / Н.С. Пак. - Алматы : АККД, 2005. - 304 с.

12. Пак, Н.С. Прародина диалекта юкчин корейского языка и первые сведения о нем [Текст] / Н.С. Пак // Российское корееведение : Альманах : Выпуск 4. - М. : Муравей,2004. - С. 275-290.

13. Пискулова, Ю.Е. Из истории корейской диаспоры в СССР и России [Текст] / Ю.Е. Пискулова // Вестник центра корейского языка и культуры. - СПб. : Изд-во СПбГУ, 2006. - Вып. 9. - С. 151-158.

14. Ткаченко, В.П. Корейский полуостров и интересы России [Текст] / В.П. Ткаченко. - М. : Восточная лит. РАН, 2000. - 207 с.

15. 1937 г. Российские корейцы. Приморье - Центральная Азия - Сталинград (Депортация) / отв. ред. Н.Ф. Бугай. - М. : Наука, 2004. - 288 с.

УДК 81.25 ББК 81

Н.О. Фаризова

прилагательные в переводах РАННЕЙ ЛИРИКИ АЛЕКСАНДРА БЛОКА НА ЯпОНСКИЙ ЯЗЫК

В статье описаны трансформации, которые претерпевает частеречная структура поэтического текста при переводе на типологически далекий язык. В качестве материала послужили переводы ранней лирики Александра Блока, выполненные японским специалистом Такэси Кодайрой. Основное внимание уделено прилагательным оригинального текста.

Ключевые слова: имя прилагательное; частотность; структура поэтического текста; эквивалент; перевод с русского языка на японский

вестник иглу, 2012

© Фаризова Н.О., 2012