АССОЦИАЦИИ, ПРЕДСТАВЛЕННЫЕ НЕКОДИФИЦИРОВАННОЙ ЛЕКСИКОЙ: ПОИСКИ АДЕКВАТНОЙ МЕТОДИКИ ОПИСАНИЯ

Е.Н. Гуц

Жаргонные и просторечные (некодифициро-ванные, ненормированные) ассоциации - относительно новый для лингвистики объект исследования1, поэтому еще остаются актуальными вопросы «что, как и зачем изучать», а применение уже известного метода к новому материалу неизбежно ставит перед исследователем новые задачи2.

Цель данного исследования - разработать методику анализа ассоциаций, представленных неко-дифицированной лексикой.

Очевидно, что для достижения этой цели необходимо было решить практическую задачу -провести серию ассоциативных экспериментов, использовав репрезентативную и достаточную выборку, обеспечив соответствие данного исследования принятым стандартам и возможность переноса и/или обобщения результатов на другие объекты и условия исследования.

Свободный ассоциативный эксперимент проводился в общеобразовательных заведениях г. Омска (школах, гимназиях, лицеях и колледжах) в 2002-2004 гг. Возраст испытуемых - 15-17 лет. В контрольных экспериментах участвовали дети 10-11 лет и взрослые 25-30 лет.

Для обеспечения экологической валидности, т.е. соответствия процедуры и условий лабораторного исследования «естественной» реальности3, необходимо было разработать правила проведения свободного ассоциативного эксперимента в подростковой и детской аудиториях, причем эксперимента, цель которого достаточно специфична: необходимо выявить стабильные связи между определенным ментальным содержанием и некодифи-цированными языковыми единицами. Мы полагали, что если структуры образа сознания в ситуации речевого общения достаточно регулярно овнеш-няются некодифицированными языковыми единицами, то это должно происходить и в экспериментальной ситуации.

Таким образом, для нашего исследования инструкция «отвечать первым пришедшим в голову словом, ничем не ограничивая ни формальные, ни семантические особенности слова-реакции» особенно важна и принципиальна. Необходимо было создать условия, отвечающие требованиям психологии и психолингвистики: «ассоциативная реак-ция-ответ должна следовать немедленно - испытуемый не должен размышлять над тем, что бы ему такое сказать и как отреагировать. Само понятие ассоциативного процесса исключает идею отбора ответов. Если есть отбор - нет ассоциативного процесса в общепринятом в истории психологии смысле»4.

Пилотажный эксперимент. Цель эксперимента - уточнить экспериментальную гипотезу;

проверить качество разработанной методики, ее соответствие задачам и объекту исследования; выявить возможные побочные переменные. Именно на этом этапе исследования отрабатывались требования к условиям проведения эксперимента. Кроме общих требований, касающихся времени, места, мотивации деятельности испытуемых, были выработаны и частные рекомендации по проведению такого рода эксперимента в школьных аудиториях. Самым ответственным и сложным оказался этап предъявления испытуемым анкет и формулирование экспериментальной задачи. Необходимо было избежать двух крайностей: ситуации контрольного тестирования с требованием «не опозорить себя и школу» и, напротив, игровой ситуации, провоцирующей на отгадывание, соревнование в остроумии и находчивости.

Объем выборки - 105 испытуемых. Список стимулов формировался из слов - имен (названий) семантических полей некодифицированной лексики5: мужчина, женщина, сильный, слабый, толстый, худой, высокий, маленький, болеть, курить, пьяный, наркотики, есть, спать, секс, удовольствие, веселье, страх, любить, презирать, хитрый, жадный, ленивый, наглый, неряшливый, легкомысленный, понимать, глупый, сумасшедший, компания, семья, говорить, лгать, льстить, ссориться, дружба, драка, предавать, надоедать, учеба, бизнес, преступление. Указанный список соответствует синоптической схеме «Идеографического словаря ненормативной лексики»6, но в экспериментальных анкетах он варьировался. К этому списку были добавлены слова, которые, по нашему мнению, не могут (хотя бы теоретически) вызвать некодифицированные вербальные ассоциации: море, небо, надежда, цвет, лес, душа, бог, вода, огонь, земля.

Свободный ассоциативный эксперимент (САЭ-1) был проведен в 2002 г.

Для обеспечения репрезентативности выборки (500 анкет) учитывалось соотношение общеобразовательных школ, колледжей и учебных заведений инновационного типа (гимназий, лицеев, частных школ-лабораторий), которое можно представить в виде следующей пропорции - 4:1:1. При объеме выборки 500 число анкет для школ - 334, для учебных заведений инновационного типа - 83, для колледжей - 83. Кроме того, было обеспечено равномерное распределение участников эксперимента по всем районам города. Так как одной из частных задач исследования является определение (если, конечно, она имеется) зависимости использования в качестве реакции некодифицированного слова от такого фактора, как пол испытуемого, количество мальчиков и девочек было равным (250-250).

Для того чтобы повысить валидность исследования, мы максимально приблизили условия проведения ассоциативного эксперимента к тем условиям, которые были обеспечены при проведении массовых ассоциативных экспериментов с носителями четырех славянских языков (белорусского, болгарского, русского и украинского) и представлены в исследовании Н.В. Уфимцевой7. Был использован тот же список стимулов (112 лексических единиц), количество испытуемых (500 человек), письменная форма выполнения (испытуемый получал бланк анкеты и должен был отвечать на каждый стимул первым приходящим в голову словом); анкеты генерировались методом случайных чисел, чтобы не было двух анкет с одинаковым порядком слов-стимулов, а значит, и столь распространенного в школьной аудитории списывания. Кроме того, многовариантное предъявление стимульного списка почти исключает влияние предыдущего стимула (стимулов) на состав ассоциативного поля.

САЭ-2 был проведен в 2003 г. в четыре этапа с промежутками 1,5-2 месяца. В эксперименте участвовало 1045 учеников (возраст испытуемых 16-17 лет). При объеме выборки 1000 число анкет для школ - 668, для учебных заведений инновационного типа - 166, для колледжей - 166.

На каждом этапе реципиентам предлагался список слов, состоящий из 50 лексических единиц. В каждый список, наряду с общеупотребительными словами, были включены жаргонные метафоры (по 15 слов в каждой анкете). Списки стимулов формировались из наиболее частотных реакций, полученных в САЭ-1. К ним были добавлены имена семантических полей из «Идеографического словаря ненормативной лексики» (удовольствие, лгать, драка, неряшливый, понимать, дружба, предавать и др.) [6], а также некоторые слова из ядра языкового сознания русских (по данным «Словаря ассоциативных норм русского языка» и «Русского ассоциативного словаря»), которые не были включены в список стимулов для САЭ-1: took, товарищ, тетрадь, кино, нет, девушка, парень .

Эксперимент проводился в устной форме, т.е. испытуемые воспринимали слова-стимулы на слух. Такая форма проведения САЭ выбрана не случайно. Нам было необходимо уменьшить латентный период (время, прошедшее между произнесением слова-стимула и ответом испытуемого) до 5-7 секунд [САНРЯ, с. 54], что позволило выполнить основное методическое правило: испытуемые должны отвечать на каждый стимул первым приходящим в голову словом, не раздумывая и ни с кем не советуясь. Уменьшение латентного периода, обеспечение самостоятельности выполнения экспериментального задания, повышенный контроль за условиями проведения САЭ особенно необходимы для «скрытия» от испытуемых истинных целей эксперимента: установить,

как некодифицированная (жаргонная или просторечная) метафора идентифицируется при отсутствии внешнего вербального или ситуативного контекста, какое значение, прямое или переносное, актуализируется в САЭ и каков процент некоди-фицированных ассоциаций.

САЭ-3 был проведен в 2004 г. В список стимулов были включены только жаргонные и просторечные слова (25 лексических единиц).

Кроме того, для исследования некодифици-рованных вербальных ассоциаций в гендерной, возрастной и девиантной парадигмах9 была проведена серия контрольных ассоциативных экспериментов.

1. Свободный ассоциативный эксперимент в 5-6 классах общеобразовательных школ, гимназий, лицеев. Объем выборки - 250. Возраст испытуемых - 10-11 лет. Методика проведения эксперимента та же, что и в САЭ-1 (использовалась письменная форма выполнения, анкеты генерировались методом случайных чисел). Количество стимулов - 40 лексических единиц.

2. Свободный ассоциативный эксперимент (САЭ-1 и САЭ-2) в возрастной группе 25-30 лет. Объем выборки - 26 анкет. 16 человек участвовали в проведении анкетирования в 1993 году. Все испытуемые родились и выросли в г. Омске, получили высшее образование.

3. Свободный ассоциативный эксперимент в «малых группах» (по 5-7 человек). Количество участников эксперимента - 208 человек. Список слов-стимулов формировался методом случайных чисел из стимулов САЭ-1 и САЭ-2. При проведении исследования учитывалось время, место, условия организации эксперимента, психические и поведенческие особенности испытуемых, их пол и межличностные отношения. Основная цель данного этапа - изучение индивидуальных анкет испытуемых, установление зависимости использования некодифицированных ассоциаций от пола, уровня выраженности различных форм агрессии, в том числе - вербальной, самооценки и девиантного поведения испытуемых.

Второй этап исследования - разработка системы анализа некодифицированных вербальных ассоциаций. Мы не ставили цель создать новую, оригинальную классификацию, хотя и полностью согласны с утверждением, что «сколько существует исследований, столько - и классификаций реакций»10. Для решения конкретных практических задач нам было необходимо изучить и проанализировать все имеющиеся логические, психологические, лингвистические, культурологические классификации и на этой основе выработать приемлемую для исследования специфического объекта (некодифицированных вербальных ассоциаций) классификацию. При этом мы стремились учесть факторы, оказывающие принципиальное влияние как на построение классификации, так и

на интерпретацию данных, полученных в ходе проведения свободного ассоциативного эксперимента11. Для нашего исследования значимыми являются следующие факторы: характеристика сти-мульного слова; частота реакции в ассоциативном поле; предмет классификации (стимул-реакция и/шш связь между ними); данные информантов, принимающих участие в САЭ; направление анализа (вертикаль - горизонталь). Кроме того, исходя из задач данного исследования при анализе ассоциативного материала мы учитывали характеристику реакции по ее отношению к формам существования русского национального языка.

Рассмотрим каждый фактор в отдельности. Первое, что необходимо определить, приступая к исследованию реакций, - это способ проведения анализа данных: «если анализируются реакции, образующие ассоциативное поле и полученные от различных информантов, то мы формально можем определить его как горизонтальный. Если же речь идет об анализе отдельной ассоциативной анкеты или ассоциации отдельного испытуемого на список различных стимульных слов, то такой анализ и построенную на этом классификацию мы определяем как вертикальную»12. Анализ большого количества анкет (наименьшее количество - 500) дает возможность сделать вывод об использовании не-кодифицированных реакций, о коммуникативных тактиках усредненной, совокупной языковой личности подростка, т.е. «обобщенной, в известном смысле сконструированной исследователем личности»13. Исследование всей совокупности реакций испытуемого на весь список стимулов (анализ по вертикали) позволяет, как нам кажется, верифицировать полученные данные.

Примером вертикального анализа экспериментальных данных может служить предпринятое Ю.Н. Карауловым исследование типов отношений, наблюдаемых между стимулом и реакцией в ассоциативно-вербальной сети, а также индивидуальных черт коммуникативного поведения испытуемых при проведении свободного ассоциативного эксперимента14. По результатам ассоциативных экспериментов с одним испытуемым были получены и исследованы ассоциативные словари личности15. Учет результатов серии пилотажных ассоциативных экспериментов, проведенных нами в 1999-2001гг., и выводы, сделанные В.Е. Гольди-ным и А.П. Сдобновой на материале «Ассоциативного словаря школьников Саратова и Саратовской области», о влиянии стимула-жаргонизма на нейтральность / стилистическую маркированность или некодифицированность реакции: «в случае, если стимул сам является жаргонизмом, он задает сниженную неофициальную тональность общения и повышает вероятность появления ответов-жарго-низмов»16 - подтверждают необходимость учета при классификации реакций характера (а именно параметра кодифицированность / некодифицированность) стимула.

В нашей классификации выделены следующие типы стимульных слов: 1) кодифицированное, стилистически нейтральное слово; 2) некодифици-рованное (жаргонное, просторечное, диалектнопросторечное) слово; 3) жаргонная метафора. Выделение жаргонной метафоры в отдельную группу считали необходимым, так как априори полагали, что стратегии выбора испытуемым реакции при предъявлении ему некодифицированного слова (например, бухать, хавать, кайф, лох) и жаргонной метафоры (например, гнать, лечить, ботаник, слива), неодинаковы, а свободный ассоциативный эксперимент, проведенный в несколько этапов, с использованием различных списков словстимулов, с репрезентативной выборкой, даст материал, который позволит изучить особенности

В классификации некодифицированных реакций учитывается и отношение самих реакций к формам существования (подсистемам) русского национального языка выделяются жаргонные, просторечные, грубо-просторечные, диалектно просторечные реакции.

Следующий значимый для нашей классификации признак - частота реакций г в ассоциативном поле. Сам языковой материал (а точнее, его количество) «подсказал» типы реакций, которые можно выделить по данному основанию: 1) реакции с высокой частотой; самая частотная из них -кайф на стимул наслаждение (216 из 500 реакций, что составляет 43,2%): 20<г<100; 2) реакции со средней частотой: 10<г<20; 3) реакции с низкой частотой: 0,4<г<10; 4) единичные реакции 0<г<0,4.

При анализе некодифицированных реакций принципиально важно, на наш взгляд, учитывать характер отношений, возникающих между стимулом и реакцией, т.е. пытаться восстановить ход ассоциативного процесса, установить тип связи между стимулом и реакцией и определить коммуникативные тактики, выбранные испытуемыми.

Ю.Н. Караулов выделяет пять коммуникативных тактик испытуемых в свободном ассоциативном эксперименте: предикацию (в узком смысле - как приписывание признака предмету), номинацию (в том числе дефиницию), локацию, оценю/ и пропозицию17. Анализ результатов серии ассоциативных экспериментов, проведенных в подростковой аудитории, позволяет сделать вывод

о наличии еще одной тактики у испытуемых - ин-вективной. Под инвективой мы понимаем «способ существования вербальной агрессии, воспринимаемой в данной семиотической (под)группе как резкий или табуированный» 18.

Анализ реакций по «вертикали» позволяет определить не только коммуникативные тактики, но и стратегии, которые «легче всего обнаруживаются в повторяемости способов реагирования на различные стимулы в одной и той же анкете»19. На наш взгляд, большую теоретическую и практическую ценность имеет разграничение ассоциативных тактик и стратегий: «если под ассоциативны-

ми тактиками понимать выбор языковых моделей реагирования (синтагматическая, парадигматическая, словообразовательная, антонимия, синонимия и т.д.), то ассоциативная стратегия - это выбор коммуникативных моделей, и одна и та же коммуникативная стратегия может обслуживаться

в ассоциациях, соответствующим различным так-

20

тикам» .

Изучение всего массива некодифицирован-ных реакций, полученных в свободном ассоциативном эксперименте21, исследование коммуникативных тактик испытуемых по индивидуальным анкетам позволяет разработать классификацию, в основе которой - «вся ассоциативная триада: стимул, реакция и связь, возникающая между ни-22

ми» .

Коммуникативные тактики испытуемых в свободном ассоциативном эксперименте коррелируют со следующими типами реакций (таблица).

Таблица

Коммуникативная тактика испытуемого Тип реакции

1. Предикация Развертывание

2. Номинация Развертывание

Собственно семантический

Пояснение

3. Оценка Оценочный

4. Локация Развертывание

5. Пропозиция Собственно ассоциативный

6. Инвективная Инвективный

1. Собственно семантические реакции.

К этой группе мы относим реакцию, если в семантике Б и К имеется общий множитель. Под семантическим множителем в данной работе понимается «всякое слово на выходе (в дефиниции) толкового словаря» и признается априори, что «два слова считаются связанными друг с другом, если имеют хотя бы один общий множитель»23.

Типы собственно семантических реакций:

1.8 и Я - синонимы: говорить - базарить, разговор - базар, веселый - прикольный, хорошо -кайф.

2. 5 и Я - антонимы: думать - тупить; чистить -марать.

3. Б - гипоним, Я - гипероним: хлеб - хавчик.

4. Б - действие, Я - субъект действия: пить -алкаш, думать - ботаник.

5. Б - действие (ситуация), Я - объект действия (ситуации): есть - хавчик, пить - бухло.

6. Б - действие, Я - его результат: обманывать - гон, обещать - лапша.

7. Б - результат действия, Я - действие: обман - гнать, обман - отмазаться.

8. Б - опредмеченное действие (имя действия), Я - действие: разговор - базарить, работа -горбатиться.

9. Б - признак, Я - лицо, характеризуемое этим признаком: жадный - жмот, маленький -децл, веселый — сливак.

Для нашего исследования важно объединение в один тип реакций, казалось бы таких разных с точки зрения частеречной принадлежности и семантических связей (синонимы, антонимы, гипогиперонимы и т.д.), однако принадлежащих одному семантическому полю. Поэтому мы не выделяем реакции-синонимы, хотя и самые частотные, безусловно занимающие особое место среди неко-дифицированных реакций, в отдельную группу, но и не рассматриваем их традиционно в разряде парадигматических (что для нашего исследования было бы слишком общо), не считаем их и собственно ассоциативными; реакциями по привычной связи24 или реакциями-пояснениями25 что, напротив, было бы неоправданно «узко» для нашего ассоциативного материала. Собственно семантические ассоциации, представленные некодифици-рованной лексикой, могут появиться в ассоциативном поле стимула, выраженного кодифицированной лексической единицей, только при условии знания испытуемыми семантического сходства/ противопоставления Б и Я на уровне лексической системы русского национального языка во всем многообразии форм его существования.

2. Реакции развертывания.

Этот тип реакций включен в классификации Н А. Гасицы26 и Е.И. Горошко27 Нам кажется удачным выделение в отдельную группу реакций, дополняющих слово до некоторой единой структуры. Такие реакции, объединенные в группу предикативных и имеющие несколько разновидностей определения, реакции-дополнения), представлены в классификации, разработанной А.Р. Нурия28 для изучения детских вербальных ассоциаций и оказавшей большое влияние на многие психологические и лингвистические классификации (обзор этих классификаций дан в монографии Е.И. Горошко). Мы отказались от термина «предикативные реакции», безусловно точного и содержательного, так как в своем исследовании употребляем термин «предикация» для определения одной из коммуникативных тактик испытуемых в САЭ, а также в расширительном смысле: «как символ, отражающий содержание основного закона ассоциативно-вербальной сети»29.

В исследуемом ассоциативном материале можно выделить следующие разновидности реакции развертывания: 1) собственно предикативные реакции (дядя - алкаш; брат - друган; мужчина -качок; старый - сдохнет); 2) атрибутивные (мальчик - голубой, машина - крутая, мужчина - накаченный, где Б— имя существительное, Я - имя прилагательное); 3) объектные (терять - бабки; ненавидеть - отстойника, шпану; много - филок, лохов); 4) локативные (голос — из параши; успеть — на стрелку); 5) номинативные (глупый - пацан; богатый - фрайер; родной - чел; веселый - чувак; слабый - перец, где Б - имя прилагательное; Я имя существительное).

3. Реакции пояснения.

Для некодифицированного лексического материала оказалось необходимым и выделение в отдельную группу реакций-пояснений. При таком типе ассоциирования испытуемый стремится объяснить значение стимула различными способами. В нашем эксперименте так же, как и в экспериментах, проведенных Е.И. Горошко, данный тип реакций встречается довольно часто, а пояснение происходит на разных уровнях абстракции: «это может быть либо стремление дать дефиницию, либо объяснить значение слова через конкретную ситуацию, близкую испытуемому»30.

Примеры реакций пояснений: много - до талого; до фига; до хрена; богатый - крутой чувак; гость - левое тело; ребенок - маленький поганец; народ — много чуваков; говорить — молоть язык; вспоминать - напрягать извилины; думать - напрягать мозги; думать - не тупить; веселый - под кайфом; богатый - полно филок.

4. Собственно ассоциативные реакции.

К этой группе мы относим такие пары Б - Я, где четко прослеживается смысловая связь между стимулом и вызванным им представлением 31: вечер - стрелка, зло -менты, дело -мусор, встреча -базар, гость - бухня, деревня - бухаловка, утро — бодун, вместе - кореши, радость - торкнуло, стыд -косяк.

В исследуемом ассоциативном материале представлены пары Б - Я, в которых устанавливается функциональная и причинно-следственная связь. Немногочисленны реакции (в терминологии А.Р. Лурии) абстрактного типа, выходящие за пределы конкретных отношений.

5. Оценочные реакции.

Выделение оценочных реакций хотя и необходимо в данной классификации, но требует определенных ограничений по следующим причинам. Во-первых, нельзя не согласиться с тем, что «выражение оценки может сопровождать любой тип связей в паре Б - Я» и оценочными можно считать только такие пары, «где оценочное отношение преобладает»32. Во-вторых, некодифицированные (жаргонные и просторечные) слова мотут обладать экспрессивностью, которая порождается сочетанием таких их свойств, как интенсивность (отражение в семантике слов гиперболизированных признаков), ненормативность признака предмета, явления; эмотивность и оценочность33. Однако некодифицированные, в частности жаргонные, слова могут употребляться и в нейтральных контекстах с «нулевой» оценочностью или выражать положительную оценку, «меняя минус на шпос»34.

Таким образом, в группе оценочных реакций мы оставили только те реакции, которые допускают простейшую и очевидную (без экспертной оценки) замену на «хорошо» или «плохо»: работа -беспонт, любовь — безнадега, жизнь - отстой, пить - стрем, работа - фуфло, терять - стрем, работа - отстой, вместе - зашибись.

6. Инвективные реакции.

В функции инвективы слова теряют основное денотативное значение (например, лох - слабый, глупый, жертва; урод - человек с физическим недостатком, с некрасивой, безобразной внешностью) и приобретают способность служить комбинированным средством выражения эмоций, чаще -гнева, отвращения, презрения. Безусловно, любая реакция-инвектива имеет такой признак экспрессивности, как эмоциональная оценка. Однако в парах (стимул - реакция) актуализируется не только и не столько оценка стимула, сколько вербальная агрессия, которую можно рассматривать как инте-риоризацию поступка, то есть как преобразование внешних по форме процессов в процессы, происходящие в умственном плане сознания35.

Примеры реакций-инвектив:

мальчик - лох; друг - лохан; муж - урод; ребенок - чмо; жадный - чмарь; богатый - гад; маленький - гоблин; враг - козел; народ - козлы; мужчина - кобель; девочка - курва; женщина -лохушка.

Учитывая все факторы, оказывающие влияние на построение классификации реакций и на интерпретацию экспериментальных данных, мы разработали схему анализа некодифицировайных вербальных ассоциаций. Предлагаемая методика основана на использовании алгоритма, т.е. системы операций, применяемых по строго определенным правилам, которая после последовательного их выполнения приводит к решению поставленной задачи. Кроме того, последовательность операций предполагает ступенчатый «подъем» от низшего уровня анализа к высшему:

I. Выбрать способ (направление) анализа реакций:

1. «По горизонтали».

2. «По вертикали».

П. Установить вид стимула по параметру ко-дифицированносгь / некодифицированность:

1. Стимул = общеупотребительное, кодифицированное слово.

2. Стимул = жаргонная метафора (некодифи-цированный ЛСВ).

3. Стимул = некодифицированное слово.

Ш. Определить тип реакций по их отношению к формам существования русского национального языка:

1. Жаргонные реакции.

2. Просторечные реакции.

3 . Грубо-просторечные реакции.

IV. Определить частоту встречаемости реакции в индивидуальной анкете (анализ по «вертикали») или тип реакций по частоте г встречаемости в ассоциативном поле (анализ по «горизонтали»):

1. Высокочастотные, с частотой 20 < г <100.

2. Со средней частотой 10 < г < 203.

3. С низкой частотой 0,4 < г <10.

4. Единичные 0 < г < 0,4.

V. Установить тип реакций по характеру связи (отношений) между Б и Л:

1. Собственно семантические реакции.

2. Реакции развертывания:

2.1. собственно предикативные;

2.2. номинативные;

2.3. атрибутивные;

2.4. объектные;

2.5. локативные.

3. Реакции пояснения.

4. Оценочные реакции.

5. Инвективные реакции.

Алгоритмизированная схема анализа использовалась нами для решения различных исследовательских задач. Во-первых, при изучении реакций, представленных в ассоциативном поле как модели языкового сознания подростков. Данный подход к анализу объекта позволяет установить зависимость частоты реакции и типа связи между стимулом и реакцией от такого параметра стимула, как кодифицированность/некодифицированность; определить коммуникативные тактики испытуемых и их детерминированность семантикой стимула; выявить, какие полюсы структуры образов сознания становятся доминирующими у испытуемых при реагировании некодифицированной лексической единицей в свободном ассоциативном эксперименте. Во-вторых, при изучении ассоциативного материала от реакции к стимулу/стимулам.

Разработанная схема анализа ассоциаций, представленных некодифицированной лексикой, позволяет исследовать объект (жаргонные и просторечные слова-реакции) в его отношениях с другими объектами (словами-стимулами), т.е., используя модель II <— Б(1); Б(2); Б(3); 8(Ы), получать знания о функционировании исследуемых единиц в речи усредненной, совокупной языковой личности подростка. Кроме того, предлагаемый подход к анализу ассоциативного материала позволяет учесть «все многообразие факторов и условий, связанных с психической жизнью активного субъекта речемыслительной деятельности»36.

1 Гольдин В.Е., Сдобнова А.П. Языковое сознание школьников в современной коммуникативной ситуации // Проблемы речевой коммуникации. Саратов: Изд-во Саратов, ун-та, 2000. С. 133-141. Гольдин В.Е., Сдобнова А.П. Стилистические коннотации в ассоциативном словаре // Вопросы стилистики. Саратов. 1999. Вып. 28. С. 282-290. Морозова O.E. Жаргон как психолингвистический феномен // Человек. Язык. Искусство (памяти профессора Н.В. Черемисиной). Материалы Международной научно-практической конференции. М.: МПГУ, 2002. С. 133-134.

2 Фрумкина P.M. Психолингвистика: Учеб. для студ. высш. учеб. заведений. М., 2001. С. 320.

3 Дружинин В.Н. Экспериментальная психология: Учебник для вузов. СПб.: Питер, 2003.С. 319.

4 Фрумкина P.M. Циг. соч.

5 Гуц Е.Н. Ненормативная лексика в речи современного городского подростка (в свете концепции языковой личности). Дис.... канд. Омск, 1995.

6 Там же.

7 Уфимцева Н.В. Языковое сознание и образ мира славян // Языковое сознание и образ мира. Сборник статей / Отв. ред. Н.В.Уфимцева. М., 2000. С. 207-219.

8 Уфимцева Н.В. Культура и проблема заимствования // Встречи этнических культур в зеркале языка. М.: Наука, 2002. С. 152-170.

9 Горошко Е.И. Языковое сознание (ассоциативная парадигма): Дис.... докт. филол. наук. М., 2001.

10 Горошко Е.И. Интегративная модель свободного ассоциативного эксперимента. Харьков. М., 2001. С. 320.

11 Там же.

12 Там же.

13 Караулов Ю.Н. Активная грамматика и ассоциативновербальная сеть. М., 1999. С. 180.

14 Там же.

15 Караулов Ю.Н., Коробова М.М. Индивидуальный ассоциативный словарь // Вопросы языкознания. 1993, № 5. Сдобнова А.П. Индивидуальный ассоциативный словарь школьника. // Русский язык сегодня. Сб. статей. М., 2004. Вып. 3. С. 286-295.

16 Гольдин В.Е., Сдобнова А.П. Языковое сознание школьников в современной коммуникативной ситуации // Проблемы речевой коммуникации. Саратов: Изд-во Саратов. ун-та, 2000. С. 133-141.

17 Караулов Ю.Н. Активная грамматика и ассоциативновербальная сеть.

15 Жельвис В.И. Поле брани. Сквернословие как социальная проблема в языках и культурах мира. М., 1997. С. 330.

19 Гольдин В.Е., Мартьянов А.О., Сдобнова А.П. Ассоциативный словарь школьников Саратова и Саратовской области // Языковое сознание: теоретические и прикладные аспекты: Сборник статей / Под общ. ред. Н.В. Уфимцевой. Москва; Барнаул: Изд-во Апт. ун-та, 2004. С. 215-226.

20 Там же.

21 Гуц Е.Н. Ассоциативный словарь подростка. Омск, 2004. С. 153.

22 Горошко Е.И. Интегративная модель свободного ассоциативного эксперимента.

23 Караулов Ю.Н. Общая и русская идеография. М.,

1976.

24 Лурия А.Р. Речевые реакции ребенка II Речь и интеллект в развитии ребенка. М., 1928. С. 11-45.

25 Гасица H.A. Ассоциативная структура значения слова в онтогенезе: Дис.... канд. филол. наук. М., 1990.

26 Там же.

27Горошко Е.И. Языковое сознание (ассациативная парадигма): Дис.... докт. филол. наук.

28 Лурия А.Р. Цит. соч.

29 Караулов Ю.Н. Активная грамматика и ассоциативновербальная сеть.

30Горошко Е.И. Языковое сознание (ассациативная парадигма): Дис. ... докг. филол. наук.

31 Гольдин В.Е., Сдобнова А.П. Языковое сознание школьников в современной коммуникативной ситуации.

32 Караулов Ю.Н. Активная грамматика и ассоциативновербальная сеть.

33 Лукьянова H.A. Материалы к «Словарю синонимов

говоров Новосибирской области». Новосибирск, 2004. Вып. 1. С. 261-309.

34 Гуц Е.Н. Цит. соч.

35 Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.,

1977. С. 304.

36 Залевская А.А. Введение в психолингвистику. М., 2000. С. 382.