В. В. Моргалёва

АБСОЛЮТНЫЙ ДАТЕЛЬНЫЙ ПРИЧАСТНЫЙ ОБОРОТ В ГОТСКОМ ЯЗЫКЕ

Анализируется абсолютный дательный причастный оборот на -пё в готском языке, который является самым распространенным. Его основа по происхождению - германская. Абсолютный дательный широко употреблялся в древнеанглийском и получил дальнейшее развитие в современных германских языках.

Codex Argenteus называют первой германской Библией, переведенной с греческого на готский язык епископом Вульфилой в IV в. н.э. [1. С. 198]. Язык готской Библии был тщательно исследован учеными, в том числе и готские абсолютные причастные обороты. Эта тема представлена в работах лингвистов XIX в., например в диссертации Х. Геринга 1873 г. «О синтаксическом употреблении причастия в готском», в диссертации О. Люке 1876 г. «Абсолютные причастия в готском и их отношение к греческому оригиналу, обращая внимание на Skeirens» и др. [2. С. 214]. В 1896 г. была издана книга Ф.Л. Штамма, М. Хейне и Ф. Реде «Вульфила, или Дошедший до нас памятник готского языка», в которой излагалась грамматика готского языка [3. C. 431-432].

В дальнейшем готские абсолютные причастные обороты были изучены в работах некоторых зарубежных и российских языковедов XX в. Наиболее полно абсолютные причастные конструкции описаны в трудах

B. Штрайтберга, Дж. Райта и М.М. Гухман [1. C. 194; 2.

C. 168-170, 176-177, 180, 214-216; 4. C. 228-231].

В настоящее время, как отмечает Г. Девис, существует очень мало работ по готскому синтаксису [5]. В данной области проводили исследования И. Раух и Й. Еда [6. C. 94, 186]. Из российских ученых следует отметить

С.И. Дубинина, М.Б. Бондарко и др. [7. C. 70-71].

Принято считать, что в готском языке причастие настоящего времени образовывалось от основы глагола настоящего времени при помощи суффикса -nd-: nim-a-nd-s ‘берущий’ (nim - корень, a - соединительный гласный, -nd - суффикс причастия, -s - падежное окончание им. п. ед. ч. м. р. [7. C. 41].

Абсолютный причастный оборот отличается от неабсолютного тем, что содержит в себе подлежащее, отличное от подлежащего главного предложения, в то время как обычный причастный оборот зависит от подлежащего главного предложения.

Ученые выделяют три обособленных так называемых абсолютных стилистически оформленных синтаксических оборота в готском языке: абсолютный дательный, абсолютный винительный, абсолютный именительный. Ф. Реде и В. Штрайтберг утверждают, что подлинный абсолютный падеж - это дательный, однако существует также абсолютный родительный в виде исключения [1. С. 180; 3. C. 432].

Абсолютный дательный является самым распространенным в готском языке. М.М. Гухман дает следующее определение абсолютного дательного: ядро оборота состоит из причастия I в дательном падеже и местоимения в дательном падеже, которые зависят от глагола-сказуемого [4. C. 228]. Этот оборот имеет значение предшествующего действия и является наиболее продуктивным в готском языке. По определению

Ф. Реде, в абсолютном обороте причастие может быть согласовано по падежу и числу с местоимением и существительным [3. C. 432].

В. Штрайтберг исследует развитие абсолютного дательного оборота и дает ясное его описание. Он рассматривает следующее предложение:

Qimandin pan in garda duatiddjedun imma bai blin-dans jah qap im Iesus: ga-u-laubjats patei magjau pata taujan? Qepun du imma: jai, frauja! [Мф. 9, 28] 'Когда же Он пришел в дом (букв.: пришедшему тогда в дом), слепые приступили к Нему. И говорит им Иисус: веруете ли, что Я могу это сделать? Они говорят Ему: ей, Господи!’ [8, 9].

Здесь местоимение imma ‘ему’ в дательном падеже зависит от глагола duatiddjedun ‘подошли’ и сопровождается причастным атрибутом qimandin pan in garda ‘пришедшему тогда в дом’. Причастие и местоимение в дальнейшем отделяются друг от друга и становятся независимыми, сравните: afaruh pan pata innatgaggandin imma in Kafarnaum, duatiddja imma hundafaps bidjands ina [Мф. 8, 5] ‘Когда же Иисус вошел в Капернаум (букв.: вошедшему Ему), к Нему подошел сотник и просил Его’ [1. C. 176]. Дж. Райт отмечает по этому поводу, что гот. innatgaggandin imma ‘вошедшему Ему’ = греч. Km^ávxi аотфА стоит в аппозиции ко второму imma ‘ему’ [1.

C. 293]. В дальнейшем М.М. Гухман отмечает, что во втором предложении местоимение imma ‘ему’ в обороте дублирует дополнение imma ‘ему’ при глаголесказуемом duatiddja ‘подошел’ [4. C. 228].

Таким образом, в этом случае можно говорить о расширении причастного атрибута и образовании самостоятельного оборота, имеющего в своей структуре не только предикат, но и субъект. Этот предикативный оборот выступает по отношению к главному предложению в функции обстоятельства. Как правило, причастие и то имя, в отношении которого причастие выступает в предикативной функции, оформлены дательным падежом [10. C. 160].

Одним из спорных вопросов является вопрос о синтаксическом калькировании готским абсолютным дательным оборотом греческого абсолютного родительного. Некоторые ученые полагают, что язык Codex Argenteus не является lingua gotorum, т.е. языком готов, но является lingua gótica, т.е. идиолектом, который был использован епископом Вульфилой для перевода греческого оригинала Библии на готский. Спорным является то, представлял ли его перевод разговорный язык готов. Другими словами, это был язык высокой религиозной прозы для готов [5]. Таким образом, дословный перевод Библии с греческого на готский не мог, по мнению ученых, обойтись без синтаксических калек [7. С. 71]. Другие исследователи полагают, что калькированность и архаизм были мастерски соединены Вульфилой в одно целое. Архаизм языка

Вульфилы был сам по себе калькой, но калькой более высокого уровня, чем просто синтаксические кальки [11]. Кроме того, готский язык сравнивается с церковнославянским языком, также искусственно созданным для перевода Библии для всех славян [5]. В грамматике церковнославянского существовали грамматические конструкции, полностью калькированные с греческого, например абсолютный дательный (калька греческого абсолютного родительного) [11].

Г. Девис считает, что существует главное противоречие между качеством оригинала Codex Argenteus и тем, что кажется с первого взгляда лингвистической слабостью дошедшего до нас текста. Библия Вульфилы - это дословная глосса греческого оригинала. Глосса создается обычно для помощи в переводе. Так, например, в Нортумберлендской глоссе Линдисфарнского Евангелия латинский оригинал был искажен подстрочной глоссой для облегчения понимания и перевода. Codex Argen-teus - это не греческий оригинал с готской подстрочной глоссой, но скорее готский текст в форме глоссы [5].

Несмотря на существующее мнение о калькирован-ности и глоссированности готского текста, мы считаем, что исследуемая нами конструкция абсолютного дательного, так же как и абсолютного винительного, абсолютного именительного, абсолютного родительного, является германской по происхождению. Об этом пишет В. Штрайтберг и М.М. Гухман [2. C. 176; 4. С. 230]. Эта особенность готского языка не была архаизмом, т.к. широко развилась в других германских языках.

В готском насчитывается 48 случаев употребления абсолютных дательных оборотов. По сравнению с другими оборотами, это самый распространенный вариант. Абсолютный винительный насчитывает 7 случаев. Абсолютный именительный и абсолютный родительный представлены единичными случаями.

Одним из подтверждений того, что абсолютный дательный не является калькой с греческого, является достаточная вариативность абсолютной дательной причастной конструкции. Однако вопрос вариативности также довольно спорный. Ученые различают абсолютную причастную конструкцию и причастную конструкцию с предлогом at [2. С. 177; 4. С. 229], ср.:

(1) jah sunsaiw nauhpanuh at imma rodjandin qam Iudas, sums pize twalibe, jah mip imma managei mip hairum jah triwam fram paim auhumistam gudjam jah bokarjam jah sinistam [Мк. 14, 43] ‘И тотчас, как Он еще говорил (букв.: Ему говорящему), приходит Иуда, один из Двенадцати, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и книжников и старейшин’.

(2) nauhpanuh imma rodjandin qemun fram pamma swnagogafada, qipandans patei dauhtar peina gaswalt; Va panamais draibeispana laisari? [Мк. 5, 35] ‘Когда Он еще говорил сие (букв.: Ему говорящему), приходят от начальника синагоги и говорят: дочь твоя умерла; что еще утруждаешь Учителя?’

В. Штрайтберг пишет, что абсолютный дательный nauhpanuh imma rodjandin ‘еще Ему говорящему’ одинаково употребляется с зависимой причастной конструкцией nauhpanuh at imma rodjandin ‘еще Ему говорящему’ [2. С. 177]. М.М. Гухман пишет по этому поводу, что причастная конструкция с предлогом at «весьма близка к абсолютному дательному» [4. С. 229].

Согласно данным нашего анализа, причастная конструкция с предлогом at является структурным вариантом абсолютного причастного оборота. Для этого есть ряд оснований.

В. Штрайтберг отмечает, что предлог at присоединяется к абсолютному винительному c причастием II, также как и к дательному абсолютному, например: At maur-gin ban waurbanana, runa nemun allai gudjans jah pai sini-stans manageins bi Iesu, ei afdaupidedeina ina [Мф. 27, 1] ‘Когда же настало утро, все первосвященники и старейшины народа имели совещание об Иисусе, чтобы предать Его смерти’ [2. С. 170]. Г.Х. Балг отмечает, что абсолютный винительный с предлогом at выступает в функции обстоятельства времени [12. С. 33].

Г.Х. Балг пишет, что предлог at часто употребляется с абсолютным дательным, для того чтобы более выразительно подчеркнуть, где в греческом подлиннике стоит абсолютный родительный, например: at sunnin ban urrinnandin ufbrann, jah unte ni habaida waurtins, gapaursnoda [Мк. 4, 6] ‘Когда же взошло солнце, увяло и, как не имело корня, засохло’ [12. С. 33].

Имеются все основания полагать, что абсолютная конструкция с предлогом at - это структурный вариант абсолютного дательного. Предлог at не несет смысловую нагрузку в обороте. Это объясняет наличие таких аналогичных предложений в готском языке и уессек-ском диалекте древнеанглийского языка при сравнении Евангелий, как, например:

(1) гот. nauhpan imma rodjandin gaggip sums manne fram pis fauramapleis swnagogais, qipands du imma patei gadaupnoda dauhtar peina; ni draibei pana laisari [Лк. 8, 49] ‘Когда Он еще говорил это (букв.: еще Ему говорящему), приходит некто из дома начальника синагоги и говорит ему: дочь твоя умерла; не утруждай Учителя’.

Сравните аналогичный пример на уессекском диалекте [13]:

др.-англ. Him pa gyt specendum: pa com sum man to pære gesamnunge ealdre and cwæô to him: ne drece pu hyne;

(2) гот. jah sunsaiw nauhpanuh at imma rodjandin qam Iudas, sums pize twalibe, jah mip imma managei mip hairum jah triwam fram paim auhumistam gudjam jah bo-karjam jah sinistam [Мк. 14, 43] ‘И тотчас, как Он еще говорил (букв.: еще Ему говорящему), приходит Иуда, один из Двенадцати, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и книжников и старейшин’.

Сравните аналогичный пример на уессекском диалекте [14]:

др.-англ. Him ôa ôa gyt sprecendum, com Iudas Scari-oth, ôæt ys wiôersaca, an of ôam twelfum, and mid him mycel menegeo mid swurdum and mid sahlum, fram heah-sacerdum, bocerum, and ealdrum.

Как видно из данных примеров, готские обороты с предлогом at и без него переводятся в древнеанглийском аналогичными абсолютными дательными оборотами. Согласно определению абсолютного причастного оборота, ядро оборота имеет не только предикат, но и субъект, что наглядно видно из вышеприведенных примеров.

Еще одним доказательством того, что абсолютный причастный оборот не является греческой калькой, состоит в том, что так называемое абсолютное причастие употребляется в готском для перевода финитных форм

греческого глагола [2. C. 215; 4. С. 230]. В. Штрайтберг дает пример в дательном падеже:

jah gawandjands sik du pizai qinon qap du Seimona: gasaihvis po qinon? atgaggandin in gard peinana wato mis ana fotuns meinans ni gaft; ip si tagram seinaim ganatida meinans fotuns jah skufta seinamma biswarb [Лк. 7, 44] ‘И, обратившись к женщине, сказал Симону: видишь ли ты эту женщину? Я пришел в дом твой, и ты воды Мне на ноги не дал, а она слезами облила Мне ноги и волосами головы своей отёрла’. В предложении, приведенном выше гот. atgaggandin in gard peinana wato mis... ni gaft (букв.: ‘пришедшему в дом твоей воды Мне... не дал’) соответвует греч. eí;nA^0ov... е5юка^ [2. C. 215].

Замещение абсолютным причастием (почти всегда настоящего времени) финитной формы глагола - характерная особенность не только дательного. В основном такое замещение встречалось в именительном, например:

frisaht habands hailaize waurde, poei at mis hausides in galaubeinai jah frijapwai in Xristau Iesu, pata godo anafilh fastai pairh ahman weihana saei bauip in uns [II Тим. 1, 13-14] ‘Держись образца здравого учения, которое ты слышал от меня, с верою и любовью во Христе Иисусе. Храни добрый залог Духом Святым, живущим в нас’ [3. C. 169].

В предложении, приведенном выше, гот. frisaht habands (букв.: ‘образец имеющий’) соответствует греч. £%£, гот. pata godo anafilh fastai (букв.: ‘тот добрый залог храни’) соответствует греч. 9ÚXa^ov [2. C. 215].

Итак, судя по приведенным примерам, абсолютный причастный оборот в готском является германским по происхождению. Кроме того, ученые отмечают, что абсолютный причастный оборот засвидетельствован в древних скандинавских памятниках [2. С. 176; 4. С. 230].

Для доказательства германского происхождения готского абсолютного дательного необходимо также показать его развитие в других древнегерманских языках. Для начала необходимо отметить, что действительно в готском тексте встречаются глоссы даже в абсолютной причастной конструкции, например: soh pan gilstrameleins frumista warp at [wisandin kindina Swriais] raginondin Saurim Kwreinaiau [Лк. 2:2] ‘Эта перепись была первая в правление Квириния Сириею’. Фраза [wisandin kindina Swriais] (букв.: ‘будучи правителем Сирии’) - это маргинальная глосса, которая вкралась в текст дошедшего до нас Послания [1. С. 299]. Swriais - род. п. ед. ч. (вероятно, глосса) [12. С. 424], в то время как в raginondin Saurim Kwreinaiau (букв.: ‘правящему Квиринию Сирией’), Saúr ‘Сирия’ стоит в форме Saurim (букв.: ‘Сириями’) - дат. п. мн. ч [1. С. 365]. Этот пример показывает лишь употребление глоссы в причастной конструкции, но это не означает, что абсолютный дательный - это греческая глосса.

Данные конструкции на материале древнеанглийского языка были исследованы такими учеными, как

В.Н. Ярцева, М. Кэллауер. Абсолютные причастные обороты изучались М. Кэллауером в работах «Абсолютное причастие в англосаксонском» 1913 г. и «Исследование синтаксиса Линдисфарнского Евангелия. C приложениями некоторых идиом в германских языках» 1918 г. [15. С. 298].

Интересен тот факт, что в древнеанглийских диалектах абсолютные причастные обороты нашли свое даль-

нейшее развитие по-разному. Известно, что абсолютный дательный (dativus absolutus) был свойствен древнеанглийскому. Он мог выполнять функции обстоятельства времени, причины, условия и сопутствующих условий [10. С. 160; 16. C. 24]. Остальные абсолютные обороты не обнаружены. В уессекском диалекте Евангелий от Луки и от Марка мы находим примеры только дательного абсолютного: Him öa etendum, afeng se Hælend hlaf, and hine bletsiende bræc, and sealde him, and öus cwæp. Nimap; öis ys min lichama [Мк. 14, 22] ‘И когда они ели (букв: им едящим), Иисус, взяв хлеб, благословил, преломил, дал им и сказал: приимите, ядите; сие есть Тело Мое’.

М. Кэллауер сравнивает абсолютные причастные обороты в нортумберлендском диалекте Линдисфарн-ского Евангелия и в уессекском диалекте Евангелий [15.

С. 301]. В нортумберлендском диалекте М. Кэллауер находит две конструкции, которые он не нашел в уес-секском - абсолютный именительный (10 примеров) и абсолютный винительный (21 пример). Он считает, что абсолютный именительный является результатом смешения двух конструкций: «Глоссатор колеблется между финитной формой глагола, которая требует именительного падежа, и абсолютным причастием, которое требует косвенного падежа» [15. С. 301]. Абсолютный винительный - это подлинная нортумберлендская идиома, в которой винительный взаимодействует с дательным. В то же время в уессекском диалекте мы находим только абсолютный дательный. Несмотря на то что в готском абсолютный именительный, родительный и винительный представлены редкими случаями, по сравнению с абсолютным дательным, они имели дальнейшее развитие в нортумберлендском диалекте. Этот факт подтверждает, что абсолютные причастные конструкции были генетически присущи германским языкам.

М. Кэллауер пишет, что в нортумберлендском диалекте, в большинстве найденных примеров абсолютного винительного и именительного, подлежащее стоит в соответствующей падежной форме, в независимости от того, является ли оно местоимением или существительным. Ученый также классифицирует ряд других причастных абсолютных конструкций как абсолютные дательные. Они не имеют никакого признака падежа ни в существительных, ни в причастиях. Смешение в Лин-дисфарнском Евангелии именительного, винительного и дательного в абсолютной причастной конструкции происходит параллельно со смешением этих трех падежных форм, особенно в единственном числе во многих других конструкциях. Смешение гораздо шире, чем простое взаимодействие винительного и дательного. Х. Карпентер в своей работе «Склонение в нортумберлендском диалекте Линдисфарнского Евангелия» 1910 г. показал, что смешение в формах именительного, винительного и дательного падежей, особенно в единственном числе, расширилось посредством существительных всех родов: прилагательных, причастий и местоимений (цит. по: [15. С. 301]). Вероятно, группа существительного и причастия употреблялась без четкой падежной формы, как это наблюдается и сейчас в современном английском языке.

Отметим, что начиная со среднеанглийского периода субъект оборота передается в равной степени формой именительного и косвенного падежа. В переводе

Библии, выполненном Дж. Виклифом, находим: Hym spekynge pingis manye bileueden into him [Ин. 8, 30] ‘Когда Он говорил это (букв.: Ему говорящему), многие уверовали в Него’. В данном примере местоимение Hym ‘Ему’ стоит в дательном падеже, но наряду с этим в указанной конструкции употребляется форма именительного падежа [10. C. 164].

Как показал анализ, абсолютный дательный оборот получил широкое развитие в древнегерманских языках

(готском, древнеанглийском). Абсолютный дательный не является калькированным архаизмом с греческого или глоссой, он органически присущ германским языкам. Абсолютные причастные обороты в готском являлись «сознательными попытками сформировать синтаксис готской религиозной прозы» [7. С. 71]. Без сомнения, своеобразие готского языка иллюстрируются абсолютными причастными оборотами, которые позже дали развитие различным конструкциям в других германских языках.

ПРИНЯТЫЕ СОКРАЩЕНИЯ

Языки: гот. - готский, др.-англ. - древнеанглийский, греч. - греческий; грамматические пометы: им. п. - именительный падеж, род. п. - роди-

тельный падеж, дат. п. - дательный падеж, ед. ч. - единственное число, м. р. - мужской род.

ЛИТЕРАТУРА

1. Wright J., Sayce O.L. Grammar of the Gothic Language. Oxford: Clarendon Press, 1954. 366 p.

2. Streitberg W. Gotisches Elementarbuch. Carl Winter’s Universitätsbuchhandlung. Heidelberg, 1920. 308 s.

3. Stamm F.L., Heyne M., Wrede F. Ulfilas, oder die uns erhaltenen Denkmäler der gotischen Sprache. Paderborn. Druck und Verlag von Verdinand

Schöningh, 1896. 444 s.

4. ГухманМ.М. Готский язык. М.: Изд-во лит-ры на иностр. языках, 1958. 287 c.

5. Davis G. Codex Argentis: lingua gotorum aut lingua gotica? // Journal of Language and Linguistics. 2002. Vol. 1, № 3. Режим доступа:

http://www.shakespeare.uk.net/journal/1_3/davis1_3.html

6. Rauch I. The Gothic language: grammar, genetic provenance and typology, readings. N.Y.: Peter Lang, 2003. 192 p.

7. Дубинин С.И., Бондаренко М.В. Готский язык. Самара, 2006. 146 с.

8. Streitberg W. Die Gotische Bibel. Heidelberg: Carl Winter’s Universitätsbuchhandlung, 1910. 663 s.

9. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. Российское Библейское общество, 2005. 1296 с.

10. ЯрцеваВ.Н. Исторический синтаксис английского языка. М.; Л.: Изд-во Академии наук СССР, 1961. 308 с.

11. Кейдан А. «Калькированный архаизм» готского языка // Индоевропейское языкознание и классическая филология: Материалы чтений, посвящ. памяти проф. И.М. Тронского. СПб., 2006. С. 149-155. Режим доступа: http://www.philology.ru/linguistics3/keydan-06.htm

12. Balg G.H. A Comparative Glossary of the Gothic Language with especial reference to English and German. Halle, Germany: Max Niemeyer, 1887. 667 p.

13. The Anglo-Saxon version of the Gospel of Luke. The digital edition annotated by Michel van der Hoek. Euangelium secundum Lucam: The Gospel of Saint Luke in West-Saxon // The Belles-lettres series. Section 1: English literature. Boston; London: D.C. Heath & Co, 1906. 60 p.

14. The West-Saxon version of the Gospel of Mark. The digital edition annotated by Michel van der Hoek. Euangelium secundum Lucam: The Gospel of Saint Mark in West-Saxon // The Belles-lettres series. Section 1: English literature. Boston; London: D.C. Heath & Co, 1905. 19 p.

15. Bryan W.F. Studies in the Syntax of the Lindisfarne Gospels. With Appendices on Some Idioms in the Germanic Languages. // Morgan Callaway. Jr.

Hesperia. Supplementary Series №. 5. Baltimire: The Johns Hopkins Press, 1918. Режим доступа: http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/bpt6k61323x

16. Иванова И.П., Чахоян Л.П. История английского языка: Учебник. Хрестоматия. Словарь. СПб.: Высш. школа, 2006. 560 с.

Статья представлена научной редакцией «Филология» 23 июня 2008 г.