УДК 159.922.736.3

И. С. Зимина

Екатеринбург

СОВРЕМЕННЫЙ ВАРИАНТ ИНИЦИАЦИИ В ПРОЦЕССЕ ВЗРОСЛЕНИЯ ПОДРОСТКОВ

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: инициация; ритуал; родительский комплекс; подростковое детство; взрослость; народная сказка; миф; символика.

АННОТАЦИЯ. Инициация — ритуал перехода подростка от детства к взрослости. Этот ритуал не сохранился до нашего времени, но современные подростки непроизвольно и стихийно воспроизводят в жизни весь ритуал или его отдельные этапы. Часть молодых людей как бы «застревают» на стадии подросткового детства, не взрослея. Предлагается психолого-педагогическая работа с детьми по шести стадиям ритуала, который может быть прожит символически. Символика отражена в народных сказках и мифах, что делает данную работу доступной как педагогам, так и психологам.

I. S. Zimina

Yekaterinburg

MODERN VARIANT OF NITIATIAY DURING OLD AGE TEENAGERS

KEY WORDS: initiatiay; ritual; a parental complex; the teenage childhood; a national fairy tale; a myth, symbolics.

ABSTRACT. Initiatiay — ritual of transition of the teenager from the childhood to youth. Psychology-pedagogical work is represented with children on six stages of ritual which can be lived symbolically Is offered. The symbolics is reflected in national fairy tales and myths that does the given work accessible both to teachers, and psychologists.

В

современном обществе все больше появляется подростков и

низуется иначе. Складывается впечатление, что они «застревают» на стадии подростковости, которая может продолжаться очень длительный период времени. Можно сказать, что они не могут переступить порог между детством и взрослостью.

молодых людей, которые длительное время остаются под опекой семьи, не образуют свои семьи, не заинтересованы в поиске работы, не проявляют инициативность в организации своей жизнедеятельности. Сознательно они хотели бы все это иметь, но реально их жизнь орга-

В истории развития общества известен такой феномен, как инициация.

Именно после прохождения этого ритуала, подросток становился взрослым, вливался в сообщество мужчин или женщин своего этноса. Ритуал инициации проводился в период вступления ребенка в подростковый возраст (11—12 лет). Именно в этом возрасте современные подростки начинают демонстрировать проблемное поведение, связанное с уходами из дома, грубым общением с родителями, длительными периодами ухода в себя или, наоборот, демонстрируют крайне рискованное поведение. У них появляются новые имена: прозвища, «ники».

По мнению Н. А. Белковского [1], актуальными становятся такие темы, как побег / уход из дома, самостоятельность, риск, независимость, стремление к проверке / испытанию себя, утверждение себя в новом качестве, утверждение себя в группе себе подобных, разрушение родительских стереотипов и привязанностей к родителям, встреча с хаосом и стремление пройти через него, сексуальность, испытание себя болью, поиск примера, подражание герою, подвиги и т. д.

Все эти проявления похожи на элементы процесса инициации. Но почему же не всем удается пройти процесс взросления?

Во-первых, этот процесс должен проходить последовательно в соответствии с определенными стадиями.

Во-вторых, он должен быть двухсторонним: не только подросток должен захотеть пройти этот процесс, но и родители должны способствовать его прохождению.

Но чаще всего родители (особенно матери) активно сопротивляются этому неожиданному взрослению ребенка: не отпускают его от себя, прикладывают все усилия для того, чтобы убедить ребенка последовать своим материнским идеям, т. е. активно навязывают родительский комплекс подростку для его самоопределения.

Комплекс [2. С. 111] — эмоционально заряженное переживание, сила которого зависит от тяжести аффективной нагрузки или от длительности его влияния.

Аффективные переживания могут быть как позитивными, так и негативными. В литературе чаще всего описывается влияние негативного материнского или отцовского комплекса, тогда как влияние позитивного комплекса, окрашенного сверхзаботой и любовью, практически остаются мало исследованными.

Отцовский комплекс — группа чувственно-тонированных идей, связанных с переживанием и образом отца.

Материнский комплекс — группа чувственно окрашенных или тонированных идей, связанных с переживанием и образом матери; живущая в каждом человеке аффективно заряженная идея матери или других людей, выполняющих ее функцию: учителей, воспитателей.

Родительский комплекс — группа или совокупность эмоционально нагруженных образов и идей, связанных с родителями; иначе, это «родительское имаго», которое возникает как итог воздействия родителей и специфических реакций ребенка. Имаго проецируется бессознательно, и, когда родители умирают, спроецированный образ продолжает действовать, как если бы он был самостоятельно существующим духом. Первобытный человек в этом случае говорил бы о родительских духах, возвращающихся по ночам (revenants), современный же человек называет это отцовским или материнским комплексом.

При поглощении родительским комплексом молодой человек не имеет возможности взрослеть: он остается под опекой матери или отца, зависит от их мнения, принимает их решения для профессионального определения, для выбора спутницы жизни, для выбора жизненной позиции и даже формирования мировоззрения. Оставаясь в позиции ребенка, он медленнее развивается фи-

зически (хотя для этого, чаще всего, имеет потенциал), может страдать импотенцией; в поведении проявляет апатию, часто теряет интерес к деятельности.

Практически идея психологопедагогической работы может заключаться в минимизации давления родительского комплекса, который лишает подростка самостоятельного выбора как в личной жизни, так и в профессиональной деятельности.

Не обязательно физическое, но психологическое отделение от детской семьи должно произойти соответственно возрасту. Этот процесс происходит не одномоментно: в каждый возрастной период происходит постепенное отделение от родителей, формируется собственная индивидуальность, выстраиваются границы для проникновения родительской любви в мир ребенка. В идеале это так, а на самом деле у ребенка при всепоглощающей родительской любви зачастую нет возможности отделения. А позднее — и нет желания отделяться от семьи, которая удовлетворяет биологические потребности, берет на себя ответственность за принятие решений, заботится о будущем ребенка (или уже не ребенка?).

Это не единственная проблема подростка: от отца мальчики ожидают получить знания (как от старейшин племени) о взрослой мужской жизни, но отцы устраняются от этой функции, потому что и сами, наверное, точно не знают, каким должен быть мужчина. Передача знаний в основном происходит через приобщение к мужским социальным ролям, которые передаются сознательно или бессознательно через культурные установки.

Молодой человек, очевидно, не в состоянии в одиночку справиться с родительским поглощением конструктивным образом, поэтому появляется необходимость в создании специальных психоло-го-педагогических программ, помогающих решить эту проблему конструктив-

но. Так, например, американский психолог Филлис Кристэлл разработал технику под названием «ритуалы отсечения мешающих росту уз», в которой используется работа с образами и осознанием родительских программ, заложенных в детстве на основе древнего процесса инициации.

В 1973 г. Томасом Пенксоном (США) был разработан и успешно использовался в работе семинар-тренинг «Визионерский Поиск» (Vision Quest). Он использовал одноименные церемонии и ритуалы перехода американских индейцев в своей работе с детьми, подростками, молодежью и наркоманами.

Джеймс Холлис (США) также пришел к пониманию, что для взросления мужчина нуждается в прохождении процесса инициации, который может быть им пройден в процессе психотерапевтического анализа и лечения.

«Живя в обществе, в котором не осталось ритуалов, придающих жизни смысл, мы встаем перед жестокой реальностью — жизнью на поверхности. Сама идея перехода содержит в себе глубинный смысл, ибо любой переход подразумевает некое завершение, конец чего-то и вместе с тем некое начало, рождение нового. Статична только смерть; основной закон жизни — изменение, и нам предстоит пройти через множество смертей и возрождений, если мы хотим прожить жизнь, наполненную смыслом» [5. С. 86]. Им выделено шесть стадий переходного ритуала [4].

Первая стадия переходного ритуала — физическое отделение от родителей, необходимое для начала психологического отделения. Здесь у мальчика никогда не было выбора. Среди ночи его «похищали» у родителей старшие соплеменники, которые, надевая маски или раскрашивая лица, перевоплощались в богов или демонов. Маски помогали им совершить переход с уровня родственников и соседей к уровню богов и архетипических

сил. Внезапность и даже насилие, присущее такому отделению, олицетворяли собой тот факт, что ни один юноша добровольно не расстанется с комфортом домашнего очага. Его тепло, защита и забота имеют огромную притягательную силу. Но остаться у домашнего очага, образно или реально, значит остаться ребенком и тем самым отречься от возможности стать взрослым.

Второй стадией переходного ритуала была смерть. Мальчик должен был быть символически похоронен: он проходил через темный туннель, полностью погрузившись в реальный или символический мрак. Хотя это действо, несомненно, приводило его в ужас, на самом деле юноша переживал символическую смерть детской зависимости.

Третья стадия представляла собой ритуал возрождения. Иногда это возрождение сопровождалось изменением имени, подтверждая появление на свет нового человека.

Четвертая стадия инициации обычно включала в себя обучение, то есть приобретение знаний, которые требовались юноше, чтобы он мог вести себя как взрослый мужчина. Основная задача здесь состояла в приобретении практических навыков, таких, как охота, рыболовство, умение обращаться со скотом, которые позволяли новообращенному мужчине наряду с другими мужчинами поддерживать и защищать свое сообщество. Кроме того, ему сообщали о его правах и обязанностях взрослого мужчины и члена сообщества. И наконец, на этой стадии происходило посвящение в таинства, при котором у юноши должно было появиться ощущение твердости духа и сопричастности трансцендентному миру. «Кто наши боги?» «Какому обществу, каким законам, этике, духовным ценностям они покровительствовали? ».

Пятую стадию можно определить как суровое испытание. По своему содержанию оно могло быть разным, но

при этом мальчик должен был подвергаться мучительным страданиям из-за ухода от домашнего очага, обеспечивающего ему комфорт и защиту. Без страданий, выраженных в той или иной форме — физической, эмоциональной или духовной, мы легко удовлетворяемся прежними правилами, удобными привычками и зависимостями.

Необходимость страданий связана с желанием помочь мальчику привыкнуть к превратностям реальной жизни, которые он довольно скоро испытает на себе. Ритуальное «обрезание» и «кровопускание» не только знаменует расставание с телесным комфортом и детскими зависимостями, но и накладывает на человека знак избранности, принадлежности к сообществу прошедших через инициацию взрослых.

Испытание обычно включало определенные формы изоляции, пребывание в сакральном пространстве, отдельно от остального сообщества. Существенная особенность взрослой личности состояла не столько в том, что человек больше не мог вернуться под защиту взрослых, а в том, что он учился использовать внутренние ресурсы. Никто не догадывается о существовании таких ресурсов, пока ему не придется их использовать.

Ритуальное уединение позволяет приблизиться к постижению главного: независимо от того, в какой мере наша социальная жизнь связана с семьей, мы совершаем странствие по ней в одиночестве и должны научиться находить внутренние ресурсы и равновесие, иначе никогда не станем взрослыми.

Часто, проходящий инициацию юноша проводил в одиночестве месяцы, ожидая Великого Сна как послания богов о своем настоящем имени или истинном призвании. Он мог полагаться только на свою сообразительность, свое мужество и свое оружие; в противном случае у него оставалось мало шансов на выживание.

К началу последней, шестой стадии, возвращению, мальчик становился взрослым.

В традиции переходных ритуалов заключалась большая мудрость, ибо они непосредственно и глубоко влияли на энергию материнского комплекса, то есть присутствующее у каждого из нас чрезвычайно сильное стремление к зависимости. Для преодоления этой инертной силы притяжения требуется осознанное эмоциональное переживание. Ни один здравомыслящий человек не хочет добровольного отделения, а потому психологическая апатия, страх и зависимость начинают приобретать доминирующий или угрожающий характер в нашей жизни.

Процесс отделения от матери должен происходить постепенно, начиная с самого раннего возраста. При нарушении этого процесса мальчики сопротивляются, нарушают правила поведения, ведут себя экстремально или замыкаются в себе.

По мнению Э. Фромма [3. С. 3], «действительным достижением материнской любви является не любовь матери к младенцу, а ее любовь к растущему ребенку. Сущность материнской любви предполагает желание того, чтобы ребенок в дальнейшем отделился от матери».

При этом психолого-педагогическая работа может быть построена в соответствии со стадиями инициации, т. е. способствовать переходу ребенка на новый возрастной или статусный уровень.

Если у взрослых стадии инициации могут проживаться реально: уход из родительской семьи, профессиональное и личностное самоопределение на основе индивидуальности, сформированной и осмысленной в длительные периоды вынужденного или специально организованного одиночества; обращение к специалисту как учителю, который помогает мужскому самоопределению и т. д.

В работе с детьми процессы инициации, связанные с переходом к каждому

следующему возрастному периоду (или проживание кризисов развития), становятся символическими. Символика процесса инициации отражается в «проживании» ребенком сюжетов народных сказок. По интересам ребенка к тем или иным сюжетам можно диагностировать этап инициации и направлять психологическую деятельность на проживание этого этапа или стимулирование к проживанию следующего.

Например, для 3-летнего ребенка сказка «Колобок» становится самым интересным сюжетом, так как в самом начале сказки процесс инициации символически отражен в его «уходе из дома»: уходить или не уходить — такие раздумья одолевают Колобка и ребенка, который подошел к 3-летнему кризису самостоятельности. И этот вопрос должен быть решен им самостоятельно.

Для тех детей, у которых родители не готовы их «отпустить», крепко привязывают к себе и сказку используют как нравоучение: «Не уходи из дома, а то дикие звери тебя съедят», актуальной становится сказка «Теремок», когда звери вынуждены разбежаться по лесу под воздействием разрушительной силы — медведя. Традиционно педагоги предлагают детям построить новый теремок, но детям чаще всего доставляет удовольствие именно такая концовка сказки. При этом они чувствуют облегчение, освобождение, тем более что от них это не зависит — теремок разрушил медведь, справиться с которым никто из жителей теремка не может.

Сказка «Теремок» похожа на первый этап инициации, когда ребенка похищали из дома божественные или демонические фигуры. В сказке «Колобок» отражен более зрелый подход к процессу инициации — это принятие самостоятельного решения.

В кабинете у психолога ребенок 3-х лет активно играет в разрушение теремка. Психолог строит теремок по просьбе ребенка и исполняет роли ма-

леньких животных: лягушки, мышки. Мальчик сообщает о том, что он медведь и разрушает теремок, с удовольствием разламывая его на части, рас-тираяих в руках, пока не останутся отдельные детали. За сессию строительство и разрушение теремка может происходить от 3 до 15раз.

При этом ситуация воспитания ребенка заключается в его раннем обучении. С 2-х лет мальчик обучается у специалистов по русскому, английскому и французскому языкам. Посещает детский клуб: обучается танцам, плаванию, рисованию. При этом все занятия проводятся по типу школьных уроков с необходимостью повторения материала, заучивания, исполнения правил и указаний специалистов. Инициатором раннего обучения является мать ребенка. При этом она сама не играет с ребенком, а учит его строить из кубиков, показывает, как писать буквы и т. д.

Практически Теремок — это сложившийся стереотип материнско-детских отношений, подавляющая функция матери, по сути, выполняющая совсем не материнские функции. Ребенок занимает активную роль агрессора, но не того, который заставляет его учиться, а того, кто разрушит эти отношения. Самостоятельно, как Колобок, он не может уйти от этих отношений, так как мать практически не оставляет его без обучающего внимания, а дедушка и бабушка в сказке о Колобке все-таки оставили его, дали возможность подумать, побыть одному, принять решение.

Таким образом, «Колобок» — это сказка для тех детей, которым дается возможность принятия решения, постепенного отделения от матери, а «Теремок» — сказка для детей, которым нужна помощь специалиста по разрушению подавляющего влияния родительского комплекса.

Второй этап инициации — это смерть. Символически в каждой сказке этот период отражен в сочетании с возрождением. Разбито золотое яйцо, и курочка обещает снести другое, не золотое, а простое (сказка «Курочка-ряба»), смерть Ивана в котле и возрождение в виде «доброго молодца» (сказка «Конек-горбунок»), смерть от ядовитого яблока, морозильного посоха и возрождение в новом виде «краше прежнего». Особенно актуальны в сказках для переходного периода — мертвая и живая вода. После возрождения персонаж получает подарки, новую одежду, новый статус. Но это сказки для детей постарше — 5—7-ми лет. На границе жизни и смерти происходит переосмысление жизненной позиции персонажем сказки и, соответственно, ребенком, который многократно слушает или проигрывает эти эпизоды.

Например, в сказке «Три поросенка» только при встрече со смертельной для себя ситуацией поросята пришли к соглашению строить крепкий дом вместе.

В народной сказке «Зимовье зверей» все домашние животные, оказавшиеся в лесу, не хотели строить себе жилище, надеясь перезимовать «под кустом», «зарывшись в землю» и т. д. Мороз и угроза волков помогли им объединиться и построить зимовье.

В сказке «Мороз Иванович» девочка падает в колодец с холодной водой и оказывается в жилище Мороза Ивановича. При этом она выходит «сухой из воды», а при выполнении поручений хозяина — получает новую одежду и украшения. При возвращении она выходит замуж (инициация для девочек), а ее сестра пытается пройти этот же путь взросления, но неудачно — возвращается ни с чем. Почему? Потому что ей не удается пройти следующую стадию инициации — испытание, и нет знаний, как ее пройти, потому что родители не дали знания, как быть хоро-

шей хозяйкой, как быть женщиной, как использовать свои знания в трудной ситуации.

Традиционно сказки всегда рассказывались не для маленьких детей, а для молодежи, поэтому в них заключался весь процесс прохождения инициации как для девочек, так и для мальчиков. Обучение — очень важный этап инициации. Его должны пройти и дети, и сопровождающие их в этом процессе взрослые. Зачастую родители действительно не знают, как помочь ребенку, как себя вести с 3-летним «бунтовщиком», с 12-летним подростком, который всеми своими силами стремится стать взрослым.

На этом этапе нужны реальные консультации родителям (разъяснение причин «революционного» поведения ребенка), помощь в практических советах по урегулированию детско-родительских отношений, по выработке компромиссных решений в разрешении сложной семейной ситуации.

На приеме у психолога мама с девоч-кой-подростком (12 лет), которая не помогает родителям по уборке дом, и время от времени истерично реагирует на просьбы взрослых что-то сделать по хозяйству.

Преодолеть апатию подростка удалось только с помощью выработки компромиссного решения по поводу представлений каждого члена семьи о «порядке в доме». До сих пор мнение девочки не учитывалось, и родители просто навязывали свою позицию и требовали точного исполнения своего решения. Не было «своего пространства», за которое бы она несла ответственность. Основными поручениями были: вынести мусор, вымыть посуду и обувь. На самом деле девочка имела знания, как и что делается для наведения порядка, но не имела своей инициативы и возможности проявить самостоятельность. Тот порядок, который

устраивал ее, не устраивал родителей, так как воспринимался как беспорядок. Совместное обсуждение ее решения по оформлению комнаты, по времени проведения уборки в ней, по выбору одежды для посещения школы привели к положительным результатам.

На этом этапе важно давать ребенку ту самостоятельность, к которой он готов, не подавлять его инициативу, а направлять ее в социально-значимую деятельность, дать хотя бы частично почувствовать себя взрослым, ответственным за свои решения. В этот возрастной период подростки активно интересуются сказками о девушках-принцессах, с удовольствием смотрят мультфильмы и художественные фильмы об отношениях молодых людей, интересуются свадьбами и самостоятельной жизнью вне дома, хотя реального ухода из дома пока не планируется.

На стадии испытания интерес детей смещается на страшные сказки или мифы, актуальными становятся фильмы ужасов. Идентифицируясь с героем, подросток проживает суровые психологические испытания. Активно при этом развивается супер-эго ребенка, то есть то, что внутренне руководит его поступками.

Все страшные сказки построены по единому сюжету: указ родителей или запрет общественный — нарушение этого запрета — наказание, граничащее со смертью — выживание или смерть персонажа. На стадии испытания герой выживает, а если интерес к «ужастикам» появился на стадии умирания процесса инициации — умирает.

Этап возвращения характеризуется тем, что у персонажа сказок, мифов появляется новый образ, новые условия жизни, новые отношения, а может быть, и новое имя. Новое имя нужно для того, чтобы четко отграничить детское прошлое и взрослое настоящее. Иван-дурак превращается в Ивана-царевича. В реальной жизни мальчик Митенька пре-

вращается постепенно в Диму, Дмитрия, Дмитрия Петровича.

взрослым человеком не только через сказки, но и в сновидениях, фантазиях. Специалист, знающий этапы процесса инициации, может направить психологопедагогический процесс в нужное русло, помогая ребенку прожить процесс взросления, перейти на новую стадию развития.

Переход от сказки к сказке, от сюжета к сюжету является свидетельством или постепенного отделения, или привязанности подростка к родительской фигуре.

Символически процесс инициации проживается ребенком, подростком или

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. БЕЛКОВСКИЙ, Н. А. Инициация взросления в различных культурах / Н. А. Белков-ский. — URL: http://www.foHow.ru/article/265

2. ЗЕЛЕНСКИЙ, В. В. Аналитическая психология: словарь / В. В. Зеленский. — СПб. : Б. С. К., 1996.

3. ФРОММ, Э. Искусство любви: исследование природы любви / Э. Фромм. — Минск, 1990.

4. ХОЛЛИС, Дж. Под тенью Сатурна. Мужские психические травмы и их исцеление / Дж. Холлис. — М. : Когито-Центр, 2009.

5. HOLLIS, J. The Middle Passage: From Misery to Meaning

Получено 0 9.03.10 © Зимина И. С., 2010