Т.Г. Ходжабагиянц

СООТНОШЕНИЕ «ОБРАЗ ЖИЗНИ - ОБРАЗ МИРА» КАК ДИНАМИЧЕСКИЙ ФАКТОР ТРАНСФОРМАЦИИ МЕНТАЛЬНОГО ПРОСТРАНСТВА ИММИГРАНТА

Рассматриваются закономерности возникновения психологических проблем, связанных с вхождением человека в инокульту-ру. Предлагаются подходы к изучению типологических различий и завязанных на них психологических проблем, обусловленных готовностью человека к изменению образа жизни и образа мира и различным сочетанием этих готовностей у конкретного человека.

Сегодня становится понятным, что довольно устоявшиеся в психологии категории «образ жизни» и «образ мира» являются предельными, фиксирующими онтологический пласт бытия, соотношение между ними выражает поперечный срез всей «витальной онтологии» субъекта. Можно полагать, что этот срез является интегральной характеристикой соотношения того, как человек понимает мир, и сложившейся системой деятельностей, которую охватывает понятие «образ жизни». Именно данный срез определяет характер оценочных суждений, зафиксированный на первом этапе пилотажного исследования во время бесед психолога с иммигрантами. Однако оперативный уровень, на котором собственно и интегрируются эти онтологические взаимосвязи, представлен тем устойчивым соотношением (который приобретает признак установки), в котором реальные переживаемые смыслы завязаны на тенденцию их реализации и с которым собственно и предстоит работать практикующему консультанту-психологу в ситуациях обращения к нему за психологической помощью и поддержкой со стороны иммигрантов. В целом ряде исследований получены данные, позволяющие представить психологический механизм трансформации образа мира и образа жизни людей как акт объективации в сознании происходящих изменений, требующих коррекции форм поведения, составляющих образ жизни человека, и перестройки ценностно-смысловых составляющих образа мира человека [1-3, 5-10].

Проведенное нами исследование с иммигрантами из бывшего СНГ, приехавшими в Канаду и обратившимися за консультацией к психологу, позволило выделить то общее, что было характерно для всех исследованных нами иммигрантов: принятие решения об иммиграции не было для них неожиданным, вынужденным, связанным с угрозой жизни, политической конфронтацией с режимом, боязнью репрессий и т.п. Было выявлено, что преобладающее большинство иммигрантов указали в качестве мотивации выезда в Канаду «невозможность полноценной самореализации на родине» (73%), «перспективы для детей» (69%), «улучшение условий и качества жизни» (65%). Таким образом, речь идет о наличии практически у всех членов выборки так называемой миграционной готовности к моменту выезда в Канаду. В исследованиях Р.Р. Ишмухаметова [3], Д.В. Матиса [6], затрагивающих психологические аспекты феномена миграционной готовности, было зафиксировано, что:

- миграционная готовность - это новообразование, относящееся к проявлениям самоорганизации человека, которое в содержательном плане представляет собой

установку, психологический настрой на добровольное изменение места жительства;

- миграционная готовность возникает у человека на основе противоречий между его образом мира (который включает оценки места проживания и желаемого будущего), с одной стороны, и образом жизни - с другой, переставшими соответствовать друг другу;

- стремление, составляющее суть миграционной готовности, может быть осознанным - это мысли, мечты об изменении места проживания, желания, намерения переехать, конкретные действия, способствующие реализации намерения; оно может быть и слабоосознавае-мым и тогда проявляет себя как целостное состояние общей неудовлетворенности местом проживания, вызванное неблагоприятными параметрами жизни в этом регионе, стране или, напротив, привлекательными характеристиками другого региона, страны;

- миграционная готовность - это явление кризисного характера, возникающее в условиях, препятствующих удовлетворению потребности в самореализации, причем характер препятствий может быть самым различным.

Центральное противоречие, порождающее психологические коллизии иммигрантов, заключается, с нашей точки зрения, в том, что они считают себя внутренне готовыми к изменениям образа жизни в новых условиях (даже имеют достаточно конкретную систему ожиданий), но часто не подозревают и не ожидают появления у себя сложнейшей проблемы изменения образа мира, связанной с переоценкой личного ментального пространства, смещения и перестройки всей системы ценностно-смысловых оснований собственного бытия. Между тем образ мира и образ жизни есть только различные проявления единого процесса жизненного са-моосуществления.

В связи с этим один из этапов проведенного нами исследования был направлен на выявление определенных типологических особенностей готовности иммигрантов к изменению образа жизни и образа мира. Основными исследовательскими приемами на этом этапе были процедуры реконструкции как ситуаций построения испытуемыми своего жизненного пространства в условиях эмиграции, так и специфики ценностносмысловых составляющих образа мира каждого из них. Соотнесение полученных результатов с данными тестовых срезов позволили делать суждения о типологических особенностях готовности человека к изменению образа жизни и образа мира как проявлениях динамических характеристик его ментального пространства.

В целом ряде исследований, в большей или меньшей степени рассматривающих различные стороны

психологического феномена «готовность к изменению образа жизни» [2, 3, 5-7], установлено, что:

- готовность к изменению образа жизни является внеситуативным параметром человека, характеризующим особенности перестройки его как открытой системы, происходящей под действием внешних (не зависящих от человека) или внутренних (самодетермина-ция) факторов;

- готовность к изменению образа жизни проявляется:

а) в том, насколько человек способен принять неизбежность и необратимость жизненных потерь, вынужденных изменений значимых условий жизни;

б) в том, какие усилия необходимо прикладывать для удержания самоидентичности в условиях постоянно происходящих изменений образа мира и образа жизни;

в) в способности к той духовной работе, в результате которой человек удерживает целостность собственного «Я», своей самости в пространстве конструктивных и деконструктивных внутренних и внешних причин, инициирующих трансформацию ценностно-смысловых составляющих своего образа мира;

- в структуру готовности к изменению образа жизни, кроме факторов, обусловливающих динамические характеристики трансформации образа жизни, проявляющиеся в показателях личностной ригидности, входят также рефлексивные возможности человека, определяющие участие самосознания в трансформации образа жизни.

Находясь в контексте общего для всех этих исследований подходе - теории психологических систем [4], мы определили:

1. В качестве основных показателей готовности к изменению образа жизни:

- степень принятия неизбежности вынужденных изменений значимых условий жизни;

- конструктивность усилий, которые необходимо прикладывать для удержания самоидентичности в условиях постоянно происходящих изменений образа мира и образа жизни;

- наличие духовной работы, направленной на удержание целостности собственного Я;

- модальность субъективной оценки наличной ситуации, ближайших и отдаленных перспектив своей жизни.

2. В качестве основных показателей готовности к изменению образа мира:

- особенности взаимосвязи между ситуативными (предметными) смыслами и ценностями, фиксирующими значимость для человека актуального (здесь и сейчас) открывающегося жизненного пространства с системой внеситуативных ценностей смысложизненного уровня (связь, определяющая избирательность поведения, направленность деятельности и ее отсроченные (в будущее) последствия;

- готовность вписывать новую информацию в образ мира и удержание его целостности в условиях когнитивного диссонанса путем направленной мыслительной активности;

- продуктивно-сверхадаптивный (ценностный) уровень самореализации.

3. В качестве факторов, задающих направленность динамики смыслов и ценностей и обусловливающих конструктивное разрешение постоянно воспроизводимого противоречия между новым образом жизни и об-

разом мира, направленность смещения локуса в континуумах «ригидность - флексибильность» и «интер-нальность - экстернальность».

Анализ полученной в ходе исследования фактологии через призму выделенных критериев позволяет отнести всех исследованных иммигрантов к одной из трех возможных групп, отличающихся друг от друга типологическими особенностями соотношения степени выраженности готовности к изменению образа жизни и готовности к изменению образа мира.

К первой группе были отнесены иммигранты с достаточно выраженными показателями готовности к изменению образа мира и образа жизни. Для них характерны оптимистический настрой и конструктивная направленность в организации своего жизненного пространства; наличие желания активно справляться с имеющимися трудностями нового бытия, выстраивать реальные цели как ближайшего, так и отдаленного будущего. Испытывая разную степень удовлетворенности жилищными условиями, материальным благополучием, имеющейся работой, перспективами карьерного и профессионального роста и т.п., все исследуемые этой группы ориентированы на улучшение своей жизненной ситуации в будущем, причем связывают это с собственными усилиями и достижениями членов своей семьи. Имеющиеся у них негативные переживания различных сторон в условиях эмиграции на первых порах, как правило, эти люди оценивают как «продуктивный опыт» построения жизни в новой стране, проявляя активность, открытость к новой ситуации, оценивают прошлые и настоящие трудности как временные, преодолимые. Доминируют смысложизненные ориентации на целевые достижения в жизни, ценности саморазвития, самодвижения; процессы смыслообразования ха-растеризуются развернутостью и открытостью. Локус контроля, как правило, смещен к полюсу интернально-сти, что свидетельствует о принятии на себя ответственности за все, происходящее в жизни. Им скорее присущи характеристики флексибильности, подтверждающие способность человека достаточно легко отказываться от несоответствующих ситуации или задаче средств деятельности, способов поведения, приемов мышления. В целом, общей характеристикой иммигрантов, отнесенных к этой группе, можно считать более или менее уравновешенное состояние находящейся в постоянной динамике системы «смысл-тенденция действовать».

Ко второй группе отнесены иммигранты, чью готовность к изменению образа мира можно оценить скорее как достаточно оформившуюся, а вот готовность к изменению образа мира скорее как несформи-рованную. Этим людям свойственна интенсивная смыслообразующая деятельность; они отличаются развитыми рефлексивными способностями; для них чрезвычайно важным представляется сохранение собственной индивидуальности, своего «Я», духовный рост. Однако их реальная жизнедеятельность отличается двойственностью поведенческих и эмоциональных реакций, они как бы существуют в двух параллельных мирах: в прошлом (или будущем) и в настоящем. Они оказываются неспособны ассимилировать наличную жизненную ситуацию в конкретных деятельностных

актах. В разнообразных смысложизненных ориентациях у них наименее выраженные смысловые ориентации на целевые достижения в жизни. Имея для себя долгосрочные планы, проекты, их действия, как правило, ситуативны, импульсивны, непродуманны и неэффективны, что сказывается на преобладании негативных тенденций в субъективной оценке своей наличной жизненной ситуации. Можно констатировать (в виде тенденции) смещение локуса контроля у них скорее к полюсу интернальности. Характерной особенностью этой группы иммигрантов является наличие высокой ригидности, что может рассматриваться как свидетельство наличия у этих иммигрантов значительных трудностей как в коррекции программ поведения в целом или ее отдельных элементов в связи с возникающей необходимостью, так и в осознании и последующем принятии необходимости изменений; причем склонность к проявлению ригидных форм поведения в ситуациях стресса, напряжения, утомления сочетается у них с ригидностью как личностной чертой.

В целом, общей характеристикой иммигрантов, отнесенных к этой группе, можно считать присущее им переживание смысла без тенденции действовать. Складывается впечатление, что вся энергия уходит у них на конструирование смыслов, большая часть которых так и не воплощается в реализацию замыслов.

К третьей группе отнесены иммигранты, у которых большая часть показателей готовности к изменению образа жизни оказалась достаточно выраженной, а показатели готовности к изменению образа мира, напротив, слабо сформированными. Общими для всей группы являются следующие характеристики: это деятельные люди, активно сопротивляющиеся трудностям и столь же энергично выстраивающие свое жизненное пространство. Локус субъективного контроля, по преимуществу, выражено смещен у них в сторону экстернальности, что отражает неспособность человека самому управлять изменениями своего жизненного пространства, приписывать ответственность за собственные действия и поступки другим людям, стечению обстоятельств и другим внешним факторам. Интересно, что среди этой группы иммигрантов встречаются как те, кто уже имеет определенные достижения в новой жизненной ситуации, так и те, кто пока не очень удовлетворен ею, но ожидает позитивных перемен. Внутри группы явно намечена поляризация в отношении к себе - есть те, кому свойственно представление о себе как о сильной личности, обладающей достаточной свободой выбора, чтобы построить свою жизнь в соответствии со своими целями; но есть и значительное количество людей, у кого наблюдается доминирование негативного отношения к себе и своим возможностям над позитивным.

У первых имеет место явное преобладание интер-нальности в области достижений над показателями ин-тернальности, в области неудач на фоне общих невысоких показателей интернальности практически по всем шкалам, что свидетельствует о выраженной позиции искать причины неудач по преимуществу в действиях других людей, стечении обстоятельств и других внешних факторах, а причины жизненных успехов в большей степени приписывать собственным заслугам. Вторые обладают выраженной предрасположенностью к тому,

чтобы обвинять себя, считать, что причина неудач в них самих, скрытой неуверенностью в себе, своих возможностях; интернальность в области неудач явно доминирует у них над интернальностью в области достижений.

Как правило, иммигранты, отнесенные к этой группе, не считают себя прижившимися в канадской культуре, у них есть много претензий к своему новому окружению, к инокультуре в целом. В беседах с психологом часто педалируют свойственную непохожесть (причем зачастую с негативной оценкой) как местного населения, так и других иммигрантов на «нашихм людей». Часто фиксируются на тех трудностях, с которыми им приходится сталкиваться и преодолевать с разной степенью успешности. Оценка настоящих условий жизни и деятельности в этой группе скорее амбивалентна: с одной стороны, люди отмечают наличие многих позитивных моментов, которые появились в их жизни после переезда в Канаду, а с другой стороны, достаточно четко ощущается неприятие некоторых сторон новой жизни, нежелание принимать новые правила. У многих из них процесс оформления собственной позиции жителя данной страны протекает на фоне уже определившихся требований и даже претензий к местным властям. Можно следующим образом охарактеризовать их позицию -«желание, чтобы Канада перестраивалась под меня, а не я под Канаду». Следует заметить, что некоторым удается именно так и организовывать свое жизненное пространство - пытаться «перестроить Канаду под себя».

Кроме того, как правило, при достаточно умеренной, а у некоторых даже низкой личностной ригидности, ригидность в ситуациях, стресса, напряжения, утомления резко возрастает. Обращает на себя внимание и тот факт, что в этой группе наблюдается тенденция к выраженной неофобии, некоторому страху перед необходимостью новых собственных изменений.

Обобщая характеристику данной группы, можно говорить о свойственной для нее тенденции действовать без большой опоры на развитые процессы смыс-лообразования на фоне не очень развитых рефлексивных способностей, что снижает согласование осознаваемых человеком новых условий жизни с неосознаваемыми (или частично осознаваемыми) жизненными стереотипами и сложившимися (фиксированными) схемами поведения.

Таким образом, понимая соотношение «образ жизни - образ мира» как динамический фактор, отражающий трансформацию ментального пространства иммигранта, можно рассматривать степень переживаемого эмигрантами «культурного шока» в ее зависимости от качества сложившихся представлений о собственном социальном статусе (самоценности, профессиональной компетентности, занимаемого места в социальной иерархии и т.д.) и субъективно оцениваемых возможностях удержания и увеличения этого статуса в новых социально-культурных и экономических условиях.

Степень легкости (трудности) перестройки многомерного мира человека в значительной степени обусловлена личностным ресурсом, включающим в себя рефлексивный компонент - уровень осознания человеком самого себя как субъекта своего образа жизни. Чем

менее открыта система в плане устойчивости поведенческих стереотипов и трудности их перестройки, жесткости их привязки к сложившейся системе ценностносмысловых содержаний ментального пространства, тем большие психологические коллизии будут сопровождать иммигрантов на стадии их ассимиляции. Ментальное пространство человека, являя собой содержательный состав жизненного пространства как про-

странственно-временной организации по-разному формирующейся в разных культурах, в условиях иммиграции обусловливает качество перестройки жизненного мира, само при этом неизбежно трансформируясь.

В этой связи представляется актуальным организовать такого рода психологическую поддержку, которая была бы призвана облегчить иммигранту перестройку собственного ментального пространства.

ЛИТЕРАТУРА

1. Григоричева И.В. Мотивация достижения у людей с разной субъективной оценкой успешности самореализации: Автореф. дис. ... канд. пси-

хол. наук. Барнаул, 2003. 22 с.

2. Даненова Д.Б. Трансформация образа жизни и образа мира людей как психоисторическая проблема: Автореф. дис. ... канд. психол. наук.

Барнаул, 2001. 189 с.

3. Ишмухаметов Р.Р. Депривация потребности в самореализации как фактор миграционной готовности личности: Автореф. дис. ... канд. пси-

хол. наук. Барнаул, 2004. 23 с.

4. Клочко В.Е. Самоорганизация в психологических системах: проблемы становления ментального пространства личности. Введение в транс-

спективный анализ. Томск: ТГУ, 2005. 173 с.

5. Клочко Ю.В. Ригидность в структуре готовности человека к изменению образа жизни: Автореф. дис. ... канд. психол. наук. Барнаул, 2002.

24 с.

6. Матис Д.В. Реконструкция динамики образа мира человека средствами психоисторического анализа: Автореф. дис. . канд. психол. наук.

Барнаул, 2004. 22 с.

7. Новохатько Е.Н. Психологическая помощь мигрантам в перестройке ценностно-смысловых составляющих образа мира (на примере вынуж-

денных переселенцев): Автореф. дис. . канд. психол. наук. Барнаул, 2005. 20 с.

8. Трофимова Ю.В. Динамика ценностно-смысловых составляющих образа мира супругов в процессе становления семейных отношений: Ав-

тореф. дис. . канд. психол. наук. Барнаул, 2002. 23 с.

9. ХрусталеваН.С. Адаптация выходцев из бывшего СССР. Взгляд психолога // ДИАСПОРЫ. 1999. № 2, 3.

10. Хрусталева Н. С. Психология эмиграции (социально-психологические и личностные проблемы): Автореф. дис. ... д-ра психол. наук. СПб.,

199б. 4б с.

Статья представлена кафедрой общей и педагогической психологии факультета психологии Томского государственного университета, поступила в научную редакцию «Педагогика и психология» 13 октября 200б г., принята к печати 20 октября 200б г.