2. Лойт X. X. Воспитательная работа в органах внутренних дел. Необходимость ее коренного совершенствования // Материалы научно-практической конференции. - Владимир, 1997.

3. Обращение министра внутренних дел Российской Федерации к сотрудникам органов внутренних дел и военнослужащим внутренних войск МВД России // Милиция. - 2005. -№ 10.

4. Приказ Министерства образования Российской Федерации от 11 февраля 2002 г. № 393 «О концепции модернизации российского образования на период до 2010 года».

5. Федоров В. И. О роли и задачах руководителей аппаратов по работе с личным составом органов внутренних дел и внутренних войск МВД Российской Федерации в современных условиях // Материалы Всероссийского совещания руководителей аппаратов по работе с личным составом МВД, ГУВД, УВД, УВДТ, учебных заведений и внутренних войск МВД России. - М., 1996.

6. Хальзов В. И. Юридическая педагогика: Проблемы и перспективы развития // Педагогика и акмеология безопасности жизнедеятельности: сб. науч. тр. - СПб., 2000. - № 1.

ПСИХОСЕМАНТИКА СЛУЖЕБНОГО

ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

(НА ПРИМЕРЕ ВЫСШЕГО УЧЕБНОГО

ЗАВЕДЕНИЯ СИСТЕМЫ МВД)

А. В. Осинцева

В статье показано, что проведение тренинговых занятий вызывает конструктивную динамику представлений испытуемых о служебном взаимодействии.

Ключевые слова: служебное общение, межличностное взаимодействие, психосемантика, субъективные представления, совместное субъективное пространство, имплицитные теории служебного взаимодействия.

Служебная деятельность и межличностное взаимодействие в системе МВД строится на принципах коллективизма, гуманизма, законности, единоначалия и субординации. Строго иерархизированная, регламентированная служебная деятельность и специфические условия службы и профессиональной подготовки будущих сотрудников органов внутренних дел в вузе МВД обращают на себя внимание с точки зрения психологической готовности личности к общению и взаимодействию в данной системе отношений. Формирование субъективной картины взаимодействия в социальной системе определенного типа необходимо для обеспечения адаптации сотрудников органов внутренних дел к специфическим условиям службы в системе МВД.

Восприятие и понимание ситуации взаимодействия в процессе служебной деятельности основано на системе конструктов как системы смысловых категорий (имплицитных представлений), с помощью которых человек структурирует мир. Для изучения системы представлений о служебной деятельности сотрудников органов внутренних дел МВД России психосемантический подход выступил конкретным теоретическим основанием,

позволяющим исследовать и реконструировать уникальный субъективный мир человека на его же собственном языке (1, 3). Общетеоретической основой для анализа имплицитных представлений как составляющих субъективного мира личности выступили положения когнитивного подхода о категориальном истолковании человеком мира. Дж. Брунер отмечал, что восприятие человека строится на разветвленной системе категорий, в соответствии с которыми человек структурирует мир (2).

Работа была направлена на проверку следующей гипотезы: смысловые сферы курсантов способны меняться в конструктивном направлении при целенаправленном воздействии на представления об образе командира и взаимодействии с ним.

В работе использован экспериментальный план формирующего эксперимента. На первом этапе был разработан инструмент исследования, способствующий выявлению имплицитных теорий межличностного взаимодействия командиров групп и курсантов. Методами служили: групповая беседа, проведенная в форме фокус-групп; классификация; отбор по результатам факторного анализа наиболее существенных конструктов и создание на их основе семантического дифференциала; Т-критерий Стьюдента - для определения достоверности различий и научной обоснованности результатов эксперимента.

При изучении возможности изменения представлений курсантов о взаимодействии с младшими командирами была изучена динамика представлений о служебном взаимодействии у курсантов контрольной и экспериментальной групп. Замысел исследования состоял в том, чтобы обнаружить наличие сдвигов, происходящих в имплицитных теориях партнеров по взаимодействию в процессе общения, изучить направленность этих изменений в смысловых пространствах. Экспериментальная серия проведена по схеме формирующего эксперимента с использованием социально-психологического тренинга. Для анализа различий в контрольной и экспериментальной группах до и после тренинговых занятий был проведен расчет абсолютных значений разниц средних показателей - раздельно по положительным/отрицательным дескрипторам, а также по положительным/отрицательным объектам семантического дифференциала (табл.).

Тренинговые занятия вызвали динамику представлений курсантов (экспериментальная группа) о служебном взаимодействии, в семантическом пространстве результаты экспериментальной и контрольной групп по положительным дескрипторам расположились друг от друга на большем расстоянии. Это говорит о том, что формирующее воздействие дало выраженный эффект, но выявленные сдвиги в представлениях курсантов пока не позволяют определить их направление и степень содержательной конструктивности.

Был произведен расчет статистически значимых различий (Т-критерия Стьюдента) до и после тренинга по каждому дескриптору относительно объектов «хороший/плохой командир». У курсантов экспериментальной группы выявлены статистически достоверные различия как по положительному образу взаимодействия (объект «хороший командир»), так и по объекту «плохой командир».

Различия в семантическом пространстве между представлениями курсантов контрольной и экспериментальной групп

Объект До тренинга После тренинга

Сумма средних модулей (разниц) Среднее по положительным дескрипторам Среднее по отрицательным дескрипторам Сумма средних модулей (разниц) Среднее по положительным дескрипторам Среднее по отрицательным дескрипторам

Хороший товарищ 26,1 0,891 0,378 31,8 1,181 0,405

Плохой товарищ 36,8 0,398 1,036 25,3 0,456 0,606

Хороший командир 34,1 1,238 0,450 49,2 2,038 0,502

Плохой командир 45,7 0,419 1,329 31,9 0,492 0,812

Желательная группа 25,2 0,911 0,333 28,9 1,103 0,351

Нежелательная группа 33,0 0,415 0,895 21,5 0,269 0,585

Отец 23,7 0,806 0,343 22,3 0,632 0,399

Враг 32,6 0,417 0,878 25,0 0,380 0,640

Человек, на которого можно положиться 28,5 1,136 0,315 25,6 0,929 0,339

Человек, на которого нельзя положиться 28,9 0,248 0,851 29,3 0,351 0,804

В представлениях курсантов контрольной группы в условиях естественных изменений (без формирующего воздействия) как по положительному, так и по отрицательному образу командира статистически значимых различий не обнаружено, следовательно, значительных изменений относительно образа командира у курсантов данной группы не произошло. Анализ изменений в представлениях курсантов по образу желательной/нежелательной группы выявил динамику и в контрольной, и в экспериментальной группах с некоторыми содержательными различиями.

Таким образом, проведение тренинговых занятий вызвало конструктивную динамику представлений испытуемых экспериментальной группы о служебном взаимодействии. Содержательный анализ выявленных сдвигов в их представлениях дал возможность определить степень содержательной конструктивности и показать усиление следующих характеристик: взаимозависимости в отношениях командира и подчиненного, толерантности их отношений, конструктивности и эффективности служебного взаимодействия. Таким образом, цели, поставленные в тренинговой программе, были достигнуты.

В контрольной группе усилились значения близости, толерантности отношений командира и подчиненного, но отсутствуют значимые изменения относительно других положительных характеристик служебного взаи-

модействия. В представлениях об образе командира статистических значимых различий также не обнаружено. Таким образом, гипотеза получила полное экспериментальное подтверждение.

Далее был сделан углубленный анализ содержания изменений, произошедших при формирующем воздействии. Было проведено сравнение систем представлений курсантов, выявленных в результате применения семантического дифференциала в ходе второго и третьего замера (до и после тренинговых занятий) с использованием факторного анализа. Таким способом мы перенесли содержательный анализ произошедших изменений на более глубокий уровень образа мира курсантов - в пространство их имплицитных теорий межличностного взаимодействия.

Для более четкого представления о произошедших изменениях конструкты каждого из полученных факторов были расположены в рисуночном пространстве таким образом, что видны факторные связи между ними (рис. 1, 2). В качестве примера приведены результаты по двум учебным группам из двух экспериментальных и двух контрольных. Шрифтом выделены конструкты, ставшие узловыми (имеющие наибольшее количество связей).

Узловые характеристики служебного взаимодействия в экспериментальной группе до тренингов составили конструкты «правильность, непреклонность», «попытки управления», «слабость» (рис. 1).

«Правильность» и непреклонность

Неорганизованность

Непостоянство

Агрессия,

давление

Понимание

б;

Рис. 1. Конструкты факторов одной из экспериментальных групп курсантов: а) до проведения тренинговых занятий; б) после проведения тренинговых занятий

а)

б)

Рис. 2. Конструкты факторов одной из контрольной групп курсантов: а) связи между конструктами (замер 1); б) связи между конструктами (замер 2)

После тренинговых занятий основной (узловой) характеристикой взаимодействия является «взаимозависимость», что свидетельствует об уменьшении дистанци-рованности и обособленности в отношениях командиров и подчиненнык. Необходимо отметить явное уменьшение количества связей между конструктами после тренинга в экспериментальной группе. Это говорит о повышении гибкости сознания, появлении вариаций смыслов в представлениях курсантов экспериментальной группы о взаимодействии с субъектом управления.

Как видим (рис. 2), в контрольной группе узловыми конструктами являются «дистанцированность» (замер 1) и «неорганизованность», «взаимозависимость», «несамостоятельность» (замер 2). Эти изменения созвучны с полученным ранее результатом о динамике представлений в контрольной группе. Было выгявлено повышение толерантности и близости отношений с командиром, о которой говорит узловой конструкт «взаимозависимость», при одновременном отсутствии эффективности служебного взаимодействия - конструкт «неорганизованность». Кроме того, обнаруживается большое количество связей между конструктами как по результатам первого замера, так и по результатам второго. Это говорит о высокой связанности (ригидности) смысловой системы курсантов контрольной группы.

В целом содержательный анализ (факторный анализ) произошедших при формирующем воздействии изменений у курсантов экспериментальной группы показал, что в их имплицитных представлениях усилилась конструктивность, произошло сокращение дистанциро-ванности, увеличивается истинная заинтересованность, взаимозависимость командира и подчиненных, серьезность и компетентность субъекта управления, формирование направленности на реальное, социальное взаимодополнение. Появляется и усиливается внутренняя мотивация на взаимодействие, возрастает взаимное уважение и понимание серьезности положения командира. Увеличиваются досягаемость, доступность, отношения характеризуются большей осознанностью необходимой твердости и стойкости командира, соблюдения «правильного» отношения и «уставных» порядков. Наряду с увеличением конструктивных характеристик взаимодействия не произошло значительного снижения отрицательных, деструктивных форм взаимодействия. Происходит

также использование крайних позиций присоединения. В частности, присутствует манипулятивное присоединение, давление статусом. Тем не менее, наличие отрицательных ожиданий от ситуаций взаимодействия говорит об отсутствии стереотипизации представлений курсантов (нет категоричности суждений ни по положительному, ни по отрицательному образу командира).

После осуществления формирующего воздействия выявлена тенденция изменения в общении командиров и курсантов во всех трех сферах (инструментальной, потребностно-смысловой и когнитивной), которые были заявлены как мишень воздействия тренинговых занятий.

В инструментальной (операционно-технической) сфере увеличивается осознанность и повышается профессиональность в процессе использования средств управления. По стратегиям и средствам выполнения совместной деятельности командиры и курсанты создают единый набор средств для решения задач. У командира повышается авторитетность, способность к решению организационных вопросов в управлении, у курсантов -уважение к своему командиру.

В потребностно-смысловой сфере происходит движение к взаимному принятию. Увеличиваются понимание, эмпатийная направленность друг на друга, становятся необходимыми заинтересованность, совместное участие в жизнедеятельности и внимание друг к другу.

В когнитивной сфере расширяются и углубляются знания-сведения субъектов управления и подчиненных друг о друге, растет осведомленность друг о друге, курсантами осознается значимость «правильности» командира в процессе управленческой деятельности, командирами - понимание трудностей рядовой курсантской жизни. Таким образом, происходит осознание статус-нык позиций тех и других.

На экспериментальном материале показано наличие естественной и специально организованной в результате формирующего воздействия динамики представлений об образе командира и взаимодействия с ним, содержательное изменение смысловых категорий кур-сайтов в семантическом пространстве. Доказано, что имплицитные теории курсантов о взаимодействии с командирами способны целенаправленно изменяться в конструктивном направлении.

ЛИТЕРАТУРА

1. Артемьева Е. Ю. Основы психологии субъективной семантики. - М., 1999.

2. Брунер Дж. О перцептивной готовности: психология ощущений и восприятия. - 2-е изд., испр. и доп. / под ред. Ю. Б. Гиппенрейтер, Д. Ю. Любимова, М. Б. Михалевской. -М., 1999.

3. ДоценкоЕ. Л. Межличностное общение: (Семантика и механизмы). - Тюмень, 1998.

СОВРЕМЕННОЕ ОБЩЕСТВО И ПРОБЛЕМЫ ПОДГОТОВКИ ЮРИСТА

К. В. Бугаев

Для успешной конкуренции на Западе российские специалисты должны быть обучены гораздо лучше западных. В сфере обучения юриста имеется специфика, которая требует дополнительного изучения методологии науки, истории, философии права, логики и английского языка.

Ключевые слова: юридическое образование, конкуренция, методология науки, история, философия права, логика, английский язык.

Государственной Думой принят Федеральный закон от 24 октября 2007 г. № 232-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации (в части установления уровней высшего профессионального образования)» (7), устанавливающий три уровня квалификации (степени) - бакалавр, специалист, магистр. Таким образом, Россия фактически становится участником Болонского процесса, что вызывает существенные изменения в системе образования страны.

Что выиграет и что потеряет наше образование от этого - отдельный вопрос. Здесь есть и положительные, и отрицательные моменты. Ряд ректоров ведущих вузов страны без особого энтузиазма относятся к таким изменениям (В. Садовничий, ректор МГУ им. Ломоносова; И. Федоров, ректор МГТУ им. Баумана), но есть и сторонники перехода на новый формат (Л. Вербицкая, ректор Санкт-Петербургского госуниверсите-та). Однако обсуждение данного вопроса носит отвлеченный характер - решение законодательной властью принято, и понятно, что «интеграция российской высшей юридической школы в европейскую систему высшего профессионального образования - дело... неизбежное» (5, 246).

При этом часть вопросов неясна до сих пор - как, например, синхронизировать с системой, принятой на Западе, российские ученые степени «кандидат наук» и «доктор наук», какой уровень подготовки реально получат бакалавры с 4-летним сроком обучения, если вся производственная система страны требует специалистов с 5-летним образованием, в какие области производства реально пойдут магистры, где они необходимы с таким серьезным образованием и пр. Подобные унификации становятся проблемой исключительно России, встречного движения в этом плане не наблюдается.

Однако несомненно одно - внимание к уровню подготовки российских специалистов будет усиливаться и,

скорее всего, ввиду естественной конкуренции образовательных систем недостатки будут подчеркнуты, а о достоинствах отечественной системы образования, имеющей своими корнями одну из мощнейших наук мира -советскую науку, вполне возможно, западные специалисты постараются забыть. Чтобы в этой ситуации успешно конкурировать с западной, наша образовательная система должна выпускать специалистов не просто одного уровня, а на порядок более подготовленных.

В сфере точных, технических наук российские специалисты действительно не уступают западным, об этом свидетельствует так называемый отток мозгов в США и Западную Европу из России. Но каково же положение дел в гуманитарной сфере, в частности, юриспруденции? Ряд ученых отмечают, что «юридическое образование в России, осуществляемое в ведущих вузах страны, является достаточно эффективным, что признается и зарубежными специалистами» (4, 8). Однако успокаиваться на этом не стоит, признается также, что в настоящее время следует говорить о «... системном кризисе... всей юридической науки, которую можно назвать наукой лишь с большой натяжкой, поскольку качество объяснения, прогнозирования и управления, базирующегося на положениях юриспруденции, по меньшей мере, весьма низкое» (3, 11). При этом «.проведение научных исследований в юриспруденции... затруднено» и причиной является «невысокая квалификация исследователей» (1, 101). Такая ситуация в научной среде не может не сказаться и на образовательной сфере - если уровень науки невысокий в принципе, не стоит ожидать и высокой квалификации выпускников соответствующих вузов.

Возникает в этой связи вопрос - как подготовить высококлассного специалиста, способного превосходить своих западных коллег в профессиональном плане? Видимо, для каждой профессии эта задача должна решаться с учетом ее специфики. Например, для некоторых специальностей - физика, математика, химия и пр., где выработан формализованный язык, проблемы международного общения специалистов не так остры, как для специалистов в сфере социальных исследований, где даже сами термины зачастую многозначны. Для юристов здесь возникают дополнительные сложности, ведь уровень их подготовки во многом определяется тем, насколько юрист ориентируется в правовой системе конкретной страны, в которой осуществляется его деятельность, в ее традициях, культуре, языке. При высокой степени мобильности граждан, присущей современному глобализированному обществу, выпускнику-юристу для работы в другой стране необходимо, что совершенно естественно, изучать и ее законодательство. Кроме того, остается и языковая (именно лингвистическая) проблема, ведь «... очевидно, что в недалеком будущем... английский язык станет языком Зоны европейского высшего образования» (6, 254).

Каким же образом помочь молодому специалисту в повышении конкурентоспособности на рынке труда?

Такие дисциплины, как история и философия права, основы государства и права, а также логика читаются на младших курсах вузов. Это естественно с точки зрения