О.М. Краснорядцева

ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ СОДЕРЖАНИЕ ЭКСПЕРТИЗЫ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ИННОВАЦИЙ

Рассматриваются проблемы различения понятий «психологическая экспертиза в образовании» и «психологическое содержание экспертизы образовательных инноваций»; предлагается представление о предмете экспертного суждения психолога.

В данной статье представлены результаты работы секции «Психологическое содержание экспертизы и диагностики инноваций в образовании», проходившей в рамках Всероссийской конференции «Инновационные процессы в образовании» (октябрь 2007 г.), сделанные автором, который являлся руководителем данной секции. Аудитория секции состояла из психологов, педагогов и директоров образовательных учреждений Сибири и Дальнего Востока (всего в работе секции приняли участие 42 человека).

Психологи образования и медицинские психологи обменялись опытом психологического сопровождения образовательного процесса, диагностики инноваций в образовании и выявлении, коррекции негативных последствий реализации инновационных практик, проявляющихся в ухудшении здоровья участников образовательного процесса. Следует отметить активность в разработке моделей психологического сопровождения инновационных изменений в образовании практических психологов, работающих в системе дополнительного образования.

Дискуссия по поводу уточнения содержания понятий «экспертиза инновационных изменений в образовании», «экспертная оценка психолога», «позиция психолога в экспертизе инновационных образовательных проектов и программ» позволила обозначить целый ряд проблем, хорошо актуализируемых в процессе профессиональной рефлексии психологов, имеющих опыт участия в подобного рода экспертной деятельности. Эти проблемы можно сформулировать следующим образом.

1. Размытость представлений о том, есть ли основания отчленять психологическую экспертизу как самостоятельный вид экспертизы в образовании от психологического содержания экспертизы инновационных изменений в образовании. А если такие основания есть, то каковы соответствующие функции психолога, привлекаемого в качестве эксперта?

2. Практически везде происходит идентификация экспертной деятельности психолога с исследовательской и (или) диагностической. В этой связи становится понятной необходимость уточнения функциональной модальности позиции психолога, задействованного в экспертизе.

3. Если экспертиза - особый вид профессиональной деятельности, то возникают вопросы о содержании ключевых профессиональных компетенций психолога-эксперта и программах подготовки, повышения квалификации психологов-экспертов.

4. Острая нехватка адекватного экспертным задачам методического оснащения, поскольку сегодня становятся очевидными ограничения используемого психологами традиционного диагностического инструментария.

Анализ публикаций, посвященных проблемам гуманитарной экспертизы в образовании [1-3], позволяет в

рамках основных задач гуманитарной экспертизы в образовании (проявление прецедентов и определение содержания инновационных изменений; установление границ развития и изменений в образовании; прогнозирование последствий инновационных изменений и выработка соответствующих рекомендаций) определить контуры психологического содержания экспертизы инновационных изменений в образовании. Прежде всего, это тот круг вопросов, которые напрямую касаются продуктов инновационной образовательной деятельности. С собственно психологической точки зрения этими продуктами являются те изменения, которые происходят с самими участниками инновационного образовательного процесса.

Сегодня все чаще запросы к психологам от разработчиков образовательных проектов формулируются в виде заказов на исследовательское сопровождение изменений в образовании, которое предполагает исследование «человека становящегося» в процессе конструирования, построения им собственной реальности, собственного пространства. Речь идет о своевременном выявлении образовательных результатов или образовательных феноменов, относящихся к собственно психологическим новообразованиям (появляющимся на определенных этапах, стадиях реализации и образовательного проекта), совокупность которых дает основания для анализа продуктивности конкретной образовательной программы или образовательного проекта как формы развития и реализации образовательной деятельности с целью оперативного внесения соответствующих коррекций как в ее содержание, так и в организационные формы. Следует сказать, что образовательные эффекты и образовательные результаты понимаются в данном контексте в качестве обобщенных, интегративных планируемых проектных результатов.

Образовательные эффекты представляют собой не детализированные (в силу слабой, недостаточной осознанности, проработанности разработчиками) образовательные результаты, описание которых в образовательном проекте не позволяет четко представить, в каком виде по каким основаниям можно будет судить о получении планируемых образовательных результатов.

Образовательные результаты представляют собой четко конкретизированные и описанные в проекте новообразования, которые предполагается получить при реализации данного образовательного проекта:

- на уровне коллективного субъекта (новые способы деятельности, новые социальные компетенции);

- на уровне конкретных людей (новые субъектные позиции);

- на уровне создания нового продукта, который избыточен для данного проекта и порождает необходимость нового проекта.

Разовые, периодически или регулярно осуществляемые диагностические срезы (продольные и попе-

речные, индивидуальные и фронтальные), безусловно, необходимы для анализа реально происходящих психологических изменений с конкретными людьми. Однако даже обширный набор данных об особенностях и уровнях различных аспектов развития детей или взрослых позволяет судить скорее об уже «ставшем», «образовавшимся» в человеке, что имеет смысл, когда речь идет об адаптации существующих образовательных практик к особенностям участников образовательного процесса. Но чем более выражены притязания образовательного учреждения на проектирование развивающей образовательной среды, тем более отчаянно выглядят усилия психологов по выделению индикаторов, показателей развития, которое действительно происходит в результате именно таким образом организованного образовательного процесса (а не параллельно с ним или вопреки ему).

Психологам необходимо, наконец, научиться актуализировать образовательные феномены, относящиеся к психологическим новообразованиям, фактологично

фиксировать их, делать предметом профессионального обсуждения с коллегами-педагогами при анализе продуктивности конкретной образовательной программы. В этом заключается, с нашей точки зрения, одна (наряду с уже существующими) из перспективных стратегий (!) психологического сопровождения образовательных проектов. Своевременное выявление образовательных феноменов, проявляющихся в реальном образовательном процессе в виде психологических новообразований, мы относим к актуальным задачам психологического сопровождения образовательных проектов. В этой связи чрезвычайно важным представляется поиск способов актуализации образовательных феноменов, свидетельствующих о динамике процессов саморазвития, самореализации, самоопределения учащихся, происходящих непосредственно в образовательном процессе.

Представляется, что для психолога образования, занятого в экспертизе образовательных программ, одним из значимых показателей психологических изменений участников образовательного процесса может выступать достоверная информация о различных проявлениях становления субъектности непосредственно в образовательном процессе. Таким образом, область исследования психологических изменений в образовании определяется нами следующим образом: это психологические характеристики усложнения системной организации человека, индикаторами которого выступают суверенизация, уровневая организация сознания и психологические механизмы усложения (смыслообразова-ние, смыслопорождение, смыслопередача, целеобразо-вание, рефлексия, персонализация, персонификация). Суверенизация (как спонтанное явление) внутренне противоречива. Она идет в рамках совмещенной системы (человек и другие люди, через которых, через общение с которыми приходят ценности как социальные нормы и образцы поведения), но имеет целью освобождение от подавляющего влияния его (этого общения). В этом и смысл суверенизации - самостоятельно принимать решения, отклонять альтернативы и т.д. Иными словами, суверенизация идет еще в рамках персонализации, но уже предполагает интенцию на индивидуализацию. Вот тут учащемуся и нужен посредник,

работа которого имеет смыслом такое взаимодействие в образовательном пространстве, которое позволяет ребенку или молодому человеку наращивать суверенность, а не подавлять ее, гармонизировать ценностные составляющие образа мира за счет сбалансирования расширения прав на поступки и ответственности за их последствия. Особым образом организованный информационный обмен учащихся друг с другом, каждого с самим собой имеет своей целью порождение таких параметров порядка, придающих устойчивость системе, как смыслы и ценности. В этой связи представляется чрезвычайно важным для экспертного суждения иметь достоверную информацию о том, какой смысл имеют инновационные эффекты данной образовательной программы для всех участников образовательного процесса, какова «цена» (в том числе и психологическая) той или иной инновации для конкретных людей, в нее вовлекаемых.

Еще один важный, на наш взгляд, аспект. Коммуникации в образовательной среде должны быть оценены не только с точки зрения того, что (избирательно) человек получает из таким образом организованной образовательной среды, но и того, что он отдает в нее обратно, тем самым невольно формируя образовательную среду, из которой он берет необходимое, не замечая, что вбирает в себя и то, что внес сам, т.е. забирает и самого себя. Отсюда вытекает, что негармоничное вхождение человека в инновационные процессы, обусловленное спонтанным становлением ценностносмысловых измерений порождает столь же несбалансированное образовательное пространство.

В этом контексте объектом исследования для психолога образования начинает выступать сам процесс становления изменений субъектов образовательных практик (индивидуальных и коллективных), своеобразная «эволюция эволюции субъектов» (меняясь, человек меняет условия своего становления, появляются другие запросы к образованию в каждый момент становления).

Фиксируя то, что участник инновационного процесса демонстрирует при обследовании (или экспертизе), мы можем лишь реконструировать, воссоздать путем анализа продуктов деятельности различные аспекты многомерного мира человека. Методы реконструкции все чаще упоминаются в публикациях, посвященных проблемам диагностики развития детей в процессе обучения. Но реальное психодиагностическое обеспечение образовательного процесса чаще всего до решения задач этого порядка не поднимается - широко используемые сегодня в научной исследовательской практике деятельностные пробы достаточно трудоемкие как в организации, так и в обработке (в силу своей слабой стандартизированности). А образовательной практике необходимы экспресс-диагностики, позволяющие получать диагностическую информацию оперативного характера, опираясь на которую можно было бы делать экспертные суждения и заключения прогностического характера по поводу инновационного потенциала образовательной программы.

Образовывающийся человек как становящаяся система эволюционизирует по линии усложнения своей системной организации. Диагностировать становление человека как особой пространственно-временной организации, усложняющейся, обретающей новые измере-

ния, можно только путем фиксации того, с чем происходит взаимодействие, поскольку взаимодействие означает соответствие, которого раньше не было, но теперь есть. Другими словами, диагностика становящегося - это фиксация степени открытости (или закрытости) психологической системы, определение тех узлов соответствия, через которые пойдет становление.

Сегодня можно выделить, по крайней мере, два подхода к психологической диагностике становления инновационных изменений в образовании, которые реализуются в экспертной практике психологии образования:

- выявление (путем сопоставительного анализа результатов периодически повторяющихся диагностических срезов) данных о том, есть ли реальный прирост образовательных результатов в виде психологических новообразований системного порядка, которые, как писал в своем время Л. С. Выготский, «в самом главном и основном определяют сознание ребенка, его отноше-

ние к среде, его внутреннюю и внешнюю жизнь, весь ход его развития в данный период» [4. С. 895];

- выявление качества стратегии самого процесса становления, заложенного в инновационную образовательную программу путем анализа движения участников образовательной деятельности по линии расширяющегося соответствия, фиксируя особенности процесса порождения новых секторов реальности как новых возможностей и перспектив.

Представляется, что характерный для современной психологии образования наметившийся переход приоритетов от диагностики ставшего к диагностике становящегося неизбежно выводит психолога к профессиональным задачам другого уровня - прогнозам становления человека как особой самоорганизующейся психологической системы. А это, в свою очередь, задает ориентиры психологической экспертизе инновационных изменений в образовании.

ЛИТЕРАТУРА

1. Гуманитарное исследование в образовании: опыт, размышления, проблемы / Под ред. Г.Н. Прозументовой. Томск: Том. гос. ун-т, 2002. 342 с.

2. Переход к Открытому образовательному пространству. Феноменология образовательных инноваций / Под ред. Г.Н. Прозументовой. Томск:

Том. гос. ун-т, 2005. 484 с.

3. Экспертиза в современном мире: от знания к деятельности / Под ред. Г.В. Иванченко, Д.А. Леонтьева. М.: Смысл, 2006. 456 с.

4. Выготский Л.С. Вопросы детской психологии // Психология. М.: Смысл, 2000. С. 892-989.

Статья представлена научной редакцией «Психология и педагогика» 2 ноября 2007 г.