З.Ф. Камалетдинова

Новая позитивная психология и психологическое консультирование подростка (анализ случая из практики)

В статье описывается консультативная работа с подростком и его мамой, обратившимися по поводу слабой успеваемости. Работа проводилась в нескольких направлениях: установление и поддержание контакта с мальчиком, повышение уровня его самооценки и самоуважения, перестройка системы поощрений и наказаний со стороны родителей, регулярный анализ достижений подростка и формулирование ближайших задач. Устойчивая позитивная динамика была обнаружена через пять месяцев систематической работы.

Ключевые слова: консультирование, терапевтические отношения, система поощрений и наказаний, принятие, родительские установки.

Мартин Селигман, один из создателей новой позитивной психологии, предлагает изменить фокус современных психологических исследований - перейти к изучению условий, черт характера, способствующих позитивным чувствам, переживанию счастья [2]. Он призывает перейти от поиска способов улучшить эмоциональное состояние клиента

Педагогика и психология

Проблемы практической психологии

от - 10 до + 2 баллов к помощи в изменении удовлетворенности жизнью от + 2 к + 10 баллам.

С точки зрения этого подхода актуальной для современной психологии является выяснение условий, способствующих социальной адаптации неуспевающего в школе подростка, повышению уровня его учебной мотивации и школьной успеваемости. Все это в конечном счете влечет за собой ощущение счастья и самим подростком, и его родителями, а также улучшение эмоциональной атмосферы семьи.

Существует обширная научная и популярная литература, посвященная психологическим особенностям подростков. Однако психологи-практики, консультирующие детей и подростков и их родителей, вновь и вновь сталкиваются с глубоким непониманием родителями (даже любящими и заботливыми) собственных детей, чрезмерным увлечением наказаниями и их неграмотным применением, гиперпротекцией и другими грубыми ошибками воспитания. Анализируемый в данной статье случай показателен именно в плане зависимости школьной успеваемости ребенка от характера детско-родительских отношений.

Мама Коли З., 15-ти лет, ученика 8-го класса, обратилась к психологу по настоянию преподавателя иностранного языка. Данные из школьной характеристики: инфантилен, безразличен к учебе; на уроках внимание неустойчивое, не работает, разговаривает, не записывает домашние задания; школьную программу усваивает на «неудовлетворительно»; на критические замечания учителей реагирует равнодушно; имеет низкий уровень базовых знаний по всем предметам. Классный руководитель при этом отмечает, что мальчик уважительно относится к учителям и доброжелателен по отношению к одноклассникам.

В беседе с мамой подростка, Еленой, удалось выяснить, что подросток учится в этой школе в течение трех месяцев (переведен в новую школу в связи с переездом семьи из другого района города). Новая школа является специализирующейся на изучении английского языка. Прежняя школа мальчика была обычной и с менее высоким уровнем требований по всем предметам; там подросток тоже учился слабо, получал замечания, но ему формально ставили «тройки», в целом он был социально адаптирован.

В новой школе подросток оказался в числе неуспевающих, имел несколько «двоек» в четверти, был претендентом на исключение. До визита к психологу-консультанту мальчик был дважды замечен в краже мобильного телефона в школе.

Психологическое исследование умственной деятельности Коли обнаружило достаточный уровень умственного развития; каких-либо нарушений памяти, внимания, скорости психических процессов также не выявлено.

Тестирование мамы подростка с помощью опросника АСВ и опросника родительского отношения Варги и Столина выявило выраженные ошибки воспитания: гиперпротекцию, сочетающуюся с недостаточностью санкций, отношение к ребенку как к неудачнику, инфантилизацию и пр. В беседе с мамой удалось установить, что гиперпротекция проявлялась в постоянном контроле и надзоре за поведением и успеваемостью сына. Подростка нередко наказывали - в ответ на низкие оценки, замечания учителей, лживое поведение. В качестве наказания выступали избиение ремнем (эту функцию по просьбе Елены выполнял отчим мальчика), лишение возможности играть в компьютерные игры и общаться со сверстниками (на месяц и более!). Поощрения за успехи в школе почти не применялись.

Установить контакт с подростком удалось без труда. Коля с самого начала был доброжелательным, охотно отвечал на вопросы, старательно выполнял тестовые задания для проверки его умственной деятельности, терпеливо преодолевал трудности. Однако подросток не смог ответить на вопрос о цели визита к психологу: «Мама сказала: надо сходить к психологу».

Дальнейшая консультативная работа велась в нескольких направлениях.

1. Укрепление и дальнейшее развитие терапевтических отношений.

2. Повышение уровня самооценки и самоуважения подростка.

3. Коррекция родительских установок Елены и создание новой системы поощрений и наказаний мальчика.

4. Помощь в осознании подростком ценности успешной учебной деятельности (для его настоящего и будущего).

5. Регулярный анализ школьных достижений мальчика и формулирование задач на ближайший период времени.

Естественно, все эти пять планов консультирования не были изолированными, они пересекались. Сессии проводились систематически один раз в неделю и длились полтора часа. В течение первых трех сессий беседы с подростком и его мамой проводились раздельно, но в дальнейшем мы обнаружили, что более эффективным является совместное обсуждение проблем в формате «психолог - подросток - мама».

Совместная работа позволяла психологу наблюдать и при необходимости корригировать особенности взаимодействия Елены и Коли. С другой стороны, такая организация общения давала возможность и консультанту, и обоим клиентам получать информацию о поведении, достижениях подростка и от мамы, и от него самого, что способствовало развитию рефлексивных умений мальчика. Важно и то, что при этом общение психолога с подростком выступало моделью для мамы: Елена обучалась

Педагогика и психология

Проблемы практической психологии

принятию собственного сына, фиксации внимания на его позитивных качествах и аспектах поведения. Мама мальчика имела возможность убедиться в том, что можно и нужно договариваться с сыном, выслушивать его точку зрения, учитывать его мнение. До визита к психологу Елена самостоятельно решала все вопросы относительно сына, его мнение обычно игнорировалось.

Отметим также, что сессии проходили в формате неформального чаепития, нередко с юмором и смехом.

Перейдем к более подробному рассмотрению каждого из пяти направлений работы.

1. Раппорт с подростком поддерживался постоянно. Консультант проявляла уважительное, принимающее отношение к мальчику, демонстрировала искреннюю заинтересованность в его успехах, радовалась достижениям и огорчалась в случае неудач. Вскоре «психология стала любимым предметом» Коли (наряду со всеми дополнительными занятиями по предметам), подросток охотно посещал сессии; в семье появилась любимая шутливая угроза: при недовольстве друг другом мама и сын обещали «все рассказать» психологу.

2. Повышение самооценки подростка осуществлялось, в частности, с помощью похвалы за реальные достижения Коли (в школе, дома, в кабинете психолога). К этому консультант призывала и Елену. Например, когда мальчик успешно выполнял сложные задания теста Равена или Кооса, психолог просила показать результаты маме, находившейся в соседней комнате. Иногда это сопровождалось просьбой к маме выполнить соответствующее задание, и Елена порой оказывалась слабее сына.

В конце почти каждой сессии, провожая маму с подростком, психолог внушала Коле: «У тебя все получится. Со временем все увидят, какой ты молодец».

Безусловно, эта работа по повышению уровня самопринятия была тесно связана с предыдущим направлением (терапевтическими отношениями). Принимая подростка, демонстрируя безусловное уважение его личности, психолог формирует подобное отношение подростка к себе [1; 3].

3. Важной составной часть коррекционной работы являлась перестройка системы поощрений и наказаний и родительских установок матери. До начала психологической работы четкой системы санкций в семье, собственно, и не было. Периодически подростка наказывали (битьем, лишением общения или компьютерных игр на длительное время), чаще всего, на фоне аффективных реакций матери на проступки сына. Родительские санкции были непоследовательными: если мама была в хорошем настроении, наказания не применялись. Психолог убедила маму Коли в том, что

наказания должны быть соразмерны проступкам подростка; физические наказания и лишение сына общения (на месяц!) недопустимы; санкции должны определяться поведением мальчика, а не настроением родителей; наряду с наказаниями следует применять и поощрения. В совместной беседе было решено вознаграждать Колю за правдивое поведение, положительные оценки в школе, самостоятельное выполнение домашних заданий и пр. В качестве средств поощрения выступали: дополнительное время на игру в компьютере, приглашение сверстников в гости, посещение с друзьями игровых залов и т.д. В качестве наказаний - ограничение времени на компьютерные игры (за один проступок - один раз на полчаса).

Елена обучалась умению вести переговоры с сыном. Например, во время одной из сессий она пожаловалась психологу, что во время дополнительных занятий по иностранному языку (по Интернет-программе «Скайп») Коля, скрывая это от педагога, играл в компьютерную игру. Психолог предложила выслушать объяснения подростка. Коля сообщил, что занятия (по договоренности) должны длиться один час, но регулярно затягиваются до полутора часов и более. Если учесть, что это один из самых нелюбимых предметов Коли и занятия проводятся по вечерам, вполне можно понять его позицию. Маме и сыну было предложено совместно решить эту проблему. Было принято решение попросить педагога сократить время занятий до 60-ти минут; Коля, со своей стороны, обещал активно работать, не отвлекаясь на игры. Конфликт был исчерпан.

В другом случае Елена с возмущением призналась, что Коля грубит ей. При расспросе удалось выяснить, что речь идет о том, что перед началом дополнительных занятий мальчик, повысив тон, может сказать маме: «Не буду твоим английским заниматься!» (при этом он все же приступает к занятиям). Консультантом была предложена иная интерпретация этого поведения: сын делится с мамой своими негативными переживаниями, скорее, это скрытая просьба о сочувствии. Таким образом мама обучалась принимать и понимать сына.

4. Четвертое направление консультативной работы - помощь в осознании подростком ценности учебной деятельности и честного поведения для его настоящего и будущего. В будущем Коля планирует получить высшее образование и стать, подобно маме, предпринимателем. Консультант и подросток подробно рассматривали образовательный путь, необходимый для реализации этих целей, анализировали негативные последствия обмана, краж, низкой успеваемости для его межличностных отношений и будущего профессионального становления.

Педагогика и психология

Проблемы практической психологии

5. Каждая сессия содержала подробный рассказ Коли о школьных достижениях, трудностях, конфликтах подростка, его взаимоотношениях с мамой и отчимом. При этом обязательно свою интерпретацию событий давала и Елена. Анализ событий завершался формулированием ближайших задач. Например, в течение недели записывать в дневник домашние задания по русскому языку; исправить 2 «двойки» по математике и т.д. При следующей встрече подросток делился информацией о том, как он реализовал запланированное.

В результате консультативной работы через 5 месяцев (в середине четвертой четверти) успеваемость Коли стабильно улучшилась. Появились положительные оценки по основным предметам, значительно сократилось число критических записей в дневнике. Четвертую четверть подросток завершил без единой «двойки». Мальчик по своей инициативе стал приносить на сессии дневник и с гордостью демонстрировал его консультанту. Повторное тестирование Елены (опросники АСВ и Варги-Столи-на) показало полное отсутствие каких-либо ошибок воспитания. Значительно улучшилась и психологическая атмосфера семьи. Конфликты стали редкими, мать и сын начали все чаще договариваться и совместно решать проблемы. Отчим Коли стал уважительнее относиться к мальчику. Свое эмоциональное состояние до визита к психологу и в настоящее время (по условной шкале от - 10 до + 10 баллов) клиенты оценили следующим образом. Елена: до визита к психологу - 10, в настоящее время +10; Коля: до визита к психологу - 2, в настоящее время + 2.

Таким образом, эффективность данной консультативной работы обеспечили следующие факторы: перестройка всей системы семейных санкций, характер терапевтических отношений и работа по повышению самооценки мальчика. Дальнейшая работа с подростком будет направлена на развитие его саморегуляции.

Библиографический список

1. Коттлер Дж., Браун Р. Психотерапевтическое консультирование / Пер. с англ. СПб., 2001.

2. Селигман М. Новая позитивная психология: Научный взгляд на счастье и смысл жизни / Пер. с англ. М., 2006.

3. Эллис А., Драйден У. Практика рационально-эмоциональной поведенческой терапии / Пер. с англ. СПб., 2002.