К ПРОБЛЕМЕ ДИАГНОСТИКИ САМОРЕГУЛЯЦИИ ПСИХИЧЕСКИХ СОСТОЯНИЙ ЛИЧНОСТИ В ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНОМ КОНТЕКСТЕ

© О. И. Мухрыгина

Мухрыгина Ольга Ивановна кандидат

психологических наук

доцент кафедры психологии управления

Самарская гуманитарная академия

psyola@mail.ru

Рассмотрена проблема измерения экзистенциальных психологических категорий. Прелставлена мето-лика, с помощью которой прелполагается осуществление лиагностики смысловой саморегуляции состояний в опрелеленном экзистенциальном контексте.

Ключевые слова: смысловая саморегуляция, психическое состояние, экзистенциальный контекст саморегуляции.

Возникновение психического состояния как психического явления, механизмы его трансформации и обусловленности до настоящего времени остаются недостаточно изученными в психологии. Исследуется вклад сознания и его составляющих в актуализацию, изменение, модальность, динамику, устойчивость и регуляцию состояний. В ряде исследований показано, что сознание уравновешивает бытие и субъекта, наполняя бытие смыслом, обеспечивая смысловое принятие жизни. Согласно концепции А. О. Прохорова о смысловой регуляции состояний, результатом этого процесса являются состояния субъекта [7, 8].

Логично предположить, что если бытие и субъект взаимодействуют посредством смысла, то каким образом в состояниях человека проявляется феномен бессмысленности? Какие состояния как результат наиболее соответствуют другим экзистенциальным критериям, например — свободе, ответственности, изоляции?

И. Ялом справедливо отмечает, что «бессмысленность чаще рассматривается как сим-

птом какого-то более значимого базисного состояния, такого как хронический алкоголизм или другие формы зависимости, низкая самооценка, депрессия, кризис самосознания» [14, с. 528]. Более того, И. Ялом говорит о тотальности беспокойства по поводу отсутствия смысла в формулировках проблем людей, обращающихся за психологической помощью. Однако методы исследования, по его мнению, в массе разрозненных отчетов, посвященных фактам роста экзистенциальных проблем, никак не описаны (за исключением указания на «импровизированный статистический обзор» [14, с. 529]). Тем не менее, стоит согласиться с авторитетным мнением И. Ялома

о том, что «эти данные заслуживают внимания уже в том случае, если хотя бы отдаленно свидетельствуют об уровне распространения экзистенциального вакуума» [14, с. 529].

Для более последовательного и относительно упорядоченного описания необходимы психологические средства измерений не столько нарушений, связанных с отсутствием смысла, сколько — наполненности смыслом и другими экзистенциальными характеристиками. На наш взгляд, в этом случае наиболее эффективно выделение психического состояния как отправного пункта в исследовании этой наполненности, ведь человек в любой момент своей жизни находится в каком-либо состоянии. Однако, «находиться» и« быть» в состоянии — не одно и то же, особенно если человек испытывает затруднения в определенной жизненной ситуации. Психическое состояние, на наш взгляд, экзистенциально по своей сути, если определять его, используя категории целостности, ситуативнос-ти, устойчивости во времени, единстве переживания и поведения, связи с личностными особенностями и психическими процессами [6].

Таким образом, с помощью предлагаемой нами методики, теоретической базой которой являются концепции А. О. Прохорова и И. Ялома, предполагается осуществление измерения осмысления саморегуляции состояний в определенном экзистенциальном контексте. Это становится возможным ввиду того, что «экзистенциальный взгляд смотрит “сквозь” субъект-объектное расщепление и глубже него; он видит человека не как субъекта, который при определенных условиях может воспринимать внешнюю реальность, но как сознание, участвующее в построении реальности» [14, с. 30]. Результаты диагностики с использованием предлагаемой методики «Экзистенциальный контекст саморегуляции психических состояний» (ЭКСПС) позволят глубже раскрыть многоаспектность проблемы смысла как научной категории.

Теоретическое обоснованиепроблемырассмотрим со ссылкой на концепции, где смысл прямо или косвенно представлен структурирующим фактором (категорией) регуляторного плана сознания. Начнем с того, что смысл жизни — основное понятие экзистенциального анализа В. Франкла. Согласно данному подходу, смысл для каждого человека в каждый конкретный период времени уникален и единственен. Нахождение смысла — это еще не решение задачи, необходимо еще осуществить его, т.е. человек должен принять и нести ответственность за осуществление уникального смысла своей жизни. В определенных ситуациях человек ставится

перед выбором между ценностями, образующими противоречащие друг другу принципы [10]. В таких случаях человек прибегает к помощи совести — «смыслового органа». В. Франкл определяет ее как специфический человеческий феномен, «...интуитивную способность почувствовать единственный и неповторимый смысл, скрытый в каждой ситуации» [11, с. 33]. Смыслоутрата приводит к попыткам заполнения «экзистенциального вакуума» и поиску счастья с помощью псевдосмыслов — стремления к успеху, власти или потребления и т. д. В. Франкл говорит о том, что «при поисках смысла на фоне действительности воспринимается возможность — возможность изменить действительность в ту или другую сторону» [12, с. 15].

А. Лэнгле, будучи последователем подхода В. Франкла, предполагает в экзистенциальном рассмотрении жизни три стороны переживания и ос-мышления: переживать то, что само по себе имеет ценность, что может быть воспринято как хорошее, красивое, обогащающее и что может быть создано, изменено и, где возможно, обращено в лучшее само по себе, а не лучшее «для меня» [2].

Подход В. Франкла взят за основу предлагаемой В. Б. Шумским трехмерной антропологической модели человека, включившей в себя соматическое, психическое и ноэтическое измерения. Данным автором отмечено, что активация ноэтического измерения и его ресурсов является в логоте-рапии основным механизмом, обеспечивающим расширение возможностей воспринимать ценности и находить смысл: самодистанцирование образует антропологическую основу свободы, а самотрансценденция — основу ответственности, при этом внешней точкой соотнесения ноэтического в самотрансценденции являются ценности [13].

Понятие смысла является одним из центральных в работах представителей экзистенциально-гуманистической школы (Дж. Бьюдженталь, Р. Мэй, И. Ялом). Если по В. Франклу задачей человека является найти смысл и осуществить, то по Дж. Бьюдженталю — это возвращение утраченного шестого чувства, чувства утраченного бытия: «Мы очень мало знаем, о чувстве своего внутреннего бытия, и чаще всего нас учат игнорировать и обесценивать его» [1, с. 21—22]. Внутреннее чувство, по его мнению, открыто немыслимому множеству сигналов — внешним ощущениям, памяти, предвидению будущего, фантазии, намерениям и всем остальным формам внутренней жизни. «Функционально, — считает Дж. Бьюдженталь, — внутреннее осознание похоже на процесс слушания». Он уточняет, что это чувство объединяет зрение и слух: «Слушающий глаз означает слушающее Я» [1, с. 23]. Прерывание автоматически проявляющихся взаимоотношений, таким образом, по Дж. Бьюдженталю, способствуют восстановлению функций «означивания» привычного (чаще негативного) новыми значениями (а в отнесении к себе — смыслами). Дж. Бьюдженталь говорит о нахождении опоры в жизни, о значимости новых значений.

Рассматривая личность как «осуществление процесса жизни в свободном, социально интегрированном индивидууме, наполненном духовным началом» [4, с. 12], в качестве одного из ключевых понятий своей теории Р. Мэй использовал интенциональность — способ познания реаль-

ности. Он использует понятие индивидуальной «смысловой матрицы», в координатах которой живет человек. Смысловая матрица создается им в рамках общей ситуации человеческой истории и языка. Язык — это среда, в которой человек формирует свою, индивидуальную матрицу смыслов. Смыслы, сливаясь с энергией организма, определяют желания человека и придают им побудительную силу. При этом именно смысловые компоненты выступают определяющими, поскольку ценности, которые индивид связывает со своим существованием, формируют внутреннюю готовность организма к развитию. Р. Мэй отмечал, что «человек внутренне готов противостоять неизбежной тревоге, когда он убежден (сознательно или бессознательно), что ценности, которым следуют вперед, являются более возвышенными, чем ценности, которым следуют, когда спасаются бегством» [5, с. 269].

И. Яломом отмечено противоречие, которое пытается разрешить экзистенциальная психология. Человек нуждается в смысле, без которого он испытывает значительные страдания. При этом экзистенциальная концепция свободы утверждает, что никаких направляющих жизненных ориентиров жизни не существует, за исключением тех, которые создает сам индивид. Смысл, по И. Ялому, обозначает ощущение значения, целостности, связанности некоего порядка. Соответственно, поиски смысла подразумевают поиски связи таких категорий, как цель, намерение, задача, функция и значение, в их отношении к категориям важности и значительности: человек, обладающий ощущением смысла, воспринимает жизнь как обладающую какой-то целью или функцией, которую нужно выполнить, некой ведущей задачей или задачами для приложения себя [14].

Обобщив наиболее важные, но довольно разнородные концепции экзистенциального толка, выделим наиболее общие условия, задающие экзистенциальный подход:

1) феноменологическую установку, где первичным является исследование переживаний человека, таких, какие они есть, а вторичным — теоретическое объяснение и систематизация;

2) характер взаимоотношений;

3) ценности становления и роста;

4) влияние универсальных ограничений существования (или экзистенциальных принуждений) на жизнь человека.

Эти условия могут быть исследованы с применением данной методики, которая позволяет рассмотреть психические состояния, их саморегуляцию в экзистенциальном контексте повседневной жизни.

Методика ЭКСПС в зависимости от исследовательского интереса позволяет выявить картину соотнесения актуального состояния и исследуемого состояния, где в качестве последнего рассматривается:

• или желаемое состояние;

• или состояние в определенной трудной ситуации повседневной жизнедеятельности (выступление на сцене или на соревновании, например);

• или типичное проблемное состояние — одиночество, беспомощность, тревожность, фрустрация и др.

Диагностические конструкты данной методики выделены довольно простым способом: они определяют основное экзистенциально ориентированное содержание исследуемых состояний в трактовке наиболее современного интегративного экзистенциального психологического подхода И. Ялома [14]. Категории свободы и жизни, ответственности и смерти, бессмысленности, изоляции и воли взяты в качестве «измерителей» — диагностических конструктов — экзистенциального контекста саморегуляции психических состояний.

Их содержание определяется формулой «будущее — становящееся настоящим» [14, с. 16] и показывает в первую очередь временной акцент экзистенциальной динамики, где прошлое фактически не принимается во внимание. Это задает прикладное использование этих диагностических конструктов к описанию саморегуляции психических состояний, что в свою очередь идентифицировано сообразно логике концепции А. О. Прохорова [8], где функциональная система «ситуация — смысл — состояние» определяет смысловую регуляцию субъектом своих состояний. Экзистенциальное описание состояний — актуального и исследуемого — показывает специфику наполненности каждого из них на языке универсальных данностей бытия, представленных диагностическими конструктами ЭКСПС.

Алгоритмиспользованияметодики предполагает следующие действия. Испытуемому предлагается вариант бланка в зависимости от цели исследования (см. ПРИЛОЖЕНИЕ, с. 141). Бланк представляет собой лист формата А4 в альбомной ориентации со сгибом по вертикали.

Респонденту предлагается поступательно освоить три шага в исследовании экзистенциального контекста саморегуляции состояний.

Шаг 1: назвать свое состояние в текущий момент времени, записать его в центр первой схемы стимульного материала и оценить актуальное собственное состояние (переживаемое здесь-и-теперь) по семи диагностическим критериям (по семибалльной шкале от 1 до 7).

Шаг 2: перейдя ко второму шагу, важно оценить по семи критериям исследуемое состояние, экзистенциальный контекст которого представляет интерес в конкретной ситуации (также по семибалльной шкале от

1 до 7).

Шаг 3: завершить исследование предлагается на обороте развернутого листа (в ПРИЛОЖЕНИИ 1 оборотная сторона не показана, т. к. представляет собой простую разлинованную страницу); здесь нужно описать в краткой форме переживания по поводу того, на что респондент обратил внимание, осуществив два первых шага данной работы.

Последний шаг представляет собой качественное описание ЭКСПС, что наряду с формулировками состояний актуального и исследуемого представляет отдельный интерес. Отметим, что был установлен своеобразный терапевтический эффект в работе с данной методикой. Переход к третьему шагу предусматривает разворачивание бланка после освоения первыгх двух шагов методики. Фактически у каждого респондента на данном этапе рождается вопрос или оценочный эмоциональный возглас, в той или иной форме говорящий о соотнесении своих данных («Как это у меня

получилось?» или «Интересно!»). Мы предполагаем это исследовать в дальнейшей работе, поскольку рождение отклика в настоящем, согласно экзистенциальному подходу, — это уже характеристика телеологичности смысла (в т. ч. целей, которые «дислоцированы» не в прошлом, а именно в будущем).

В качестве количественных данных на данном этапе создания методики ЭКСПС используются сырые баллы (всего 14 показателей — 7 по актуальному и 7 по исследуемому состоянию). Именно по сравнению их параметров описывается экзистенциальный контекст саморегуляции психических состояний. Данное соотношение рассматривается как сопоставление оценок респондентов (сырых баллов, если говорить на языке традиционной статистики). Ввиду того, что измерение осуществляется по интервальным шкалам, есть возможность применять к получаемым данным все основные виды математической статистики.

Таким образом, в результате диагностики с использованием методики ЭКСПС анализируются фиксированные профили по семи категориям — свобода, жизнь, ответственность, смерть, бессмысленность, изоляция и воля. Это фактически дает возможность оценить, «сколько» свободы, жизни, ответственности, смерти, бессмысленности, изоляции и воли в актуальном и исследуемом состоянии. Полученные экзистенциальные профили саморегуляции состояний — актуального и исследуемого — отражают соотношение всех семи диагностических конструктов, заимствованных в концепции И. Ялома. Это позволяет обогатить видение содержательных аспектов смысловой саморегуляции состояний субъекта, связанных с экзистенциальным контекстом.

Исследование проводилось в ситуации вводного тренинга при отборе персонала в группу кадрового резерва. В выборку вошли потенциальные линейные руководители из числа кадрового резерва подразделений Куйбышевской железной дороги ОАО РЖД (всего 27 человек обоего пола в диапазоне от 22 до 26 лет). Ситуация, в которой осуществлялось исследование, имеет довольно четкие границы, но для каждого субъекта она характеризуется уникальным смыслом и субъективно окрашенным состоянием.

Цели данного исследования соотносятся с общими экзистенциальными условиями:

1) первичным является исследование переживаний молодых людей, прошедших предварительный отбор в кадровый резерв; объяснение и систематизация этих переживаний только принимается к вниманию (феноменологическая установка);

2) установление определенного характера взаимоотношений в ходе вводного тренинга также является частью работы: группа не является терапевтической, но присутствие в группе является осознанным выбором каждого из присутствующих;

3) в рассмотрении данной группы респондентов приоритетными являются именно ценности их дальнейшего становления и карьерного роста;

4) принимается во внимание влияние универсальных ограничений существования на жизнь участников группы испытуемых — наличие не-

которого экзистенциального принуждения в ситуации отбора персонала вообще.

Для осуществления данного исследования, наряду с методикой ЭКСПС, были использованы методики, ориентированные на измерение стрессоус-тойчивости респондентов. Одной из них явилась «Шкала организационного стресса» (П. Маклин, русскоязычная адаптация Н. Водопьяновой), измеряющая восприимчивость к организационному стрессу, связанную с недостаточным умением общаться, принимать ценности других людей, адекватно оценивать ситуацию без ущерба для своего здоровья и работоспособности [2, с. 62—67].

Также мы использовали «Методику экспресс-диагностики стрессогенных факторов в деятельности руководителя» (авторы И. Ладанов,

В. Уразаева). Методика может быть использована для выявления рабочих стресс-факторов или для аутодиагностики степени риска развития психологического стресса у менеджеров среднего звена. Данная методика позволяет выделить следующие сферы рабочих интересов: конфликтность коммуникаций; стрессы рабочих перегрузок; информационный стресс; стрессы «вертикальных» коммуникаций [2, с. 68—69]. Выбор данныгх диагностических средств обусловлен как конкретным запросом, заданным заказчиком, так и пониманием ситуации вводного тренинга в рамках формирования кадрового состава линейных руководителей как стрессового события. Действительно, такие специально организованные ситуации являются для молодых людей особо значимым эпизодом, имеющим причину и следствие в виде сильных переживаний и изменений смыслообразующих атрибутов жизненного пространства личности. [2, с. 326].

Представим основныерезультатыисследования. На рисунке 1 показано, что участники группы кадрового резерва по-разному трактуют описание актуального состояния и желаемого (субъективно управляемого состояния).

Ситуация вводного тренинга в группе кадрового резерва

12

Б 10

□ Актуальное состояние

состояние

Позитивные Неравновесные Негативные вид состояния

6

4

2

0

Рис. 1. Виды состояний участников группы кадрового резерва

Как видно на рисунке 1, актуальное состояние описывается чаще как неустойчивое (неравновесное), что вполне соотносится с ситуацией, которая, возможно, близка к ее трактовке в качестве стрессового события. Кроме того, в группе есть респонденты, субъективно воспринимающие свое актуальное состояние как негативное, а менее всего тех, кто описал свое состояние как позитивное. В описании желаемого (субъективно управляемого) состояния приоритетны позитивные состояния, неравновесные — упоминаются реже, а негативные — в качестве желаемых — не упомянул ни один респондент. Соотнесение различного описания актуального и желаемого состояний на уровне группы дает основания о предположении более весомых различий, связанных с признаками относительной равновесности состояний.

Установлены значимые различия (см. табл. 1) при сравнении показателей состояний по субъективной выраженности их позитивности, негативности и неравновесности.

Таблица 1

Различияэкзистенциальныхистрессогенныххарактеристиксостояний различногознака—позитивных,неравновесныхинегативных (критерийиМанна-Уитни)

Диагностические критерии Виды состояний Значимость различий

Негативные Неравновесные Ъ р-іеуеі

ОТВЕТСТВЕННОСТЬ (в описании актуального состояния) 22,00 83,00 -2,22 0,03

БЕССМЫСЛЕННОСТЬ (в описании желаемого состояния) Неравновесные Позитивные Ъ р-іеуеі

85,50 67,50 2,33 0,02

ЖИЗНЬ (в описании желаемого состояния) 48,00 105,00 -2,20 0,03

ИНФОРМАЦИОННЫЙ СТРЕСС Неравновесные Позитивные Ъ р-іеуеі

46,00 32,00 -2,38 0,02

Как показано в таблице 1, больше различий при сравнении позитивных и неравновесных состояний. Только одно — при сравнении негативных и неравновесных. Можно говорить об отсутствии (по крайней мере, в данной группе респондентов) различий между явно «полярно» описываемыми состояниями: негативными и позитивными в субъективных описаниях. На наш взгляд, это еще одно подтверждение довольно тонкого экзистенциального контекста неоднократно установленной специфики неравновесности психических состояний в исследованиях, основой которых является концепция А.О.Прохорова. По его мнению, устойчивость любого состояния весьма относительна: состояния по своей сути неравновесны.

Сравнивая различия, представленные в таблице 1, можно говорить о том, что в актуальном состоянии меньше ответственности, при условии, если оно субъективно описывается как негативное. Более явное проявление экзистенциального контекста в описании желаемого состояния: в позитивном состоянии больше смысла и жизни, чем в неравновесном.

Единственное различие в показателях стресса установлено также между неравновесными и позитивными состояниями: первым более присуща информационная составляющая стресса. Низкая профессиональная компетенция как один из факторов стрессогености в данном случае — это, скорее, нормальное положение вещей, т. к. исследование осуществлялось на одном из этапов отбора и дальнейшей подготовки в кадровый резерв руководителей. Можно говорить о том, что участники группы осознают некоторую личностную неустойчивость, связанную с необходимостью повышения профессиональной компетенции (неравновесные состояния «говорят» субъекту об этом).

Таким образом, исследование саморегуляции состояний в экзистенциальном контексте дает возможность получить новое видение ее бытийного содержания, прояснить наиболее тонко организованное личностное измерение. В качестве аргумента позволим себе объемную цитату И. Ялома, подчеркивающую, на наш взгляд, актуальность выделения экзистенциального контекста саморегуляции состояний: «Когда человек неспособен составить для себя некую ясную картину, он чувствует себя не только раздраженным и недовольным, но и несчастным. Вера в то, что смысл расшифрован, неизменно несет с собой ощущение контроля. Даже если открытая человеком смысловая схема содержит представление о его слабости, беспомощности или незначительности, она все же более комфортна, нежели состояние неведения» [14, с. 544].

Таким образом, прояснение того, какие экзистенциальные категории наполняют состояние, безусловно, связано с их осмысленной регуляцией, поскольку именно состояния определяют психологический строй личности в конкретной ситуации [8]. Развивая рефлексию, четче распознавая в переживании свои психические состояния в произвольной конфронтации с экзистенциальными категориями, человек обнаруживает и проясняет свои возможности в определенной ситуации на более тонком уровне.

ЛИТЕРАТУРА

1 Бьюдженталь Дж. Наука быггь живыш: диалоги между терапевтом и пациентами в гуманистической терапии/ пер. с англ. А. Б. Фенько. М. : Независимая фирма «Класс», 2005. 336 с.

2. Водопьянова Н. Е., Старченкова Е. С. Синдром выгорания: диагностика и профилактика. СПб. : Питер, 2005. 400 с.

3. Лэнгле А. Жизнь, наполненная смыслом. Прикладная логотерапия. 2-е изд. М. : Генезис, 2004. 128 с.

4. Мэй Р. Искусство психологического консультирования /пер. с англ. Т. К. Кругловой. М. : Независимая фирма «Класс», 1999. 144 с.

5. Мэй Р. Смысл тревоги / перев. с англ. М. И. Завалова и А. Ю. Сибуриной. М. : Независимая фирма «Класс», 2001. 384 с.

6. Прохоров А. О. Классификация психических состояний // Психология состояний. Хрестоматия / под ред. А. О. Прохорова. М. : ПЕР СЭ; СПб.: Речь, 2004. С. 69—73.

7. Прохоров А. О. Отношение «смысл-состояние»: механизмы и закономерности взаимодействия // Психология сознания: современное состояние и перспективы: Материалы I Всероссийской конференции: 29 июня — 1 июля 2007 г. Самара : Изд-во «Научно-технический центр», 2007. С. 441—449

8. Прохоров А. О. Смысловая регуляция психических состояний. М. : Изд-во «Институт психологии РАН», 2009. 352 с.

9. Психологический словарь / под. ред. В. П. Зинченко, Б. Г. Мещерякова.

2-е изд., перераб. и доп. М. : Астрель : АСТ : Хранитель, 2007. 479 с.

10. Франкл В. Воля к смыслу / пер. с англ. М. : Апрель-Пресс : ЭКСМО-Пресс,

2000. 368 с.

11. Франкл В. Психотерапия на практике. СПб. : Речь, 2001. 256 с.

12. Франкл В. Человек в поисках смысла : Сборник : пер. с англ. и нем. / общ.

ред. Л. Я. Гозмана и Д. А. Леонтьева. М. : Прогресс, 1990. 368 с.

13. Шумский В. Б. Методология психотерапии в свете димензиональной онтологии Виктора Франкла // Проблема смысла в науках о человеке (к 100-летию Виктора Франкла). Материалы международной конференции (Москва, 19-21 мая 2005 г.). М. : Смысл, 2005. С. 233—236.

14. Ялом И. Экзистенциальная психотерапия / пер. с англ. Т. С. Драбкиной. М. : РИМИС, 2008. 608 с.

THE PROBLEM OF DIAGNOSIS SELF-REGULATION OF MENTAL PERSONALITY IN THE CONTEXT OF EXISTENTIAL O. Muhrygina

The problem of measuring existential psychological categories. We present a questionnaire which the development is diagnostic sense of self-regulation in certain states of existential context.

Key words: semantic self- regulation, a mental condition (state), an existential context of selfregulation.

141

ПРИЛОЖЕНИЕ.БланкметодикиЭКСПС їкзи^тенциалвньїйконтекстсаморегуляциипсихическихсостояний)

У ісаа£ и теВ а 111 сі\ їй л

возраст

СМЕРТЬ (оценка от 1 до 7)

которо^Вы ^еёйчас переживаете, центре. Оцените насыщенность 'аемьп5н^ категориями

СВОБОДА

(оценка от 1 до 7)

БЕССМЫСЛЕННОСТЬ (оценка от 1 дэ 7)

ЖИЗНЬ

(оценка от 1 до 7)

Состояние, в котором Вы хотели бы находиться

ВОЛЯ

(оценка лп 1 до 7)

СМЕРТЬ

(оценка от 1 до 7)

ИЗОЛЯЦИЯ

(оценка от 1 до 7)

ОТВЕТСТВЕННОСТЬ (оценка от 1 до 7)

Шаг 2. Назовите состояние, которое хотели бы испытывать сейчас, и запишите эту формулировку в центре. Оцените насыщенность Вашего состояния предлагаемыми категориями по семибалльной шкале (от 1 до 7).

К проблеме лиагностики саморегуляции психических состоянии личности...