ПСИХОЛОГИЯ

PSYCHOLOGY

Что надо для счастья: культурные, региональные и индивидуальные различия и инварианты источников счастья.

Леонтьев Д. А., Рассказова Е.И.

What is necessary for happiness: cultural, regional and individual distinctions and variants of sources of happiness.

Leontev D.A., Rasskazova E.I.

Abstract

The article presents the main results of empiric investigation of the subjective concepts of sources for happiness in Russia (on the example of the residents from Moscow and PK). The article describes the main components of the sources for happiness, the correlation between various sources for happiness and subjective well-being, life orientations, accessibility of the sources and their stability. The collected data compared with the analogous results of the investigation made in Italy. The article also distinguishes some of cultural and regional varieties of the concepts of the sources for happiness and their dominating identity.

The results of investigations make it possible to put forward the new hypotheses and to enlarge the methods of investigation in the field of happiness psychology.

Множество слов в разных языках используется для обозначения счастья (Galati & Sotgiu, 2004), но до сих пор ученые не пришли к согласию даже по поводу того, является ли счастье процессом (например, переживание потока), состоянием или эмоциональным переживанием. Несомненно только то, что счастье является сложным конструктом. К настоящему времени развитие двух соперничающих философских традиций, одна из которых определяет счастье как набор ресурсов и положительных качеств человека, а другая - как субъективное и невыводимое из объективно регистрируемых добродетелей переживание, привело к выделению двух альтернативных подходов к счастью. Согласно первому из них, счастье понимается как психологическое или социальное благополучие (e.g. Robinson & Ryff, 1999; Keyes & Waterman, 2003). Представители второго подхода определяют счастье как переживаемое субъективное благополучие (e.g. Diener et al. 1997, 2002, Lyubomirsky, 2001, Seligman, 2002). Развитию психологии счастья послужило и различение гедонистического и эвдемонистическое подходов к счастью (e.g., Diener et al, 2002; Ryan & Deci, 2001), подчеркнувшее важную роль в понимании счастья личностных переменных и оптимального опыта (Csikszentmihalyi, 1990; Delle Fave & Massimini, 2004). Следующим логическим шагом в развитии этих идей является представление о существовании нескольких качественно различных форм счастья, зависящих от уровня личностной зрелости (King, 2001; Leontiev, 2005). Счастье - это не одномерный конструкт, а, скорее, экзистенциальный проект (Galati & Sotgiu, 2004), что открывает возможность исследовать качественные особенности его актуализации в их взаимосвязи с индивидуальными и культурными факторами, с различными сферами жизни (здоровьем, семьей).

В недавнем исследовании индивидуальных описаний таких «проектов», в ходе которого испытуемых просили перечислить то, что делает их счастливыми, было выделено 20 «компонентов» счастья и благополучия (Galati et al., 2006). (Мы считаем более точным говорить об источниках счастья, а не его компонентах, чтобы подчеркнуть границу между собственно эмоциональным состоянием счастья и его причинами —

вызывающими его значимыми событиями.) В исследовании Д.Галати с коллегами наиболее часто выбирались и ранжировались как наиболее важные такие источники счастья как здоровье, семья и деньги. Субъективное представление об источниках счастья значимо варьирует в разных возрастах (прежде всего это касается здоровья, денег и дружбы) и у мужчин и женщин (прежде всего это касается семьи и работы). Проанализировав оценки испытуемыми того, в какой степени они реализовали каждый из источников счастья, авторы показали, что подростки менее счастливы, чем взрослые, мужчины менее счастливы, чем женщины, а женатые люди счастливее холостых. Не было обнаружено различий в оценках жителей Северной и Южной Италии.

Подход Д. Галати, основой которого выступает качественная методология, открывает богатые возможности для сравнительно-культуроных исследований. Основной целью данной статьи является исследование субъективных источников счастья в России и их отношения к субъективному благополучию, а также анализ кросс-культурных и региональных различий.

Цели исследования:

1. Выявить субъективные представления об источниках счастья в России.

2. Сравнить структуру источников счастья в различных регионах России с итальянскими данными (Оа1ай й а1., 2006)

3. Классифицировать источники счастья российских респондентов

4. Выявить соотношение различных источников счастья с субъективным благополучием, смысложизненными ориентациями, доступности этих источников и жизнестойкостью.

Материал и методы

Испытуемые

В исследовании принимали участие 37 студентов и сотрудников Камчатского Государственного Университета (г. Петропавловск-Камчатский), 27 женщин и 10 мужчин, средний возраст которых составил 27±7.1 лет, и 39 студентов Московского Государственного Университета (26 женщин и 13 мужчин, средний возраст 25±6.8 лет). Данные сопоставлялись с итальянскими данными (Оа1ай й а1., 2006), полученными на 133 испытуемых (71 женщина, 62 мужчины).

Процедура

Исследование проводилось по процедуре, предложенной Д. Галати с соавторами (Оа1ай й а1., 2006). Испытуемых просили записать по меньшей мере 5 вещей, которые делают их счастливыми в порядке убывания их значимости и затем для каждой из них оценить, в какой степени они доступны в данный момент в их жизни по шкале от 0 до 10. Помимо этого испытуемые заполняли российскую версию Шкалы Удовлетворенности Жизнью (SWLS, Б1еиег й. а1, 1997), тест смысложизненных ориентаций (Леонтьев, 2000), тест жизнестойкости (Леонтьев, Рассказова, 2006).

Результаты и обсуждение Ответы испытуемых были классифицированы по 20 тематическим категориям, предложенным Оа1ай с соавторами (2006). Категория «успех и самоактуализация» была разделена на 2 отдельные категории, поскольку многие российские участники называли по отдельности и успех (как имеющий внешние критерии оценки), и самоактуализацию (как имеющую внутренние критерии оценки). Ни в одной из российских групп не было ответов из классов «отсутствие неприятных событий» и «партнер», в группе студентов КамГУ не было ответа «помощь другим», в группе студентов МГУ - ни одного ответа из классов «дом» и «вера». Наши испытуемые были склонны в числе источников счастья выделять «мужа» (обычно вместе с «детьми»), но не «партнера», ответ «:муж» классифицировался как «семья» или «любовь». Отсутствие ответов «партнер» свидетельствует о более традиционных культурных ценностях в России, где ценность «партнера» практически всегда связана с ценностью отношения (семьей или любовью).

Для каждой категории были подсчитаны частоты, средние ранги значимости и средние значение реализованности.

Таблица 1. Частоты (в процентах) и средние ранги источников счастья в Италии и регионах России.

Италия Россия, Петропавловск Россия, Москва

% Средний ранг % Средний ранг % Средний ранг

Здоровье 58.6 1.96 34.8 3.19 13.8 4.25

Семья 58.6 2.78 63 1.93 24.1 3

Деньги 56.4 4.12 43.5 4.1 20.7 3.33

Дружба 42.9 4.42 47.8 3.73 41.4 2.75

Любовь 39.8 3.25 50 2.26 48.3 2.36

Работа 39.8 4.21 52.2 3.42 17.2 3

Успех 37.6 4.16 41.3 3.74 44.8 3.15

Самоактуализация 19.6 3.33 20.7 2.83

Ценности 30.1 4.7 23.9 3.91 13.8 2

Приятные события 29.3 5.36 23.9 4.45 48.3 4.14

Положительные эмоции 25.6 3.94 30.4 4 51.7 3.13

Хорошие эмоциональные отношения 21.8 4.9 19.6 3 34.5 2

Спокойствие и благополучие 21.1 3.39 21.7 3.7 6.9 3.5

Партнер 18.8 4 0 0 0 0

Вера 15.8 4.05 2.2 7 0 0

Помощь другим 12.8 5.29 0 0 13.8 3

Секс 14.3 4.05 8.7 3.75 10.3 2.67

Отсутствие неприятных событий 12 3.81 0 0 0 0

Дом 12 6.31 4.3 4.5 0 0

Хобби 6 5.5 23.9 4 41.4 3.33

Культура и знания 5.3 4.71 10.9 2.8 20.7 3.67

По тесту знаков испытуемые итальянской выборки, по сравнению с испытуемыми российской выборки значимо чаще называют «здоровье» (р<.01) и реже - хобби (р<. 01). Значимые различия (р<.05) между российскими группами были выявлены только в отношении категорий «семья», «работа» (чаще в Петропавловске) и «помощь другим» (чаще в Москве). Тем не менее, общее распределение частоты упоминания источников счастья в обеих российских выборках различно (Табл. 1). Наиболее распространенные источники счастья в выборке из Петропавловска соответствуют итальянским данным: семья, любовь, деньги, дружба, работа - набор базовых житейских ценностей. В московской выборке, напротив, основные источники счастья абсолютно аффектоцентрированы: положительные эмоции, приятные события, любовь, успех, дружба, хобби и хорошие положительные отношения. Этот факт может быть объяснен тем, что студенты МГУ чаще живут с родителями, сохраняя зависимость от них, поэтому собственная семья и работа не столь важны для них; у них нет необходимости самостоятельно зарабатывать на жизнь.

Источники счастья различаются и по субъективной значимости. Некоторые из них — базовые источники — являются и широко распространенными, и значимыми (имеют высокие ранги), например, здоровье и семья в Италии, семья и любовь в Петропавловске и любовь в Москве. Некоторые достаточно распространены, но не столь значимы для испытуемых (фоновые источники) - к их числу относятся деньги, дружба, работа и успех в Италии и Петропавловске, позитивные эмоции, приятные события, успех и хобби в Москве. Можно выделить также редко называемые, но высоко оцениваемые источники счастья - они, по всей видимости, представляют собой специфические ценности определенных групп (специфические источники). К их числу относятся культура и знания в Петропавловске, секс, ценности и помощь другим в Москве. Наконец, можно выделить ситуативные источники счастья (редкие и сравнительно низко оцениваемые), а также множество промежуточных вариантов.

Оценки доступности источников счастья варьировали среди разных выборок в соответствии с уже упомянутыми закономерностями (Табл. 2). Для всех групп дружба оказалась наиболее доступным источником счастья. Для испытуемых из Италии и Петропавловска, но не из Москвы, деньги и приятные события относились к числу трудно достижимых ресурсов. Для московских студентов одним из наиболее доступных источников является работа, тогда как секс и позитивные эмоции как источники счастья довольно трудно достижимы. Для 10.9% студентов из Петропавловска культура и знания являются не только одним из наиболее важных, но и одним из наиболее доступных источников счастья. Этот факт объясняется тем, что студенты КамГУ - привилегированная группа, которая стремится и получает знания в регионе, где знания (книги и образование в целом) труднодоступны. Имея возможность учиться, они ценят ее и, видимо, высоко мотивированы.

Таблица 2. Оценка доступности источников счастья в регионах России.

Россия, Петропавловск Россия, Москва

Сред Ст откл Сред Ст откл

Здоровье 6.75 2.18 6.00 1.83

Семья 6.59 3.57 5.43 3.21

Деньги 4.48 2.66 5.33 1.03

Дружба 7.00 2.19 7.17 2.29

Любовь 5.57 3.75 5.29 3.89

Работа 6.54 3.02 7.40 1.82

Успех 5.68 2.21 6.00 1.96

Самоактуализация 5.56 2.30 6.67 3.20

Ценности 6.25 2.56 5.00 1.00

Приятные события 5.00 3.30 6.79 3.29

Позитивные эмоции 6.93 2.73 4.60 3.16

Хорошие отношения 6.67 2.50 5.80 3.08

Спокойствие и благополучие 5.11 1.90 5.00 1.41

Вера 10.00

Помощь другим 5.75 2.06

Секс 6.00 4.69 3.33 2.89

Дом 7.50 3.53

Хобби 7.85 1.91 6.58 2.78

Культура и знания 8.20 1.79 6.67 2.42

Средний балл по доступности источников счастья практически не различается по выборкам: 6.02 (SD=2.27) в Италии, 6.15 (SD=1.91) в Петропавловске, 5.87 (SD=1.61) в Москве. Однако, согласно данным World Happiness Database

(http://www1.eur.nl/fsw/happiness/), оценка счастья в России в период 1991-2001 гг была почти на 0.5 стандартного отклонения ниже, чем в Италии (например, M=5.54, SD=2.39 в России 2001 против M=6.32, SD=1.79 в Италии). Два фактора могут лежать в основе этих различий. Во-первых, все наши испытуемые были студентами, хотя нет ни эмпирических данных, ни теоретических обоснований того, что российские студенты могут быть счастливее всех остальных жителей. Во-вторых, оценки уровня счастья в России возрастали с 1991 по 2001 гг, и к 2005 году могли стать еще выше.

Для того, чтобы установить взаимосвязь между непосредственной оценкой

благополучия и оценкой доступности источников счастья, мы рассчитали средний балл

доступности для каждого испытуемого и его корреляцию с SWLS. В обеих российских

выборках доступность источников счастья и благополучие коррелировали значимо и

положительно; однако, в московской выборке коэффициент корреляции Спирмена был

чрезвычайно высок (rho=.80; p<.00), тогда как в петропавловской выборке он принимал

средние значения (rho=.33; p<.05). В данный момент мы затрудняемся обосновать эти

различия.

Наконец, в обеих группах была выявлена значимая негативная корреляция (гЬо=-.35, р<.05) между оценкой доступности и разбросом в степени доступности различных источников. Можно предположить, что трудности достижения счастья в одних сферах жизни люди компенсируют, ища счастья в других сферах.

Выбор источников счастья и личностные диспозиции

Для проверки того, связан ли выбор конкретных источников счастья с возрастом, доступностью источников счастья, субъективным благополучием, осмысленностью жизни и жизнестойкостью, мы объединили обе российских выборки в одну (76 испытуемых; региональных различий в благополучии и жизнестойкости не выявлено).

В дальнейшем анализировались только те источники счастья, которые были упомянуты как минимум 10 испытуемыми.

Как можно видеть в таблице 3, любовь чаще называют молодые люди, тогда как семью, культуру и знания - люди постарше; предпочтение культуры и знаний коррелирует также с осмысленностью жизни. Называющие здоровье и деньги менее удовлетворены своей жизнью, чем те, кто не называл эти источники, тогда как называюшие работу более удовлетворены жизнью и считают ее более осмысленной. Выбор денег связан с более низкой доступностью источников счастья в целом, тогда как выбор работы предсказывает высокий уровень доступности. По нашим данным, деньги и здоровье труднодоступны, но приносят мало удовлетворения, тогда как работа может придать жизни смысл. Уровень доступности источников счастья достаточно высок у называющих дружбу. Жизнестойкость выше у тех испытуемых, которые считают источниками счастья семью, дружбу, работу и ниже среди тех, кто предпочитает

хорошие эмоциональные отношения. Заметим, что первая группа источников позволяет обеспечить стабильность и социальную поддержку в стрессовых ситуациях.

Таблица 3. Различия по возрасту, доступности источников счастья, субъективному благополучию, осмысленности жизни и жизнестойкости среди называющих не называющих различные источники счастья.

Источник счастья Переменные Среднее значение переменной при наличии данного источника Среднее значение переменной в отсутствие данного источника Число называющих источник Число не называющих источник

Здоровье Удовлетворенность жизнью 19 1** 23.1 19 57

Семья Возраст 28.3** 25.2 35 41

Семья Общая жизнестойкость 102** 88.1 35 41

Семья Жизнестойкость вовлеченность 43.1** 36.4 35 41

Семья Жизнестойкость контроль 32.5** 28.8 35 41

Деньги Удовлетворенность жизнью 19.9* 23.4 25 51

Деньги Доступность источников 5.47** 6.34 25 51

Дружба Доступность источников 6.59** 5.58 34 42

Дружба Общая жизнестойкость 102** 89.41 34 42

Дружба Жизнестойкость вовлеченность 42.8** 37.32 34 42

Дружба Жизнестойкость контроль 33.1** 28.73 34 42

Любовь Возраст 24.8** 28.5 36 40

Работа Удовлетворенность жизнью 24.6** 20.3 29 47

Работа Реализованность источников 6.68** 5.64 29 47

Работа Осмысленность жизни 112** 103 29 47

Работа Общая жизнестойкость 102** 89.9 29 47

Работа Жизнестойкость вовлеченность 43.4** 37 29 47

Работа Жизнестойкость принятие риска 26.5** 23.1 29 47

Хорошие эмоциональные отношения Общая жизнестойкость 80.7** 101 19 57

Хорошие эмоциональные отношения Жизнестойкость вовлеченность 34.8** 41.7 19 57

Хорошие эмоциональные отношения Жизнестойкость контроль 24.5*** 33 19 57

Хорошие эмоциональные Жизнестойкость принятие риска 21.4** 25.8 19 57

Источник счастья Переменные Среднее значение переменной при наличии данного источника Среднее значение переменной в отсутствие данного источника Число называющих источник Число не называющих источник

отношения

Культура и знания Возраст 32.4** 25.7 11 65

Культура и знания Осмысленность жизни 118** 105 11 65

* p<0.1, ** p<0.05, *** p<0.01 (критерий Манна-Уитни)

Кластерный анализ источников счастья

Для того, чтобы выявить общие источники счастья, выборы испытуемых были подвергнуты кластерному анализу. Как и в предыдущем случае, анализировались данные объединенной выборки, насчитывавшей 76 испытуемых. Поскольку матрица данных была двоичной и фиксировала только, выбирали испытуемые данный источник или нет, мы воспользовались методом Percent Disagreement distance.

Дерево кластеров (рис. 1) позволяет выявить 2 больших группы источников. К первой групп (левая часть диаграммы) относятся наиболее общие базовые ценности, важные для любого человека - семья, друзья, любовь, работа, успех, хобби. Практически все они, за исключением хобби, являются распространенными (см таблицу 1). Вторая группа (правая часть диаграммы) включает личностные источники счастья, которые не являются общими для всех. Чаще они являются ценностями субкультуры или результатом индивидуального выбора (спокойствие и благополучие, хорошие отношения, самореализация, культура и знания, помощь другим, секс, обладание). Деньги и здоровье остаются несколько в стороне. Довольно странно, что приятные события и позитивные эмоции оказались в левом кластере, тогда как благополучие - в правом. В целом, результаты кластерного анализа согласуются с двухуровневой

моделью счастья (Леонтьев, в печати): первый уровень отражает субъективное переживание удовлетворения базовых потребностей, которое определяется стабильным личностным набором черт счастья и внешних условий (пассивное счастье), тогда как второй уровень относится к субъективному переживанию достижения смысла и целей, выбранных или созданных самим человеком (активное счастье).

Tree Diagram for Variables Ward's method Percent disagreement

Posit_events Love Posit_emotions Work Well-being Value Sex To_have Money

Success Hobby Friend Family Affective_relations Culture Help Selfreal Health

Рисунок 1. Дерево источников счастья. Метод Уорда.

Заключение

Данное исследование является эксплораторным; не выдвигая конкретных гипотез, мы пытались проанализировать проблему счастья в терминах (а) его источников, а не эмоциональных переживаний; (б) описаний, данных самими испытуемыми, а на основе готовых анкет (в терминологии McClelland (1981) оперантно, а не респондентно) и (в) индивидуальных, культурных и региональных сходств и различий. Хотя наша выборка слишком мала для окончательных выводов, мы выявили некоторые культурные и региональные различия в источниках счастья, а также значительную степень сходства. Парадоксально, но региональные различия в значимости и доступности источников счастья в России оказались более выраженными, чем культурные различия между Россией и Италией, тогда как региональные различия в Италии не были значимыми (Galati et al., 2006). Средний показатель доступности источников счастья близок для российских и итальянской выборок. Нам также удалось выявить значимую корреляцию между средним уровнем доступности источников счастья человека и его благополучием, которое значительно выше в Москве, чем в Петропавловске. Обнаружены интересные корреляции источников счастья с некоторыми личностными и демографическими показателями. Кластерный анализ источников счастья позволил выделить два больших кластера, один из которых включает в себя широко распространенные житейские ценности, а другой -

1.2

1.0

Ф

0

£ 0.8

(U

« 06

от

го

1 0.4 Lj

0.2

Г\ Г\

ценности, носящие более индивидуальный характер. Последний факт согласуется с двухуровневой моделью счастья (Леонтьев, в печати).

К числу основных выводов нашей работы относятся не хорошо установленные факты, а скорее, новые гипотезы и методические возможности. Мы предполагаем, что (1) счастье правомернее описывать в терминах его смысловых оснований, а не простого переживания (см. Leontiev, 2005); (2) связь между количеством и доступностью источников счастья и состоянием счастья может быть качественно и количественно неоднородной; (3) стиль жизни человека является лучшим предиктором источников его счастья, чем культура, к которой он относится; (4) следует разделять «пассивные» и активные» компоненты благополучия; хотя в общем переживании счастья они сливаются, в их основе лежат различные механизмы: только пассивное счастье мы можем подарить человеку, обеспечив ему желаемые условия, и только активному счастью мы можем учить и учиться. Приоритет в исследованиях счастья на данном этапе должен быть отдан не столько количественным, сколько качественным исследованиям; установлению не столько общих, сколько дифференциальных закономерностей; рассмотрению контекста не столько окружения, культуры и условий, сколько личностной активности и стиля жизни. Таковы, с нашей точки зрения, направления дальнейших исследований в психологии счастья.

Литература

Леонтьев Д. А. Тест смысложизненных ориентаций. М., Смысл, 2000.

Леонтьев Д. А., Рассказова Е.И. Тест жизнестойкости, в печати.

Csikszentmihalyi, M. (1990) Flow: The Psychology of Optimal Experience. N.Y.: HarperPerennial.

Delle Fave, A., & Massimini, F. (2004). The Cross-Cultural Investigation of Optimal Experience. In: A.Delle Fave (ed.) Positive Psychology. Special issue of Ricerche di Psicologia, anno XXVII, N 1, 79-102.

Diener, E., Lucas, R.E., Oishi, S. (2002) Well-Being. In C.R.Snyder & S.J.Lucas (Eds), Handbook of Positive Psychology (pp 63-73). New York: Oxford University Press.

Galati, D., & Sotgiu, I. (2004) Happiness and Positive Emotions. In: A.Delle Fave (ed.) Positive Psychology. Special issue of Ricerche di Psicologia, anno XXVII, N 1, 41-62.

Galati, D., Sotgiu, I., & Iovino, V. (2006) What Makes Us Happy? A Study on Subjective Representation of Happiness Components. In A. Delle Fave (ed.) Dimensions of Well-Being. Research and Intervention (pp 60-75). Milano: FrancoAngeli.

Keyes, C.L.M., & Waterman M.B. (2003) Dimensions of Well-Being and Mental Health in Adulthood. In M.Bornstein, L.Davidson, C.Keyes & K.Moore (Eds), Well-being. Positive Development Across the Life Course (pp 477-495). Hillsdale; London: Erlbaum Associates.

King, L.A. (2001). The hard road to the good life: the happy, mature person. Journal of Humanistic Psychology, vol. 41, No 1, 51-72.

Leontiev, D. (2005). Meaning vs. happiness issue in the history of thought and present-day debates. In D.Batthyany, O.Zsok (eds.) Viktor Frankl und die Philosophie. Wien; New York: Springer, 57-68.

Lyubomirsky, S. (2001). Why are some people happier than others: The role of cognitive and motivational processes in well-being. American psychologist, vol. 56. No. 3. P.239-249.

McClelland, D. (1981). Is personality consistent? In A.Rabin a.o.(eds.). Further explorations in personality. N.Y.: Wiley, 87-113.

Robinson, M.D., & Ryff, C.D. (1999) The Role of Self-Deception in Perceptions of Past, Present and Future Happiness. Personality and Social Psychology Bulletin, vol. 25, No. 5, 596608.

Ryan, R.M., Deci, E.L. (2001). On Happiness and Human Potentials: A Review of Research on Hedonic and Eudaimonic Well-Being. Annual Review of Psychology, vol. 52, 141166.

Seligman, M. P. (2002). Authentic Happiness. N.Y.: The Free Press.

World Happiness Database. http://www1.eur.nl/fsw/happiness/