Л.Л. Мехришвили

СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА КАК МЕХАНИЗМ РЕГУЛЯЦИИ ПРОЦЕССА РАЗВИТИЯ ИНДИВИДА И ОБЩЕСТВА

Анализ дефиниций «социальная политика» во временной ретроспективе позволил автору исследования прийти к заключению, что в последнее время в научно-теоретических подходах происходит смещение приоритетов от абсолютизации общества, социальной сферы общества к абсолютизации индивида, человека, личности.

В словаре «Социальные технологии» термин «социальная политика» определен как «совокупность принципов, решений действий государственных органов и других организаций, направленных на обеспечение оптимального функционирования и развития социальных общностей и отдельных индивидов, их социальную защищенность в кризисные периоды жизни общества» [1. С. 113].

В более поздних источниках появляется позиция, отражающая, на взгляд автора, современные требования к идеологии социальной политики как к «системе политических идей, решений и действий, нацеленных на обеспечение оптимального в данных условиях развития и функционирования социальных общностей, а также граждан всех вместе и каждого в отдельности» [2. С. 98].

Трансформация подходов к определению главного объекта социальной политики требует, в свою очередь, конкретизации цели социальной политики, отражающей современные потребности социально-исторического этапа развития общества.

Проблема соотношения общественного и индивидуального, приоритетности и детерминированности одного из начал не нова в философском и социологическом осмыслении.

В работе «Политика» Аристотель писал, что желанно, разумеется, и (благо) одного человека, но прекраснее и божественней благо народа и государства.

Пришло время сменить приоритеты и благо человека поставить над благом государства. А точнее, понять, что благо государства невозможно без блага человека, а благо каждого отдельного человека и составляет благо всего государства.

Социум в целом - основа, а человек - исходная сущность социальной политики. Образование социальнополитической сферы, ее систем, институтов и т.п. имеет смысл лишь постольку, поскольку позволяет людям развивать и полнее реализовать свои возможности, свой поистине беспредельный внутренний потенциал.

Сами по себе социально-политические отношения являются, в первую очередь, особым видом общения между людьми, а лишь потом - в результате сложных соединений и опосредований - связями между разного рода системами, включая социальную политику. В конечном счете социально-политические отношения складываются на основе персонально ориентированных и естественно повторяющихся единичных действий. Именно поведение людей, каждого отдельного человека составляет непосредственную реальность, фактуру, живую первооснову, или субстанцию социальной политики.

По известному выражению Аристотеля, «государство есть совокупность граждан», а «понятие граждан

может быть определено через участие в суде и власти» [3. С. 444]. Таким образом, Аристотель заложил один из базовых принципов политики - ориентацию на потребности и интересы «совокупности граждан». Государство должно иметь в виду общую пользу, благо всех, имеющие же в виду только благо правящих - несправедливые «неправильные» государства, «они основаны на началах господства, а государство есть общение свободных людей» [3. С. 444-445].

Аристотель, понимая единство государственной системы, отмечал: «Семья - нечто более самодовлеющее, нежели отдельный человек, государство - нежели семья, а осуществляется государство в том случае, когда множество, объединенное государством в одно целое, будет самодовлеющим» [3. С. 456].

Лишь с разрушением античной культуры в эпоху Возрождения данная тема приоритета интересов человека над интересами государства получила новый импульс. Актуальна в этом плане работа Н. Макиавелли «Государь» -по сути, непосредственное продолжение дискуссии древних философов. «Новые государства разделяются на те, где подданные привыкли повиноваться государям, и те, где они исконно жили свободно» [4. С. 4].

В XVII в. англичанин Т. Гоббс в самом значительном своем произведении «Левиафан, или материя, форма и власть государства церковного и гражданского» определяет приоритеты организации власти: наилучшей формой правления по совокупности явленных факторов является та, которая соответствует материальным условиям государства и личным потребностям граждан [5. С. 337-338].

В радикальном варианте попытка осветить эту проблему принадлежит Гегелю. Развивая в диалектической трактовке исторического процесса теорию государства, он выдвигает одно из основных своих положений: «Государство как действительность субстанциональной воли, которой оно обладает в возведенном в свою всеобщность особенном самосознании, есть в себе и для себя разумное. Это субстанциональное единство есть абсолютная, неподвижная самоцель, в которой свобода достигает наивысшего, подобающего ей права, так же, как эта самоцель обладает наивысшей правотой в отношении единичного человека, наивысшей обязанностью которого является быть членом государства» [6. С. 334].

Главный вопрос в том, что Гегель рассматривает обязанности не как односторонние - человек перед государством, - а встречные, взаимные, когда и государство с аппаратом власти признает любые автономные интересы своих членов и свою ответственность перед ними.

Таким образом, в подходах Гегеля можно увидеть двуединый конструкт, при котором «единичный человек» выступает и как объект, и как субъект обществен-

ных отношений, государственной, а в нашем случае, и социальной политики.

Один из отцов американской демократии Т. Джефферсон в письме Д. Медисону заметил, что общества существуют в трех различных формах: 1) без правительства, как у индейцев; 2) с правительством, на которое желание каждого имеет прямое влияние, как в Англии и Штатах; 3) с правительством силы, как во всех других монархиях и в большинстве других республик [7. С. 76].

Джефферсон говорит о том, какие принципы отношений общества и государственных институтов должны использоваться.

О. Конт как представитель социального позитивизма полагал, что развитие природы человека предопределяет технический прогресс, который ведет к развитию позитивного общества. Каковы индивиды, таково и общество.

Д.С. Милль - английский философ, основатель английского позитивизма, последователь Конта, отмечал: «Законы феноменов общества не суть и не могут быть ничем иным, кроме как действиями и страстями человеческих существ, соединенных вместе в общественное состояние» [8. С. 416].

К. Маркс рассматривал общество как сумму связей и отношений, присущих индивидам [9. С. 214], как продукт взаимодействия людей [10. С. 402].

Другой классик социологии Г. Спенсер в работе «Характерная сфера власти» высказал мнение, что государство есть как бы акционерное общество для защиты своих членов. Правда, соответственно своему времени автор имел в виду лишь интересы высших сословий общества.

Если у О. Конта социальное целое предшествует индивиду и последний не является даже самостоятельной ячейкой общества [11. С. 32], то у Спенсера, напротив, общество лишь агрегат индивидов. Причем «как бы ни были велики усилия, направленные на благосостояние политического агрегата, все притязания политического агрегата сами по себе ничто... они становятся чем-нибудь лишь в той мере, в какой они воплощают в себе притязания составляющих этот агрегат единиц» [12. С. 287].

«Социальному развитию значительно больше способствовала индивидуальная активность людей. чем работа под контролем правительства» [13. С. 135], - добавляет Спенсер.

М. Вебер в письме Р. Лифману требует, наконец, покончить со всеми этими упражнениями, основанными на коллективных понятиях, признак которых все еще жив. Исходить лишь из действий одного, нескольких или многих отдельно взятых индивидов. М. Вебер стремится отойти от всех возможных форм холизма и искать объяснение социальных явлений на микросоциологическом уровне, состоящем из индивидуальных действий.

Аналогичные взгляды мы находим в трудах известного русского социолога П.А. Сорокина, у которого личность выступает как субъект взаимодействия, общество - как совокупность взаимодействующих индивидов и отношений между ними, а культура - как совокупность значений, ценностей и норм, которыми руководствуются взаимодействующие индивиды [14. С. 218].

Т. Парсонс - американский социолог, создатель теории действия и системно-функционального направления в социологии, рассматривая социальную систему, отмечал, что это система такого рода, которая складывается вокруг проблем, связанных с социальным взаимодействием множества индивидуальных деятелей. Т. Парсонс исходит из того, что личность и социальная система очень тесно взаимосвязаны, но в то же время не идентичны и не объясняют друг друга. Социальная система - не множество личностей. Социальная система есть система взаимодействия множества индивидуальных деятелей.

В работе 1937 г. «Структура социального действия» он отталкивается от идеи, что общество является доминирующим в трихотомии «общество - группа - индивид», при этом добавляя, что общество есть мотивированная совместная деятельность людей и состоит из индивидов. Система действий состоит из совокупности единиц действий - устойчивой связи взаимно ориентированных социальных действий, обеспечивающей стабилизацию общества и социальной системы [8].

Считаем важным отметить, что согласно автору субъектом социального действия выступает моральный индивид, который действует и обладает свободой выбора, активностью и творчеством по отношению к другим индивидам и социальному миру. Человек выступает своеобразным «творцом и архитектором» реальной социальной деятельности [8].

«Морального индивида» необходимо создавать, развивать его до уровня «моральности». В этом и заключается основное предназначение социальной политики.

У. Аутвейт, отрицая тенденцию в социологии отождествлять уровень «действия» со свободой, а «системный» уровень - с ограничениями, отмечал, что понятие социальной системы - это производное от социального действия и взаимодействия, понятие «социальный мир» - это мир, созидаемый его членами, которые показаны у автора как активные, целенаправленные, индивидуально и социально творческие существа. В основе любой социальной системы лежат действие и взаимодействие активных индивидов [8].

Общество согласно авторской концепции есть и вездесущее условие (материальная причина), и непременно воспроизводимый результат человеческой деятельности.

Таким образом, общество - это абстрактный принцип общения и социализации, реализуемый в действиях и восприятиях конкретных индивидов.

С появлением теории акционизма Р. Будона и Ф. Буррико индивид воспринимается как социальный актор. В противоположность немецкой и американской традициям Маркса и Дюркгейма индивиды перестали рассматриваться как элементы, над которыми довлела особая сущность - общество, над которыми совершалось действие и которые не обладали реальной свободой действий. Природа социальных явлений - это продукт индивидуальных действий. То, что социальная реальность сохраняется и воспроизводится лишь через действия индивидов, отнюдь не означает, что эти действия совершаются в безвоздушном пространстве, действие индивида всегда происходит внутри системы ограничений, даже если они более или менее очевидны для субъекта и более или менее жестки [8].

П. Штомпка проследил важную закономерность: содержание понятия «образ человека» прошел трансформацию: от тезиса, что «человек - существо социальное», через тезис, что «сущность человека есть совокупность всех общественных отношений», и до тезиса, что «личность и общество - это бытия подобные» [15. С. 4-5].

Интеграция научно-теоретических подходов позволяет сделать логическое заключение: основой общественного и социального развития является индивидуальное социальное развитие отдельного человека как главного источника активности и социальных преобразований.

Развитие - последовательное, необратимое, закономерное изменение. Это процесс обновления, рождения нового, отмирания старого [16. С. 433].

Современная наука склоняется к тому, что, во-первых, развитие - это диалектическое единство регрессивных и прогрессивных преобразований; во-вторых, человек в процессе своего индивидуального развития не становится ни хуже, слабее, ни лучше, совершеннее, - он делается принципиально другим; в-третьих, результатом развития является все возрастающая индивидуализация каждого человека; и, наконец, развитие происходит в течение всей жизни человека, с пренатального периода и до последнего дня.

Специфику процесса индивидуального развития человека можно выразить в следующих принципах:

- неравномерность, неравновесность процесса развития;

- волнообразность, колебательность;

- противоречивость;

- дискретность, прерывность;

- многофакторность [17. С. 39-42].

Развитие есть всеобщий принцип объяснения природы и общества, включающий в себя понимание необратимого, направленного, закономерного изменения, характерного для состава и структуры состояния субъекта.

Социальное развитие человека - развитие его личности в процессе установления многообразных социальных отношений.

Особенности социального развития человека изучались с точки зрения целостности процесса (в рамках различных моделей). Среди их многообразия наиболее употребительными являются:

1. Эволюционная модель. Она связана с представлением о том, что развитие есть плановый, постепенный, медленный процесс изменений и преобразований. Наличие в реальном социальном развитии кризисов указывает на нерешенные социальные проблемы.

2. Кризисная модель. В соответствии с данной моделью социальное развитие человека рассматривается как поэтапный процесс, причем переход от одного к другому определяется кризисом - преобразованием, которое имеет нормативный, социальный и возрастной аспекты.

3. Модель трех фаз рассматривает социальное развитие человека как период, состоящий из трех основных этапов: детство, взрослость, старость. В контексте данной модели понимание отношений между людьми связывают прежде всего с отношениями поколений. Данная модель используется обычно при изучении социально-демографических проблем.

4. Модель гетерохронного развития человека - одна из наиболее распространенных. Развитие гетерохронно не

только в межиндивидном, но и в интраиндивидном смысле: разные подсистемы организма и личности достигают пика развития разновременно. Все виды развития (интеллектуальное, эмоциональное и др.) рассматриваются как стороны социального развития человека. Если одна сторона в определенном возрасте развивается высокими темпами, то другая, наоборот, может отставать.

Таким образом, необходим комплексный подход при изучении и моделировании процесса социального развития человека.

Согласно принятой теории потребностей А. Мас-лоу, высшим уровнем развития являются самореализация и самоактуализация как «реализация потенциала личности», являющаяся элементом системы «самости», включающей саморазвитие, самосовершенствование, самоактуализацию как стремление человека к возможно более полному выявлению и развитию своих личностных возможностей.

Идея саморазвития и самоактуализации является основной или, по крайней мере, чрезвычайно значимой для многих современных концепций о человеке (А. Маслоу, К. Роджерс, Э. Фромм, В.В. Брушнинский, В.П. Зинченко, К.А. Абульханова-Славская и др.).

Центральное место идея «самости» (саморазвитие, самореализация, самосовершенствование, самоактуализация) занимает в акмеологии. Стремление к саморазвитию и самореализации - это не идея-фикс о достижении абсолютного идеала. Актуальная потребность в саморазвитии, стремление к самосовершенствованию и самореализации представляют огромную ценность сами по себе. Они - показатель личной зрелости, эффективности и результативности процесса социализации и одновременно условия ее достижения. Актуальная потребность в саморазвитии, самореализации и самоактуализации - это источник долголетия человека, активного долголетия; и не только физического, но прежде всего социального.

Возьмем на себя ответственность предположить, что самореализация не есть конечный уровень развития человека, так как аккумулирует в себе только индивидуально-личностные аспекты процесса развития. Любой процесс индивидуального социального развития должен заключать в себе социально-значимое целепо-лагание - социальное развитие, в целом, при ином подходе, сам процесс социализации личности, как представляется, теряет свою значимость и самоценность.

Социальное развитие - направленность процесса, когда ни одно из состояний системы не повторяется ни на какой последующей стадии, а на более поздней выходит на более высокий уровень в какой-либо сфере [18. С. 25].

В этом аспекте высшим уровнем развития человека следует считать самотрансценденцию.

Феномен самотрансценденции человеческого существования занимает важное место в науках о личности (педагогика, психология, философия). Самотрансцен-денцию связывают с выходом человека за пределы своего «Я», с его направленностью на других людей, на какое-то дело, в целом, на что-то уже вне самого человека. Вместе с тем противопоставление самотрансцен-денции, саморазвитие, самореализация и самоактуализация как альтернатив нецелесообразно. Представляет-

ся, что необходимо вести речь об органичном соединении двух идей. Современная концепция развития должна базироваться на представлении единства саморазвития, самореализации, самоактуализации и само-трансценденции [19].

В рамках социальной политики, в этом смысле, целесообразнее вести речь не только о развитии, саморазвитии и самореализации каждого индивида, но и о самотрансценденции как ее конечной цели и резуль-

тате. Именно достижение уровня самотрансценденции влечет за собой объективную потребность индивида в преобразовании окружающего мира, в его изменении и развитии. В этом смысле считаю целесообразным вести речь о неразрывном, взаимозависимом, двустороннем процессе соразвития, сореализации, соактуа-лизации человека и общества. Представленное предположение можно отразить в следующей структурнологической форме:

К сожалению, приходится согласиться с мнением В. Ядова о том, что «в современном российском обществе мы наблюдаем лишь поверхностное сходство с постмо-дерными условиями неопределенности в процессах самоидентификации личности. По существу, пространство для самоопределения сужается или даже навязывается внешними условиями» [20. С. 172-173]. Главная задача социальной политики и заключается, по мнению автора исследования, в расширении данного «пространства».

В ракурсе проводимого исследования трансформируется, на наш взгляд, и основополагающее содержание самого понятия социальной политики. Социальная политика, по мнению автора, это механизм развития человеческой личности в частности и социального развития в целом.

С учетом всего сказанного считаю возможным рассматривать социальную политику как механизм регуляции государством и другими социальными институтами социально-экономических и социально-политических отношений в обществе с целью создания благоприятной среды для жизнедеятельности и обеспечения оптимальных условий функционирования и развития личности, социальных групп и социальных общностей, посредством удовлетворения индивидуальных и групповых потребностей.

Категория механизма чаще употребляется в механике -науке о перемещении тел в пространстве и происходящих при этом взаимодействиях между ними [21. С. 262].

В энциклопедической литературе механика рассматривается и как «наука, занимающаяся движением, равновесием и взаимным воздействием тел, результа-

том которых является изменение движения тел или их деформация» [22. С. 513].

Семантическое значение понятия «механизм» в русском языке неоднозначно: во-первых, это совокупность подвижно соединенных частей, совершающих под воздействием приложенных сил заданные движения; во-вторых, внутреннее устройство, система чего-либо (например, государственный механизм); в-третьих, совокупность состояний и процессов, из которых складывается какое-либо физическое, химическое, физиологическое и тому подобное явление.

Интегрируя научно-технические трактовки категории «механизм», считаю возможным предложить следующий вариант определения анализируемого понятия: механизм - это единая целостная система, состоящая из соединенных, взаимодействующих элементов (частей, состояний, процессов, тел), изменение которых приводит систему в новое состояние (явление, перемещение, измененное движение).

В литературе сегодня выделяют разные виды механизмов: экономический, социальный, организационный.

Несмотря на то что термин «механизм» активно используется в научной литературе и понимается как понятийный конструкт, он не получил пока общепризнанной, устойчивой интерпретации и операционализации. Вместе с тем данное понятие в последнее время становится одним из базовых элементов методологии нескольких социологических школ: Т.И. Заславская, Р.В. Рывнина, М.А. Шабанова, Л.Я. Косалс, Соколова, Якуба [23. С. 93-109].

В современной социологии утверждается «идея об изучении социальных механизмов как основном направ-

лении развития данной науки» [24. С. 3]. Размышляя о главной задаче социологии, А. Турен подчеркивает: «социологи должны вернуться, к анализу механизмов самовоспроизводства общественной жизни» [25. С. 61].

Идея выявления механизмов развития общества не нова в социологии. П. Штомпка объясняет процесс постоянного общественного движения наличием в нем «материального и идеального механизмов» [18. С. 86]. Лукман выводит три основных механизма эволюционного общественного развития: изменчивость, отбор, стабилизация.

Т. Парсонс в общественном эволюционном развитии выделяет четыре механизма: дифференциацию, возрастание адаптивности, включение, генерализацию ценностей (применительно к социальным ценностям) [26. С. 43].

Анализ практики употребления этого понятия разными авторами позволяет выделить его основные черты. Социальный механизм существенно отличается от технического [27. С. 154].

Первое отличие - это элементы, из которых он формируется. Они имеют свои интересы и действуют в соответствии с ними. Такой механизм не столь податлив для проектировщика, если сравнивать с материалом, используемым в технике. Второе отличие касается генезиса социальных механизмов. Последние «объекты с памятью» группируются в ходе длительной эволюции ранее существовавших форм, несут в себе информацию, отражающую их предшествующее состояние. Третье отличие заключается в том, что конструкторы социального механизма - проектировщики - сами включены в процесс его функционирования и развития, который они должны регулировать, совершенствовать. Таким образом, социальные механизмы возникают как ответы на определенную социальную потребность, как средства ее удовлетворения.

Основная особенность социальных механизмов заключается в способности регулировать общественные процессы, что объясняется особой значительностью, силой и устойчивостью социальных связей, обусловливающих их системность.

Поскольку в механизмах социальных процессов существуют элементы, принадлежащие прошлому и настоящему, они отличаются высокой инертностью; их обновление всегда носит частичный характер. Кроме того, в них существуют феномены, сознательно создаваемые для достижения определенных целей и развивающиеся естественно-историческим путем. Первые конструируются в процессе социальных преобразований, вторые же возникают спонтанно в ходе общественной эволюции и меняются под влиянием внутренних трансформаций.

«Объяснение социального явления, - констатирует Р. Будон, - означает выделение более или менее сложного набора каузальных положений, ответственных за это явление. Такие наборы соответствуют тому, что мы обычно называем «социальными механизмами» [28. С. 164-165].

Таким образом, вопрос о социальной политике как социальном механизме - это вопрос о социальном развитии.

Возьмем на себя смелость утверждать, что социальная политика - это специфичный социальный механизм, социально-политическая система, состоящая из взаимозависимых и взаимодействующих элементов (субъект социальной политики, ее объект, цели и задачи, стратегии и приоритеты, функции и принципы, формы, средства и методы ее реализации), функционирование которой приводит как саму систему, так и всю социальную среду в новое состояние (явлениям, процессам, отношениям, развитию, прогрессу или регрессу) (таблица).

Сегодня в социологии существует классификация разлагающих и слагающих механизмов. Разлагающие и слагающие механизмы - это братья-близнецы, согласно Гидденсу, действующие особенно в современном мире.

1. Разлагающие механизмы - это «абстрактные системы» (символические знаки, например деньги и экспертные системы), которые распространяют социальные отношения во времени и пространстве, а также вызывают ненадежность и отрешенность от традиционных социальных связей.

2. Слагающие механизмы - новые формы связей и общности, политики (например, политика жизни), про-

являющиеся в ответ на разрыв с традиционными социальными связями, усложняющееся взаимодействие между локальностью и всеобщностью [29. С. 131].

Таким образом, представляется логичным прийти к выводу, что социальная политика - это социальный слагающий механизм, во-первых, требующий сегодня разработки новых концептуальных подходов, форм, средств и методов их реализации; а во-вторых, проявляющийся в сложном взаимодействии внешней и внутренней социальной политики, учитывающий влияние как локальных, так и всеобщих требований в процессе своей разработки и реализации.

ЛИТЕРАТУРА

1. Социальные технологии. Толковый словарь. Москва; Белгород: Луг, 1995.

2. Социальная работа: введение в профессиональную деятельность / Отв. ред. проф. А.А. Козлов. М.: Логос, 2004.

3. Аристотель. Сочинения: В 4 т. / Пер. с древнегр. М., 1984. Т. 4.

4. Макиавелли Н. Государь. М., 1990.

5. Антология мировой философии: В 4 т. М., 1970. Т. 2.

6. Антология мировой философии: В 4 т. М., 1971. Т. 3.

7. Американские просветители: избранные произведения: В 2 т. / Пер. с англ. М., 1968-1969. Т. 2.

8. Курбатов В.И. Современная западная социология: Академический обзор концепции. Ростов/нД: Феникс, 2001. 416 с.

9. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 46, ч. 1.

10. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 27.

11. Громов И.А., Мацневич А.К., Семенов В.А. Западная теория социологии. СПб., 1996.

12. Спенсер Г. Основания социологии / Пер. с англ. СПб., 1998. Т. 4.

13. Спенсер Г. Грехи законодателей // Социс. 1992. № 2.

14. Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992.

15. ШтомпкаП. Понятие социальной структуры: попытка обобщения // Социологические исследования. 2001. № 9.

16. Российская социологическая энциклопедия. М, 1999.

17. Максакова В.И. Педагогическая антропология. М.: Академия, 2004.

18. Штомпка П. Социология социальных изменений. М.: Аспект-Пресс, 1996.

19. БордовскаяН.В., Реян А.А. Педагогика. СПб.: Питер, 2004.

20. Ядов В. Символические и примордиальные солидарности // Проблемы теоретической социологии. СПб., 1994.

21. Словарь русского языка / Под ред. А.П. Евгеньевой: В 4 т. М.: Рус. яз. Т. 2.

22. Энциклопедический словарь / Под общ. ред. В.В. Овчинникова. М.: Пресс, 2004.

23. Заславская Т.И. Социальный механизм посткоммунистических преобразований в России // Россия, которую мы обретаем / Отв. ред. Т.И. Заславская, З.И. Калугина. Новосибирск: Наука, 2003.

24. Плотинский Ю.М. Модели социальных процессов. М.: Логос, 1998. С. 3.

25. Турен А. Возвращение человека действующего: очерк социологии / Пер с фр. М.: Научный мир, 1998.

26. Парсонс Т. Система современных обществ / Пер. с англ. М.: Аспект-пресс, 1998.

27. Косалс Л.Я. Социальный механизм инновационных процессов. Новосибирск: Наука, 1989.

28. Будон Р. Социальные механизмы без «черных ящиков» // Социология на пороге XXI в. 1999. № 3.

29. Большой толковый социологический словарь (Collins). Т. 2 (П-Я) / Пер. с англ. М.: Вече, АСТ, 2001.

Статья представлена научно-редакционным советом журнала, поступила в научную редакцию «Философские науки» 18 декабря 2006 г., принята к печати 25 декабря 2006 г.