Автореферат диссертации по теме "Когнитивно-стилевые особенности решения сенсорных задач"

На приеах рукописи 003455002

Чекалина Ангелина Игоревна

КОГНИТИВНО-СТИЛЕВЫЕ ОСОБЕННОСТИ РЕШЕНИЯ СЕНСОРНЫХ ЗАДАЧ

Специальность 19.00.01 — психология, психология личности, история психологии

АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Москва — 2008

003455082

Работа выполнена на кафедре психологии личности факультета психологии Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова

Научный доктор психологических наук, профессор

руководитель: Гусев Алексей Николаевич

Официальные доктор психологических наук, профессор

оппоненты: Худяков Андрей Иванович

кандидат психологических наук Скотникова Ирина Григорьевна Ведущая организация: Томский государственный университет

Защита состоится

часов на заседании

диссертационного совета Д 501.001.14 при МГУ имени М.В. Ломоносова по адресу: 125009, Москва, ул. Моховая, дом 11, корпус 5, аудитория * .

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке МГУ имени М.В. Ломоносова по адресу: 119192, Москва, Ломоносовский пр., 27

Автореферат опубликован на сайте факультета психологии МГУ имени М.В. Ломоносова http://psy.msu.ru

Автореферат разослан-^^*^^ 200 \

Ученый секретарь диссертационного совета,

Магомед-Эминов М.Ш.

Общая характеристика работы

Актуальность. В современной психофизике и когнитивной психологии ситуация обнаружения сигнала представляет собой модель для изучения процессов восприятия, принятия решения, бдительности. Однако, при всей значимости и разработанности так называемой объектной парадигмы в психофизике, как правило, за скобками остаётся целый класс субъектных детерминант: опыт, индивидуально-личностные особенности наблюдателя, его установки, мотивы, стратегии и способы выполнения такого рода задач. Как показывают многие работы, эта исследовательская парадигма становится ограниченной, в то время как учет указанных детерминант, несомненно, способен привести к повышению объяснительной силы и прогностичности соответствующих моделей. В последние десятилетия субъектная сторона обнаружения сигнала рассматривалась в работах отечественных психологов (К.В. Бардин, М.Б. Михалевская, И.Г. Скот-никова, А.И. Худяков, А.Н. Гусев и др.), хотя они по-прежнему составляют малую долю всех исследований в данной области. В связи с этим нам представляется особо важным продолжить теоретико-эмпирические исследования, обеспечивающие возможность интеграции объектной и субъектной парадигм в психофизике в рамках системно-деятельностного подхода (А.Н. Леонтьев, А.Г. Асмолов), в явном виде перейдя от психофизики «чистых ощущений» к «психофизике сенсорных задач», поскольку позволяет рассматривать объектные и субъектные факторы в единстве, снимая тем самым оппозицию объектного и субъектного подходов в психофизике {Асмолов, Михалевская, 1974; Гусев, 2004, 2007; Скотникова, 2003). Имеющиеся разработки, выполненные в данной теоретико-методологической парадигме, касаются некоторых индивидуально-психологических и процессуальных сторон обнаружения сигнала (И.Г. Скотникова, А.Н.Гусев). Расширение рамок системно-деятельностного подхода за счет изучения роли дифференциально-психологических особенностей наблюдателя в процессе решения сенсорных задач нам представляется весьма актуальным.

Выполняемая наблюдателем сенсорная задача не только характеризуется специфической целью, но в процессе ее решения актуализируются только те возможности человека, которые необходимы для осуществления этой деятельности и соответствуют конкретным условиям, в которых эта задача осуществляется. То есть, в процессе выполнения сенсорной задачи у субъекта формируется функциональный орган (Ухтомский, 2002) или функциональная воспринимающая система (Леонтьев, 1983) как специфическое средство ее решения. Функциональный орган соответствует решаемой человеком задаче в целом и выступает как системное образование, который целесообразно рассматривать как одну из основных единиц функционального анализа сенсорной задачи (Гусев, 2004). Сама задача порождает временную структуру, объединяющие разнообразные ресурсы человека и которая соответствует ее специфике и индивидуальным особенностям субъекта, обеспечивает целесообразность, продуктивность и адаптивный характер деятельности человека.

Когнитивные стили как интериндивидуальные детерминанты различий в показателях эффективности выполнения сенсорных задач были обозначены К.В. Бардиным в рамках обсуждения вопроса о выделении дифференциальной психофизики как «...особого научного направления» (Бардин, 1990, с. 134).

Однако, работ выполненных в этом русле, до сих пор крайне мало, практически отсутствуют сколько-нибудь целостные модельные представления о психологических механизмах влияния когнитивных стилей на эффективность выполнения сенсорно-перцептивных задач. Поэтому дальнейшая работа по накоплению эмпирических фактов при исследовании традиционных для экспериментальной психологии процессов различения/обнаружения/опознания/локализации сенсорных сигналов и их интерпретации в контексте теоретических представлений современной когнитивной психологии, рассматривающей роль индивидуально-психологических различий в познавательном поведении личности, является важным и перспективным. Более того, на наш взгляд, значительный и далеко не востребованный современными психологами теоретический задел дея-тельностного подхода задает весьма продуктивные рамки для методологического и теоретического осмысления фактов о различного рода проявлениях активности личности в решении познавательных задач.

Цель исследования — оценить влияние когнитивных стилей (полезави-симость/поленезависимость, гибкость/ригидность познавательного контроля, импульсивность/рефлективность) на эффективность выполнения сенсорных задач.

Основная гипотеза исследования: при решении сенсорных задачах с разным уровнем информационной нагрузки формируется специфическое средство их решения — функциональный орган, компонентами которого являются когнитивно-стилевые особенности испытуемых и условия сенсорных задач.

В соответствии с главной целью и основной гипотезой исследования были поставлены следующие задачи.

1. Проанализировать операциональную структуру и специфические особенности сенсорных задач с целью сравнительного анализа их информационной нагрузки на человека.

2. Изучить возможные механизмы влияния когнитивных стилей на эффективность выполнения сенсорных задач.

3. Экспериментально изучить влияние когнитивных стилей полезависи-мость/поленезависимость, гибкость/ригидность познавательного контроля и импульсивность/рефлективность на эффективность выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки.

Объект исследования — процесс решения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки.

Предмет исследования — когнитивно-стилевые особенности личности как детерминанты эффективности решения сенсорных задач.

Теоретико-методологическую основу исследования составляют разрабатываемое в русле системно-деятельностного подхода (А.Н. Леонтьев, А.Г. Асмолов) направление психофизики, обозначенное как переход «от психофизики «чистых ощущений» к психофизике «сенсорных задач» (А.Г. Асмолов, М.Б. Михалевская, А.Н. Гусев) и основания субъектного подхода в психофизике (К.В. Бардин, И.Г. Скотникова, Е.З. Фришман), позволяющие рассматривать условия сенсорной задачи (объектные факторы) и индивидуальные свойства наблюдателя (субъектные факторы) в единстве.

Так же мы опираемся на представления о функциональном органе (A.A. Ухтомский), как специфическом средстве решения сенсорных задач (А.Н. Гусев).

В разработке теоретической основы работы мы основывались на представлениях о психологических механизмах установочной регуляции деятельности (Д.Н. Узнадзе, А.Г. Асмолов), ресурсный подход в когнитивной психологии (Д. Канеман), стилевой подход (Г. Уиткин, Р. Гарднер, Дж. Каган, Е.Т. Соколова и др.).

Надежность и достоверность результатов обеспечиваются использованием исследовательских процедур в соответствии со стандартами современной экспериментальной психологии, а также широкого класса методов фиксации и анализа эмпирического материала (психофизические, дифференциально-психологические). Статистическая достоверность обеспечивалась большим объемом выборки эмпирических данных, а также использованием современных статистических процедур обработки данных и анализа результатов, адекватных проверяемым гипотезам и типу данных.

Научная новизна исследования заключается в следующем. В рамках диссертационного исследования были выделены и систематизированы объективные характеристики сенсорных задач, по которым их можно сопоставлять по уровню информационной нагрузки. Получены новые экспериментальные результаты, которые демонстрируют влияние когнитивно-стилевых особенностей наблюдателей на эффективность выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки. Предложены возможные психологические механизмы, объясняющие такого рода влияния. По результатам исследования выделены группы (фиксированных поленезависимых, «гибких» и «медленных/точных») испытуемых, имеющих преимущество в эффективности выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки.

Теоретическая значимость. Привлечение методологических принципов системно-деятельностного и ресурсного подходов к дифференциально-психологическим исследованиям активности субъекта в процессе выполнения сенсорных задач позволяет расширить понимание механизмов регуляции сенсорного процесса. Во-первых, процесс выполнения сенсорной задачи может быть представлен через анализ операциональной структуры действия по обнаружению, различению сенсорных сигналов. Во-вторых, каждая задача характеризуется информационной нагрузкой, определяемой через анализ объективных характеристик сенсорной задачи, что налагает определенные требования на когнитивные ресурсы и их доступность для наблюдателя. В-третьих, исследование когнитивно-стилевых особенностей как субъектных, интериндивидуальных детерминант позволяет более полно и содержательно описать детерминацию процесса решения сенсорных задач, включая механизмы установочной регуляции деятельности.

Практическая значимость. Необходимость различения/обнаружения сигналов присутствует в разнообразных и многочисленных жизненных и профессиональных ситуациях. Изучение факторов, влияющих на эффективность решения сенсорных задач, может быть применено при профессиональном отборе операторов-наблюдателей самого разного типа. Применение результатов на-

стоящего исследования в учебном процессе связано с использованием материалов литературного обзора в преподавании спецкурсов в рамках специализаций «Психологии личности», «Общая психология», «Психология труда», курса «Дифференциальная психология», а данных экспериментальной части работы — в общем психологическом практикуме.

Положения, выносимые на защиту.

1. В процессе выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки формируются функциональные органы — специфические средства их решения, которые обеспечивают эффективность и адаптивность человека-наблюдателя. Функциональный орган, формирующийся для решения каждой из сенсорных задач, соответствует как специфике условий самой задачи, так и когнитивно-стилевым особенностям наблюдателя.

2. При выполнении сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки у испытуемых, относящихся по выраженности когнитивно-стилевых особенностей к полюсам «поленезависимости», «гибкости» и «рефлективности», актуализируются более гибкие и адекватные условиям задачи установки операционального уровня.

3. Роль поленезависимости/полезависимости в процессе решения сенсорных задач в том, что эффект мобильности (сдвига) стилевых проявлений приводит к снижению эффективности их выполнения, а эффект крайних значений (максимальная выраженность поленезависимости) — к повышению.

Апробация работы. Основные положения диссертации апробированы на заседании кафедры психологии личности факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова (2008 г.), заседании кафедры практической психологии личности и индивидуального консультирования факультета психологии ГОУ ВПО МО Академия социального управления (2008 г.). Материалы исследования были представлены на 7 Екатерининских чтениях 24 апреля 2008 года.

Структура и объем диссертации. Диссертация состоит из введения, 3 глав, заключения, выводов, списка литературы и приложений, включающих в себя результаты статистической обработки полученных данных. Работа содержит 16 таблиц и 13 графиков. Список литературы включает в себя 139 наименований, из них 48 на иностранных языках. Объем основного текста диссертации — 149 машинописных страниц.

Основное содержание работы

Во Введении раскрывается актуальность диссертационного исследования, представлены его объект и предмет, цели и задачи, гипотеза, научная новизна, теоретическая и практическая значимость. Изложены теоретико-методологические основы работы, сформулированы положения, выносимые на защиту, представлены данные по апробации результатов исследования.

В первой главе «Психофизика сенсорных задач как парадигма исследования интериндивидуальных различий эффективности различения/обнаружения сигнала» рассматриваются основные подходы современной дифференциальной психофизики и эмпирические исследования, показывающие зависимость эффективности выполнения сенсорных задач от влияния интериндивидуальных факторов, особое внимание уделено роли когнитивных стилей.

В первом параграфе кратко описано развитие теоретических представлений в психофизике. Отмечается, что классическая психофизика унаследовала от естественных наук не только ориентацию на экспериментальный метод исследования сенсорных процессов, но и некоторые ограничения, например, такие как «постулат непосредственности» порождения ощущений, принцип анализа сенсорного процесса по элементам.

Рассматривая сенсорные процессы, в современной психофизике все чаще говорят о решении пороговых задач по обнаружению/различению сенсорных сигналов (Забродин, Фришман, Шляхтин, 1981 \ Гусев, 2004, 2007; Скотникова, 2003 и др.). В этой связи анализ получаемых в ходе психофизических измерений показателей осуществляется с учетом влияния несенсорных факторов на эффективность выполнения сенсорных задач (внимание, память, принятие решения, индивидуальные особенности субъекта и др.) (Забродин, Фришман, Шляхтин, 1981; Скотникова, 2003; Гусев, 2004, 2007 и др.). Также отмечается, что в отличие от классической (фехнеровской) психофизики наблюдатель рассматривается не как пассивный приемник информации, а как активный субъект принятия решения в ситуации неопределенности (например: Swets et al., 1968; Гусев, 2004, 2007). Тем самым подчеркивается, что предсказание его поведения возможно только при учете и детерминированных, и случайных аспектов сти-мульного потока, особенностей задачи индивидуальных различий наблюдателя (Peili, Farell, 1996; Wickens, 2002; A special issue.., 2007).

Далее описывается принципиальное направление, обозначаемое как переход от психофизики «чистых ощущений» к представлению о сенсорном процессе как решении человеком сенсорных задач (Асмолов, Михалевская, 1974). Подчеркивается, в процессе решения сенсорной задачи субъект не только преодолевает дефицит сенсорной информации, но и сам активно овладевает той информацией, которую несет стимул и последовательность, в которую они организованы (Забродин, Фришман, Шляхтин, 1981; Бардин, Забродина, 1988 Скотникова, 2003, 2008; Гусев, 2004 и др.). Таким образом, проявляемая наблюдателем в ходе решения сенсорной задачи активность заключается в индивидуально-психологической, иерархически организованной деятельности человека по решению сенсорной задачи (Асмолов, Михалевская, 1974; Бардин, Инд-лип, 1993; Скотникова, 2003; Гусев, 2004).

Во втором параграфе описаны методологические принципы системно-деятельностного подхода (Асмолов, 1985, 2002), адекватные дифференциально-психофизическому исследованию, в контексте которых условия сенсорной задачи, т.е. ситуационные переменные, являются объектными факторами ее решения, а индивидуальные свойства наблюдателя — субъектными (Гусев, 2004, 2007; Скотникова, 2008). Особо выделены те методологические принципы сис-темно-деятельностного подхода, которые задают общепсихологический контекст анализа процесса различения/обнаружения сигнала (Гусев, 2004, 2007), а именно: принцип объектной и предметной детерминации процессов психического процесса отражения действительности и принцип сочетания адаптивного и неадаптивного типов активности процессов психического отражения.

Также рассматривается такое важное понятие дифференциально-психофизического подхода, акцентированное в работах А.Н. Гусева, как

«функциональный орган», который представляет собой систему функциональных взаимоотношений индивида и окружающей среды, складывающийся прижизненно и основан на определенном динамическом морфологическом субстрате (Ухтомский, 1978, 2002). В данном контексте отмечается, что сенсорная задача не только характеризуется специфической целью, но в процессе ее решения актуализируются только те возможности наблюдателя, которые необходимы для ее осуществления и соответствуют конкретным условиям, в которых эта задача представлена {Гусев, 2004). Особо обращается внимание на то, что формирующийся функциональный орган: 1) обеспечивает целесообразность, продуктивность и адаптивный характер деятельности человека; 2) определяет характер как мотивационного, так и ресурсного обеспечения процесса ее решения (Гусев, 2004).

Также в данном параграфе рассматриваются основные понятия и методология ресурсного подхода, который позволяет описать на одном языке как требования, налагаемые средой на человека-наблюдателя, так и его внутренние возможности (ресурсы), позволяющие соответствовать этим требованиям. Под ресурсом принято понимать определенный энергетический резерв, который гибко распределяется в процессе переработки информации {Канеман, 1973: Дормашев, Романов, 1995; Гусев, 2004;). Особое внимание уделяется концепции единого ресурса Д. Канемана, который считает, что расходование ресурса на выполнение текущих когнитивных операций зависит не только от структуры задачи, но и от сложности и значения этих операций для субъекта, что позволяет ему использовать гибкие стратегии, соответствующие требованиям задачи (,Канеман, 1973).

Далее описываются два направления, в которых исследовалась взаимосвязь личностных переменных и распределение/доступность ресурсов (Гусев, 2004). В контексте исследований распределения ресурсов особое внимание уделяется представлениям М. Хамфриса и У. Ревелля, которыми было высказано предположение о существовании двух видов ресурсов: для непрерывной передачи информации (НПИ-ресурсы) и для кратковременной памяти (КП-ресурсы) (Humphreys, Revelle, 1984 — см.: Гусев, 2004). При рассмотрении взаимосвязи личностных переменных и доступности ресурсов было установлено, что с ростом мотивации может происходить увеличение общего объема ресурсов, делая их более доступными. Анализируется подход Р. Парасурамана, Дж. Уорма и У. Дембе, изучивших зависимость динамики выполнения сенсорных задач с сук-цессивным/симультанным предъявлением стимулов от доступности ресурсов (Parasuraman, Warm, Dember, 1987).

Также в этом параграфе описывается уровневая схема регуляции процесса решения сенсорной задачи, согласно которой, эффективность выполнения задачи обусловлена взаимодействием личностных и ситуативных переменных на надоперциональном уровне и взаимодействием активации и усилий субъекта на операциональном уровне (Гусев, 2004).

Таким образом, обращение к системно-деятельностному и ресурсному подходам позволило интегрировать в анализе объектную и субъектную детерминации процесса различения/обнаружения сигнала, а также выделить специфические особенности сенсорных задач, которые являются объективными кри-

териями для сопоставления их между собой по уровню информационной нагрузки.

Третий параграф посвящен анализу особенностей сенсорных задач с точки зрения их специфических условий и выявлению уровня информационной нагрузки. Описывается способы анализа задач различения/обнаружения порогового сигнала (предложенные А.Н. Гусевым) с точки зрения ее цели и характеристик стимульного потока. Анализ пороговых сенсорных задачи позволяет выделить их особенности: 1) значительный дефицит сенсорной информации, который обусловлен либо малой интенсивностью стимула, либо незначительными различиями стимулов; 2) преимущественно случайный характер предъявления стимулов; 3) высокий и часто навязанный темп предъявления стимулов и осуществления ответных реакций, что обусловливает значительную информационную нагрузку на наблюдателя; 4) ограниченная подвижность наблюдателя. Две первые особенности пороговых задач вызывают у наблюдателя чувство высокой информационной неопределенности, а две последние принуждают его задействовать ресурсы внимания (концентрация и распределение) на стимуль-ном потоке (Гусев, 2004).

Также в данном параграфе приводится обзор литературы по измерению индексов нагрузки, вызываемой у испытуемого экспериментальной задачей (шкала TLX). При ее помощи оценивается рабочая нагрузка на ресурсы испытуемого по шести субшкалам: умственные нагрузки, физические нагрузки, временные нагрузки, собственное исполнение, усилие и фрустрация в диапазоне от 0 до 100 баллов (NASA Task.., 1995; Hart, 1988, 2007; Kazumitsu et al., 2002; Haga et al., 2002). По данным некоторых авторов задачи на различение/обнаружение пороговых сигналов находятся в верхней части шкалы TLX, что означает высокую степень информационной нагрузки на наблюдателя (см., например: Parasuraman, Warm, Dember, 1987; Гусев, 2004).

В четвертом параграфе проводится сравнительный анализ используемых в нашем исследовании сенсорных задач с учетом степени их информационной нагрузки на ресурсы наблюдателя.

Описывается одна из классификаций сенсорных задач, построенная по принципу объективных требований, предъявляемых человеку-наблюдателю (опознания, локализации, различения и обнаружения) и приводятся их примеры (Эджет, Янтис, 1997; Гусев, Измайлов, Михалевская, 2005; Уточкин, 2006).

Далее анализируется операциональные структуры действий по решению сенсорных задач, используемых в нашем исследовании. Подчеркивается, что задача, в которой стимулы предъявляются сукцессивно, отличается от задачи с симультанным предъявлением стимулов включением в структуру ее операций ресурсов оперативной памяти, что, увеличивает информационную нагрузку на наблюдателя (Parasuraman et al., 1987; Гусев, 2004).

В качестве критериев уровня информационной нагрузки выделены следующие объективные характеристики используемых в исследовании сенсорных задач: 1) характер предъявления стимулов (симультанный или сукцессивный); 2) монотонность (большее или меньшее количество одинаковых стимулов); 3) продолжительность; 4) дефицит сенсорной информации, характеризующий величину межстимульных различий и длительность предъявления стимулов; 5)

случайная или детерминированная стимульная последовательности; 6) степень пространственной неопределенности в появлении стимулов; 7) количество основных серий.

Далее описываются результаты сравнительного анализа задач различения (задача «Метод минимальных изменений» и задача «Метод констант») и обнаружения («да—нет»). Делается заключение о том, что сенсорная задача на различение — «Метод минимальных изменений», является наименее сложной в плане использования испытуемыми умственных, временных и физических ресурсов и поэтому оказывает на испытуемых низкую информационную нагрузку. Сенсорная задача на обнаружение сигнала — «да—нет», по выделенным объективным характеристикам, оказывает наиболее высокую информационную нагрузку и поэтому требует максимального приложения усилий и ресурсов, а сенсорная задача «Метод констант» является средней по уровню информационной нагрузки.

В пятом параграфе рассматриваются когнитивные стили (КС) как интериндивидуальные детерминанты выполнения сенсорных задач.

Наиболее распространенным является определение КС как индивидуальных особенностей процессов приема и переработки информации человеком, устойчиво проявляющихся при решении им познавательных задач (Witkin et al., 1954; Ragan et al., 1979; Fordet al., 2002; Hough, 2005 и др.). T.B. Корнилова и Г.В. Парамей сделали существенное дополнение в данное определение, подчеркнув, что эти особенности процессов оперирования информацией проявляются в ситуации неопределенности (Корнилова, Парамей, 1987). Разные авторы описывают следующие стилевые критерии: 1) КС связаны скорее с формой, чем с содержанием процессов обработки информации; 2) КС может быть оценено с использованием психометрических методов; 3) КС является устойчивой во времени характеристикой; 4) КС — биполярное измерение.

Особо отмечается исследовательский подход, основанный на расщеплении полюсов когнитивных стилей, который позволяет рассматривать КС как квад-риполярное измерение (Холодная, 2002).

Концептуальный статус когнитивных стилей в отечественной психологии рассматривается через сравнительный анализ конструктов «когнитивный стиль» и «индивидуальный стиль деятельности» (ИСД) (B.C. Мерлин, А.Е. Климов). Анализ категорий КС и ИСД показывает, что конструкт КС находится в соподчинении к конструкту ИСД, поскольку КС характеризует ориентировочные и гностические действия, которые входят в качестве компонентов в общую структуру целостной деятельности (Мерлин, 1986; Кочетков, Скотникова, 1993).

Далее в данном параграфе описывают взгляды разных исследователей на функциональное значение КС. Отмечается, что наиболее распространенным является представление о функциональном значении КС как об актуализации познавательной структуры (или когнитивной схемы в понимании У. Найссера), входящей в познавательную сферу личности в виде ее подсистемы, опосредующей протекание процессов оперирования информацией (Witkin et al., 1954; Ragan et al., 1979 и др.). Рассматриваются взгляды представителей школы «New Look», считавших, что функция КС заключается в обеспечении адаптивной из-

бирательности и направленности на удовлетворение потребностей индивида в зависимости от требований среды.

Выделяется подход известного отечественного исследователя М.А. Холодная, рассматривающий КС в качестве индикаторов сформированности (т.е. готовности к определенного рода функционированию) психических механизмов, отвечающих за процессы переработки информации. В контексте данного подхода КС получают статус метакогнитивных способностей, проявлением которых является то, что называют особенностями стилевого поведения (Холодная, 1992, 1996,2002).

Особое внимание уделяется идеям о функциональном значении КС, выдвинутым А.Г. Асмоловым в русле системно-деятельностного подхода. С его точки зрения, природа когнитивных стилей заключается в том, что они относятся к «индивидным, "безличным" предпосылкам развития личности» (Асмо-лов, 1986, с. 22). А.Г. Асмолов относит КС к инструментальным проявлениям индивидуальности, поскольку они представляют собой «средства», «психологические орудия» (по Л.С. Выготскому) при помощи которых субъект овладевает проблемными ситуациями. Таким образом, согласно идеям А.Г. Асмолова когнитивные стили являются стилями-средствами, включенными в установочную регуляцию познавательной деятельности человека, и их функциональное значение заключается в обеспечении устойчивости индивидуальности (Осмолов, 1986).

Далее проводится анализ роли операциональных установок как структурных компонентов КС при решении познавательных задач. Анализируются работы Е.Т. Соколовой, рассматривающей психологическое содержание когнитивного стиля как ключевого в проблеме «личность—познавательные процессы». Используя гипотезу об иерархической структуре системы установок А.Г. Асмолова (1979), она подчеркивает, что КС могут пониматься как система установок операционального уровня, реализуя в деятельности характерные для субъекта способы решения познавательных задач {Соколова, 1977, 1987). В ходе проводимого анализа обращается внимание на то, что операциональные установки, как правило, действуют в стандартных, строго детерминированных ситуациях, полностью определяя работу «плана поведения» (Узнадзе, 2001; Ас-молов, 2002). Особо отмечается, что одним из механизмов, лежащих в основе фиксированной установки, является вероятность появления сигнала.

Далее мы описываем те КС, которые используются в нашем исследовании.

Стиль «полезависимость/поленезависимость (ПНЗ/ПЗ)» впервые был описан Генри Уиткиным при изучении индивидуальных различий в пространственной ориентации, где было показано, что ПЗ-испытуемые полагаются на внешнее поле и с большим трудом преодолевают его влияние, в следствие чего для решения задачи им требуется много времени. В отличие от них ПНЗ-испытуемые легко преодолевают влияние контекста ситуации за счет способности выделять в ситуации отдельные элементы, и, следовательно, воспринимать ее структурировано. Экспериментально была установлена склонность ПНЗ-испытуемых к более активному структурированию стимульного потока для выделения существенных его элементов при решении перцептивных задач; напротив, ПЗ-испытуемые, используют более пассивные операции при оперировании

стимульным потоком, так как он не разделяется ими на отдельные элементы (Кочетков, Скотникова, 1993). В ряде работ были показано, что ПНЗОиспытуемые по сравнению с ПЗ-испытуемыми имеют преимущество в использовании более оптимальных и продуктивных стратегий переработки информации (Кочетков, Скотникова, 1993). Существуют надежные данные, что поленезависимые, по сравнению с полезависимыми, успешнее выполняют пороговые задачи за счет выработки рациональных и гибких, а потому более эффективных стратегий, которые позволяют активнее переструктурировать ситуацию при решении задач зрительного и слухового различения, тактильного и зрительного подравнивания (Скотникова, 2003; 2004). Также показано, что мобильные поленезависимые испытуемые при зрительном различении временных интервалов дают большее количество правильных ответов (Головина, 2004).

Стиль «Гибкость/ригидность познавательного контроля» характеризует степень субъективной трудности в смене способов переработки информации в ситуации когнитивного конфликта. Ригидный познавательный контроль свидетельствует о наличии трудностей в переходе от вербальных функций к сенсорно-перцептивным в силу низкой степени их автоматизированности. Гибкий познавательный контроль свидетельствует об относительной легкости перехода к сенсорно-перцептивным в силу высокой степени их автоматизированности (За-левский, 2007; Корнилова, Парамей, 1989; Либин, 1999; Зинченко, 2000; Холодная, 2002; Jonassen, Grabowski, 1993).

Особо выделяется подход, предложенный Г.В. Залевским, к изучению данного КС через анализ структуры ригидного действия (Залевский, 2007). Ведущим уровнем в концепции Г.В. Залевского является цель действия, а соподчиненным — уровень средств, позволяющих достичь поставленной в задаче цели (Залевский, 2007).

Анализируются данные, что у «гибких» испытуемых, по сравнению с «ригидными», в процессе решения зрительных и слуховых пороговых сенсорных задач, изменения критерия принятия решения наблюдателя более адекватны условиям задачи (Бардин, Войтенко, 1986; Кочетков, Скотникова, 1993; Скотникова, 2003). Имеются данные о межгрупповых различиях в формировании сенсорного пространства (Бардин, Баша, Войтенко, 1986\ Бардин, 1990).

Стиль «импульсивность/рефлективность» характеризует индивидуальные различия в скорости и точности предварительного анализа информации при принятии решения в ситуации неопределенности. Установлено, что импульсивные испытуемые (по сравнению с рефлективными), склонны к быстрому реагированию в ситуации неопределенности, множественного выбора, гипотезы выдвигаются ими без анализа всех возможных альтернатив, они реже обращаются к стимулу-эталону, у них снижена способность к анализу собственных ошибок (Корнилова, Парамей, 1989; Холодная, 2002; Ragan et al., 1979; Jonassen, Grabowski, 1993; Brown, 1994; Jones, 1997 и др.). Также обнаружены характерные различия в продуктивности используемых стратегий зрительного поиска, которые выражаются в анализе альтернативных решений и внимании к структуре воспринимаемых стимулов (Кочетков, Скотникова, 1993; Холодная, 2002). Существуют данные о межгрупповых различиях по скорости принятия реше-

ния, субъективной уверенности в нем, уровне сенсорной чувствительности (Кочетков, Скотникова, 1993; Скотникова, 1998; 2003,2003).

В шестом параграфе излагаются выводы по первой главе.

Вторая глава — «Вклад когнитивно-стилевых особенностей личности в сенсорное исполнение задач с разным уровнем информационной нагрузки: экспериментальное исследование» посвящена описанию методики и результатов экспериментального исследования.

Первый параграф посвящен изложению целей, задач и гипотез исследования.

Второй параграф посвящен изложению методики экспериментального исследования. В нем приняло участие 103 испытуемых (26 мужчин и 77 женщин).

В диагностический блок вошли методики: «Тест включенных фигур» Г. Уиткина, тест словесно-цветовой интерференции Дж. Струпа, «Тест сходных фигур» Дж. Кагана; методика «Корректурная проба Бурдона» использовалась для диагностики свойств внимания.

В экспериментальный блок вошли три сенсорные задачи с разным уровнем информационной нагрузки.

Сенсорная задача с низким уровнем информационной нагрузки (метод минимальных изменений, измерение разностного порога в ситуации иллюзии Мюллера—Лайера) предполагала сравнение стандартного (стрела с наконечниками наружу) и переменного (стрела с наконечниками внутрь) стимулов по длине, используя три категории ответов испытуемого — «меньше», «равно» и больше». Переменные стимулы предъявлялись восходящими и нисходящими рядами, по 10 проб в каждом. Всего испытуемым было предъявлено 20 восходящих и 20 нисходящих рядов.

Сенсорная задача со средним уровнем информационной нагрузки (метод констант, ситуация дифференциального порога — МК), целью которой было сравнение длительностей двух последовательно предъявляемых звуковых сигналов, используя три категории ответов («первый стимул больше», «стимулы равны» и «первый стимул меньше». Длительность стандартного стимула — 900 мс, длительность пяти переменных стимулов, предъявлявшихся случайно, — 600, 750, 900, 1050 и 1200 мс. Место стандартного и переменного стимула в паре также менялось в случайном порядке. Каждый стимул предъявлялся по 30 раз. Три серии опыта отличались инструкциями испытуемому (нейтральная, либеральная, жесткая - направлены на использование ответов «равно»), изменявшими стратегии принятия решения при сравнении длительностей стимулов.

Сенсорная задача с высоким уровнем информационной нагрузки (метод «да—нет») целью которой было обнаружение сигнального стимула (L) на фоне шума (R). Стимульный паттерн представлял собой две колонки текстовых элементов по 3 элемента в каждой, разделенной вертикальной линией. В сигнальном стимуле местоположение целевой буквы (L) случайным образом менялось от пробы к пробе — он мог появляться в любом из шести знакомест сигнального паттерна. Сигнальные и шумовые стимулы предъявлялись в случайном порядке, при этом априорная вероятность предъявления сигнальных проб в опыте — P(S), изменялась от серии к серии в пределах от 0,1 до 0,9.

Все методики были реализованы на персональном компьютере.

Третий и четвертый параграфы посвящены способам статистической обработки данных и анализа результатов.

Пятый параграф посвящен изложению результатов.

Вначале мы описывали различия в выполнении сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки при выделении когнитивно-стилевых особенностей с помощью медианы.

Фактор «Полезависимость/поленезависимость». В задачах ММИ и МК не обнаружено достоверного влияния фактора «полезависимость/поленезависи-мость». При выполнении сенсорной задачи «да—нет» был установлен ряд межгрупповых различий в некоторых показателях эффективности выполнения данной задачи между ПНЗ- и ПЗ-испытуемыми. "Установлено, что в серии с P(S) = 0,9 ПНЗ-испытуемые используют менее строгий критерий принятия решения об обнаружении сигнала (F = 4,43; р = 0,04) и показывают более низкую сенсорную чувствительность (F = 10,20; р=0,002), чем ПЗ-испытуемые. Также обнаружено, что ПНЗ-испытуемые затрачивают меньше времени для обнаружения сигнальных стимулов по эксперименту в целом (F = 7,16; р=0,01).

При выполнении методики «Корректурная проба Бурдона» установлен ряд межгрупповых различий: ПНЗ-испытуемые, по сравнению с ПЗ-испытуемыми, быстрее выполняют эту методику (F = 4,56; р=0,04), лучше распределяют внимание (F = 3,67; р=0,06), но больше утомляются (F = 3,63; р=0,06).

Фактор «Гибкий/ригидный познавательный контроль». При выполнении сенсорной задачи ММИ был установлено, что «гибкие» испытуемые показывают более низкие, по сравнению с «ригидными» испытуемыми, значения нижнего дифференциального порога (F = 3,08; р=0,08), значения точки субъективного равенства как субъективного эквивалента эталона (F = 3,32; р=0,07) и константной ошибки как меры расхождения между субъективным и реальным эталоном статистически достоверно (F = 4,42, р=0,04). У «гибких» испытуемых менее выражена иллюзия Мюллера—Лайера, так как они способны оценивать переменный стимул как равный эталону. «Гибкие» испытуемые при сравнении физических различий между стандартным и переменным стимулами используют более объективные оценки, то есть они лучше преодолевают контекст ситуации.

При выполнении сенсорной задачи МК не обнаружено достоверного влияния фактора «Гибкий/ригидный познавательный контроль».

При выполнении сенсорной задачи «да—нет» было установлено, что «гибкие» испытуемые используют более строгий критерий принятия решения в сериях с низковероятным предъявлением сигнальных стимулов P(S) = 0,1 и 0,3 (F = 10,03, р=0,002; F = 7,93; р=0,006, соответственно) и равновероятным P(S) = 0,5 (F = 5,22; р=0,024), по сравнению с «ригидными». Также «гибкие» испытуемые медленнее обнаруживают сигнальные стимулы по опыту в целом (F = 3,48; р=0,06), чем «ригидные» испытуемые.

При выполнении методики «Корректурная проба Бурдона» установлено, что «ригидные» испытуемые, по сравнению с «гибкими» испытуемыми, обнаруживают тенденцию чаще ошибаться при выделении нецелевых букв в разных сериях данной методики (F = 3,38; р=0,07). То есть, «ригидные» испытуемые имеют выраженную тенденцию к худшей концентрации внимания.

Фактор «Импульсивность/рефлективность». В задачах ММИ и МК не обнаружено достоверного влияния фактора «импульсивность/рефлективность». При выполнении сенсорной задачи «да—нет» был установлено, что рефлективные испытуемые, по сравнению с импульсивными, показывают более высокую сенсорную чувствительность во всех сериях Р(Б) = 0,1; 0.3; 0,5; 0,7 и 0,9 (Б = 6,157, р=0,02; Р = 6,306, р=0,02; Б = 4,336, р=0,04; И = 9,299, р=0,003; Р = 12.369, р=0,001, соответственно). Также установлено, что рефлективные испытуемые, по сравнению с импульсивными испытуемыми, используют более строгий критерий принятия решения во всех экспериментальных сериях Р(Б) = 0,1; 0,3; 0,5; 0,7 и 0,9 (Б = 5,58, р=0,021; Б = 12,19, р=0,001; Б = 9,79, р=0,003; Р = 9,14, р=0,004; Р = 13,19, р=0,001, соответственно). Также обнаружено, что в сериях с разной априорной вероятностью (ВР-0,3; ВР-0,5; ВР-0,7; ВР-0,9 и ВР-общее) импульсивные испытуемые, по сравнению с рефлективными испытуемыми, тратили меньше времени на принятие решение об обнаружении сигнала (р=0,08; р=0,02; р=0,02; р=0,04 и р=0,05, соответственно).

При выполнении методики «Корректурная проба Бурдона» установлено, что импульсивные испытуемые, по сравнению с рефлективными испытуемыми, имеют преимущественную установку на скорость, а не на точность поиска целевых букв в разных сериях данной методики (Р = 4,08; р=0,05).

Далее мы описываем различия в выполнении сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки при более дифференцированном выделении когнитивно-стилевых особенностей испытуемых с помощью процедуры кластерного анализа — квадриполярное разделение испытуемых (по М.А. Холодной).

Фактор «Полезавиашостъ/поленезависимость». При выполнении сенсорной задачи ММИ были установлены следующие внутригрупповые различия. Фиксированные ПНЗ, по сравнению с мобильными ПНЗ, показывают более низкие значения нижнего и верхнего дифференциальных порогов (НЗР, р=0,05), а также более низкие величины субъективного эталона (Р = 2,71, р=0,049; НЗР, р=0,05) и константной ошибки (Р = 2,74, р=0,048; НЗР, р=0,05) как меры его расхождения с реальным. Исходя из чего мы можем считать, что у фиксированных ПНЗ менее выражена иллюзия Мюллера—Лайера, они способны оценивать переменный стимул как равный эталону.

При выполнении сенсорной задачи МК обнаружено, что мобильные ПНЗ в целом показывают более низкую сенсорную чувствительность в серии с нейтральной инструкцией, по сравнению с фиксированными ПНЗ и мобильными ПЗ (НЗР, р=0,05). Также обнаружено, что фиксированные ПНЗ более точно различают длины стандартного и переменного стимулов в серии с либеральной инструкцией, по сравнению с мобильными ПЗ (НЗР, р=0,05). Значения субъективного эталона (НЗР, р=0,05) и константной ошибки как меры его расхождения с реальным (НЗР, р=0,05), у фиксированных ПНЗ более низкие, чем у мобильных ПЗ (НЗР, р=0,05).

При выполнении сенсорной задачи «да—нет» мы обнаружили, что фиксированные ПНЗ и мобильные ПНЗ испытуемые, по сравнению с фиксированными ПЗ и мобильными ПЗ испытуемыми, показывают более низкую сенсорную чувствительность в серии с Р(8) = 0,9 (НЗР, р=0,05) (см. рис. 1). Как видно из

рисунка 1, тенденция к более низкой сенсорной чувствительности у фиксированных ПНЗ и мобильных ПНЗ, по сравнению с фиксированными ПЗ и мобильными ПЗ, наблюдалась на протяжении всех экспериментальных серий и в серии с P(S) = 0,9 достигла уровня значимых различий. Также мы установили, что мобильные ПНЗ, по сравнению с мобильными ПЗ, в данной серии использовали более либеральный критерий принятия решения об обнаружении сигнала (НЗР, р=0,05). Как видно из рисунка 2, тенденция использовать более либеральный критерий принятия решения у фиксированных ПНЗ и мобильных ПНЗ, по сравнению с фиксированными ПЗ и мобильными ПЗ, наблюдалась на протяжении всего эксперимента в целом. Хотим отметить, что использование мобильными ПНЗ более либерального критерия в серии с P(S) = 0,9 является более оптимальным, с точки зрения высокой частоты появления сигнального стимула.

Рис. 2. Изменение строгости критерия принятия решения (показатель Yes Rate) у фиксированных ПНЗ, мобильных ПНЗ, фиксированных ПЗ и мобильных ПЗ в сериях с разными априорными вероятностями P(S)

Рис. 1. Изменение величины сенсорной чувствительности (индекс А') у фиксированных ПНЗ, мобильных ПНЗ, фиксированных ПЗ и мобильных ПЗ в сериях с разными априорными вероятностями Р(Б)

Мы установили, что в большинстве экспериментальных серий скорость моторного ответа (показатели ВР) у мобильных ПНЗ и фиксированных ПНЗ меньше, чем у фиксированных ПЗ (НЗР, р=0,05).

При выполнении методики «Корректурная проба Бурдона» мы обнаружили, что ФПНЗ-испытуемые, по сравнению с МПНЗ-испытуемыми, имеют менее устойчивое внимание (Б = 2,32; р=0,09; НЗР р=0,05).

Фактор «Гибкий/ригидный познавательный контроль». При выполнении сенсорных задач «Метод минимальных изменений», «Метод констант», «да— нет» и методики «Корректурная проба Бурдона» между четырьмя группами испытуемых не было установлено статистически значимых различий ни в каких показателях сенсорного исполнения.

Фактор «Импульсивность/рефлективность». При выполнении сенсорной задачи ММИ нами были установлены следующие межгрупповые и внутригруп-повые различия. Медленные/точные испытуемые, по сравнению с быстрыми/точными, медленными/неточными и быстрыми/неточными, показывают более низкие значения нижнего и верхнего дифференциальных порогов (F = 2,57, р=0,06; НЗР, р=0,05), а также более низкие величины субъективного эталона (F = 3,00, р=0,03; НЗР, р=0,05) и константной ошибки (F = 2,876, р=0,04; НЗР р=0,05) как меры расхождения субъективного эталона с реальным. Исходя из этого, мы можем считать, что у медленных/точных испытуемых менее выражена иллюзия Мюллера—Лайера, то есть они лучше преодолевают контекст ситуации.

При выполнении сенсорной задачи МК мы обнаружили, что быстрые/точные испытуемые, по сравнению с и испытуемыми из групп медленные/неточные, медленные/точные и быстрые/неточные, показывают более высокие верхние и нижние дифференциальные пороги в серии с жесткой инструкцией (F = 4,65, р=0,004; НЗР, р=0,05). Также мы установили, что быстрые/точные испытуемые в целом показывают более низкую сенсорную чувствительность в серии с жесткой инструкцией, по сравнению с медленными/неточными испытуемыми (НЗР, р=0,05). Также мы обнаружили, что в данной серии быстрые/неточные испытуемые показывают более низкие значения субъективного эталона и константной ошибки как меры его расхождения с реальным эталоном (F = 3,49, р=0,019; НЗР, р=0,05), по сравнению с испытуемыми из групп быстрые/точные и медленные/неточные.

При выполнении сенсорной задачи «да—нет» мы установили, что быстрые/неточные испытуемые, по сравнению с медленными/неточными и медленными/точным испытуемыми, имеют пониженную сенсорную чувствительность во всех сериях с разными априорными вероятностями (P(S) = 0,1; 0,3; 0,5; 0,7 и 0,9) (НЗР, р=0,05; НЗР, р=0,05; НЗР, р=0,05; F = 2,68, р=0,051, НЗР, р=0,05; F = 4,76, р=0,004; НЗР, р=0,05, соответственно) (см. рис. 3).

Также мы обнаружили, что медленные/неточные испытуемые по сравнению быстрыми/точными и быстрыми/неточными испытуемые, в серии с априорной вероятностью P(S) = 0,3 использовали более строгий критерий принятия решения (F = 2,41, р=0,07; НЗР, р=0,05). В сериях с априорной вероятностью P(S) = 0,7 и 0,9 быстрые/неточные испытуемые, по сравнению с медленными/неточными и медленными/точными испытуемыми, использовали менее строгий критерий принятия решения (F = 2,94, р=0,037; НЗР р= 0,05 и F = 3,86, р=0,012 соответственно) (см. рис. 4). Обращает на себя внимание тот факт, что в целом при выполнении данной сенсорной задачи строгость критерия принятия решения у быстрых/неточных испытуемых была ниже, чем у быстрых/точных (F = 2,21, р=0,063; НЗР, р=0,05). Также нами установлено, что медленные/точные испытуемые во всех экспериментальных сериях с разными априорными вероятностями (P(S) = 0,1; 0,3; 0,5; 0,7 и 0,9) (НЗР, р=0,05; F = 3,31, р=0,023; F = 2,76, р=0,046, НЗР, р=0,05; F = 3,02, р=0,034, НЗР, р=0,05; НЗР, р=0,05; F = 3,02, р=0,033, соответственно) медленнее давали моторный ответ, по сравнению с испытуемыми из групп быстрые/точные, медленные/неточные и быстрые/неточные.

Рис. 3. Изменение сенсорной чувствительности (индекс А') у быстрых/точных, медленных/неточных, медленных/точных и быстрых/неточных испытуемых в задаче «да— нет»

Рис. 4. Изменение строгости критерия принятия решения (показатель Yes Rate) у быстрых/точных, медленных/неточных, медленных/точных и быстрых/неточных испытуемых в задаче «да—нет»

При выполнении методики «Корректурная проба Бурдона» мы обнаружили, что устойчивость внимания выше у быстрых/точных испытуемых (F = 2,55, р=0,07, НЗР, р=0,05), а также медленнее выполняют поиск целевых букв в разных сериях данной методики (НЗР, р=0,05), по сравнению с быстрыми/неточным. Мы обнаружили, что быстрые/неточные испытуемые имеют выраженную тенденцию к худшей концентрации внимания, по сравнению с быстрыми/точными и медленными/неточными испытуемыми (F = 3,51, р=0,023, НЗР, р=0.05). Также мы установили, что медленные/точные испытуемые при поиске целевых букв в разных сериях данной методики лучше распределяли внимание (F = 3,46, р=0,024, НЗР, р=0.05), но и больше утомлялись (НЗР, р=0.05), по сравнению с быстрыми/точными, медленными/неточными и быстрыми/неточными.

Третья глава — «Когнитивно-стилевые особенности различения/обнаружения сигнала: обсуждение результатов» посвящена обсуждению результатов исследования.

В первом параграфе обсуждается влияние фактора «полезависи-мость/поленезависимость» на эффективность выполнения задач с разным уровнем информационной нагрузки.

При обсуждении различий при выполнении сенсорной задачи с низким уровнем информационной нагрузки (задача ММИ) как наиболее эффективная выделяется группа фиксированных ПНЗ, а как наименее эффективная — группа мобильных ПНЗ. Особо подчеркивается, что различия между сравниваемыми группами могут быть обусловлены эффектом мобильности (сдвига) стилевых свойств, который мы понимаем, как способность переходить на полезависимый способ поведения, предполагающий большую зависимость от перцептивного

контекста (\Vitkin, Goodenough, 1976; Холодная, 2002). Вслед за некоторыми авторами (см., например, Кочетков, Скотникова, 1993; Скотникова, 2003), мы также полагаем, что мобильные ПНЗ при переходе с поленезависимого на поле-зависимый способ анализа сенсорной информации, перестают использовать активные стратегии переработки информации и начинают использовать более пассивные, что снижает их эффективность. Также мы предполагаем, что фиксированные ПНЗ и мобильные ПНЗ имеют по-разному организованную операциональную структуру действия по различению сигналов, которая сопровождается актуализацией разных установок операционального уровня. У фиксированных ПНЗ при выполнении сенсорной задачи с низким уровнем информационной нагрузки актуализируется более адекватная ее условиям «готовность к определенному способу реагирования» (Асмолов, 2002, с. 138), которая снижает существующую сенсорную неопределенность и позволяет фиксированным ПНЗ более адекватно и эффективно решать данную задачу.

При обсуждении различий при выполнении сенсорной задачи со средним уровнем информационной нагрузки (задача МК) как наиболее эффективная выделяется группа фиксированных ПНЗ, а как наименее эффективные — мобильные ПНЗ и мобильные ПЗ. Отмечается, что при выполнении данной задачи особое значение имеет тип инструкции, который требует от испытуемых изменения стратегии сенсорного различения в каждой серии, что отражается в закономерном увеличении дифференциального порога (либеральная инструкция) и в его снижении (жесткая инструкция). Проведенный нами анализ данных показал, что в группе фиксированных ПНЗ изменение значений дифференциального порога в трех сериях отражает соответствующие изменение стратегий выполнения сенсорной задачи, а в группе мобильных ПНЗ — не отражает. Меньшую эффективность мобильных ПНЗ мы также (как и в случае сенсорной задачи МММ) связываем с эффектом мобильности стилевых свойств, при котором они перестают использовать активные стратегии сенсорного различения и начинают использовать более пассивные. Также мы можем предполагать, что операциональная структура действия по различению звуковых сигналов в разных сериях формируется под влиянием разных установок операционального уровня: более адекватных условиям серий с нейтральной, либеральной и жесткой инструкцией у фиксированных ПНЗ и менее адекватных у мобильных ПНЗ и мобильных ПЗ.

При обсуждении различий при выполнении сенсорной задачи с высоким уровнем информационной нагрузки (задача «да—нет») как наиболее эффективные выделяются ПНЗ-испытуемые (фиксированные ПНЗ и мобильные ПНЗ), а как наименее эффективные — ПЗ-испытуемые (фиксированные ПЗ и мобильные ПЗ). Различия по ВР, как динамическому (скоростному) показателю процесса обнаружения сигнала, между сравниваемыми группами обусловлены использованием разных стратегий анализа информации: более активных ПНЗ- и более пассивных ПЗ-испытуемыми. Более высокая скорость нахождения сигнального стимула испытуемыми, относящимися к полюсу поленезависимости, подтверждается результатами, полученными нами по методике «Корректурная проба Бурдона»: ПНЗ-испытуемые имеют более высокую скорость нахождения целевых букв в разных сериях данной методики.

Пониженная сенсорная чувствительность в серии с высоковероятным предъявлением сигнальных стимулов у ПНЗ-испытуемых (фиксированных ПНЗ и мобильных ПНЗ), по сравнению с ПЗ-испытуемыми (фиксированными ПЗ и мобильными ПЗ) может быть связана как с использованием активных стратегий переработки и анализа информации, так и свидетельствовать о снижении доступности ресурсов. Мы полагаем, что в этой серии увеличение нагрузки на используемые ресурсы может быть связано с тем, что фиксированным ПНЗ и мобильным ПНЗ чаще и быстрее приходилось принимать решение о том, содержала ли проба сигнальный стимул или нет, что согласуется с имеющимися данными (см., например, Parasuraman, 1985; Parasuraman et ai, 1987). Увеличение нагрузки на используемые ресурсы в данной серии также подтверждается данными о распределении и внимания и большем утомлении у ПНЗ-испытуемых (фиксированных ПНЗ и мобильных ПНЗ), по сравнению с ПЗ-испытуемыми (iфиксированными ПЗ и мобильные ПЗ).

При выполнении серии с высоковероятным предъявлением сигнальных стимулов ПЗ-испытуемые (фиксированные ПЗ и мобильные ПЗ), по сравнению с ПНЗ-испытуемыми (фиксированными ПНЗ и мобильными ПНЗ), используют более строгий критерий принятия решения, на основании которого выполняются операции оценки различия текущего сенсорного эффекта от действующего стимула с сенсорными эталонами в памяти. Обращаем внимание менее строгий критерий принятия решения у ПНЗ-испытуемых (фиксированных ПНЗ и мобильных ПНЗ) соответствует условиям данной серии. Следовательно, мы можем выдвинуть предположение, что ПНЗ-испытуемые (фиксированные ПНЗ и мобильные ПНЗ) лучше, чем ПЗ-испытуемые (фиксированные ПЗ и мобильные ПЗ), реагируют на такое важное изменение условий задачи, как априорная вероятность, что согласуется с существующими данными о том, что ПНЗ является детерминантой более адекватного восприятия условий задачи (Stone, 1979).

Также мы выдвигаем предположение, что в процессе выполнения серии с высоковероятным предъявлением сигнальных стимулов операциональная структура действия у испытуемых сравниваемых групп формируется под влиянием разных установок операционального уровня: более адекватных у ПНЗ-испытуемых (фиксированных ПНЗ и мобильных ПНЗ) и менее адекватных у ПЗ-испытуемых (фиксированных ПЗ и мобильных ПЗ).

Во втором параграфе обсуждается влияние фактора «гибкость/ригидность познавательного контроля» на эффективность выполнения задач с разным уровнем информационной нагрузки.

При обсуждении различий при выполнении сенсорной задачи с низким уровнем информационной нагрузки (задача ММИ) как наиболее эффективная выделяется группа «гибких» испытуемых, которые более точно оценивали переменный стимул как равный эталонному, что привело к меньшей его переоценке и, соответственно, менее выраженной иллюзии Мюллера—Лайера, по сравнению с «ригидными» испытуемыми. Соответственно, полученные нами данные также свидетельствует о том, что «гибкие» испытуемые менее склонны изменять свой ответ, вызванный предвосхищением изменения ощущений в восходящих и нисходящих рядах стимулов, по сравнению с «ригидными» испы-

туемыми. Из чего мы выдвигаем предположение о меньшей выраженности влияния операциональной установки у «гибких» испытуемых.

При обсуждении различий при выполнении сенсорной задачи с высоким уровнем информационной нагрузки (задача «да—нет») как наиболее эффективная выделяется группа «гибких» испытуемых. Различия по ВР между испытуемыми сравниваемых групп обусловлены более глубоким уровнем переработки сенсорной информации у «гибких»: они затрачивают больше времени на обнаружение сигнала. Использование «гибкими» испытуемыми более оптимального критерия принятия решения в сериях с низковероятным и равновероятным предъявлением сигнальных стимулов связано с тем, что они лучше реагируют на изменение такого важного условия решения сенсорной задачи, как априорная вероятность, в соответствии с которым легче преобразуют способ действия в изменившихся условиях (Бардин, Войтенко, 1986; Кочетков, Скотникова, 1993; Скотникова, 1998, 2002, 2003). По нашему мнению, более эффективное выполнение серий с низковероятным и равновероятным предъявлением сигнальных стимулов может быть связано с актуализацией у «гибких» и «ригидных» испытуемых разных установок операционального уровня (Асмолов, 2002). Согласно имеющимся данным (см., например, Либин, 1999; Холодная, 2002; Скотникова, 2003; Лпа.^еп, СгаЬомяЫ, 1993 и др.), «гибкие» испытуемые склонны варьировать способы действия при изменении условий выполнения задачи. Вслед за К.В. Бардиным и Т.П. Войтенко мы можем предположить, что у «ригидных» испытуемых, которые испытывают затруднения в выборе другого способа действия, соответствующего изменившимся условиям, сохраняется старый, привычный способ действия, что может сопровождаться актуализацией фиксированных установок операционального уровня.

В третьем параграфе обсуждается влияние фактора «импульсивность/рефлективность» на эффективность выполнения задач с разным уровнем информационной нагрузки.

При обсуждении различий при выполнении сенсорной задачи с низким уровнем информационной нагрузки (задача ММИ) как наиболее эффективная выделяется группа медленных/точных испытуемых, которые менее подвержены возникновению иллюзии Мюллера—Лайера, по сравнению с быстрыми/точными, быстрыми/неточными и медленными/неточными. Использование систематических стратегий предварительного анализа сенсорной информации (многократная проверка и уточнение гипотез на этапе предварительного анализа информации, более активное обращение к эталону-примеру) и выделение во входящей информации отдельных элементов (Либин, 1999; Зинченко, 2000; Холодная, 2002; Ragan е/ а!., 1979; Уояамеи, СгаЬом$к1, 1993 и др.) позволяют медленным/точным лучше дифференцировать свои сенсорные впечатления в ситуации зрительной иллюзии, а также лучше преодолевать перцептивный контекст, создаваемый направлением стрелок у стимула-эталона и переменного стимула. Также полученные нами результаты свидетельствуют об актуализации у сравниваемых групп испытуемых разных операциональных установок: более адекватных ее условиям, которые позволяют снижать существующую сенсорную неопределенность и позволяет им более адекватно и эффективно решать данную задачу.

При обсуждении различий при выполнении сенсорной задачи со средним уровнем информационной нагрузки (задача МК) как наиболее эффективная выделяется группа медленных/неточных испытуемых, которые изменяют стратегии сенсорного различения в соответствии с типом инструкции, по сравнению с быстрыми/точными испытуемыми. В серии с либеральной инструкцией происходит небольшое увеличение дифференциального порога по сравнению с нейтральной серией (DL = 87,26 против DL = 82,05), что соответствует использованию более либеральных стратегий различения, а в серии с жесткой инструкцией происходит его значительное снижение (DL = 64,81). В группе быстрых/точных изменение дифференциального порога не отражает ожидаемой закономерности изменения стратегий сенсорного различения. Также мы выдвигаем предположение, что у сравниваемых групп испытуемых могут актуализироваться разные операциональные установки: более адекватные условиям серий с разными типами инструкций у медленных/неточных и менее адекватных у быстрых/точных.

При обсуждении различий при выполнении сенсорной задачи с высоким уровнем информационной нагрузки (задача «да—нет») как наиболее эффективная выделяется группа медленных/точных испытуемых, как наименее эффективные — быстрые/точные, быстрые/неточные и медленные/неточные. Различия по BP обусловлены более глубоким уровнем переработки сенсорной информации у медленных/точных: они затрачивают больше времени на обнаружение сигнала за счет тщательного и систематического анализа входящей сенсорной информации, что согласуется с данными других исследователей (см., например, Головина, 2004; Скотникова, 2003, 2008; Dickman, Meyer, 1988; Jones, 1997 и др.).

Пониженная сенсорная чувствительность импульсивных (быстрых/точных и быстрых/неточных) во всех экспериментальных сериях связана со свойственными им нерациональными стратегиями перцептивной и мыслительной деятельности: невнимательным, поверхностным анализом сенсорной информации (Messer, 1976 — цит.: Кочетков, Скотникова, 1993; Холодная, 2002). Также пониженная сенсорная чувствительность у быстрых/точных и быстрых/неточных может быть связана с расходованием усилий, направленных на задачу, рефлективные испытуемые в большей степени способны к мобилизации усилий (внимания) в процессе решения различных задач, чем импульсивные (Broadbent, 1977; Bush, Dweck, 1975, Zelniker, Jeffrey, 1979 — цит. по: Jones, 1997). Это объяснение находит подтверждение: импульсивные испытуемые (быстрые/точные и быстрые/неточные), в сериях с разными целевыми буквами показывали худшие результаты по концентрации и распределению внимания.

Мы полагаем, что использование более строгого критерия принятия решения у рефлективных (медленных/точных и медленных/неточных) испытуемых может выполнять функцию, компенсирующую их неуверенность в правильности принимаемого решения об обнаружении сигнала. В пользу подобного предположения свидетельствуют результаты, полученные И.Г. Скотниковой и Е.В. Головиной в экспериментах по пороговому различению временных интервалов (Кочетков, Скотникова, 1993, 1998, 2003; Головина, 2004). По-видимому,

в силу указанных выше стилевых особенностей рефлективных испытуемых, они, чтобы избежать вынесения ошибочного решения об обнаружении/необнаружении сигнал, оценивают больше сенсорных признаков и чаще обращаются к сенсорным эталонам сигнального и несигнального стимулов при анализе текущего сенсорного эффекта.

В заключении описывается анализ установленных межгрупповых различий в эффективности выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки с точки зрения формирования гипотетического функционального органа или функциональной воспринимающей системы (Ухтомский, 2002; Леонтьев, 1983), как специфического средства их решения. Формирование функционального органа в процессе решения сенсорных задач с низким и средним уровнем информационной нагрузки принципиально может отличаться включением/невключением кратковременной памяти для осуществления операций сравнения и оценки стимульных различий.

Полученные результаты позволяют нам выделить группы испытуемых с разной выраженностью стилевых особенностей, у которых обнаружены характерные преимущества по эффективности различения/обнаружения сигнала в процессе выполнения трех разных сенсорных задач — это фиксированные по-ленезависимые, «гибкие» и медленные/точные (наиболее рефлективные) испытуемые. По нашему мнению, именно использование рационального критерия фиксированными ПНЗ и «гибкими» испытуемыми может быть механизмом, объясняющим эффективность выполнения сенсорной задачи с высоким уровнем информационной нагрузки, поскольку изменение критерия принятия решения отражает именно изменение способа действия (Бардин, Войтенко, 1986). У медленных/точных механизмом, повышающим эффективность выполнения сенсорной задачи «да—нет» является повешенная сенсорная чувствительность.

Обращает на себя внимание тот факт, что наибольшее преимущество в эффективности выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки имеют испытуемые, у которых выражен эффект крайних значений, то есть максимально выраженная поленезависимость, гибкость и рефлективность. Поэтому можно предположить, что у них в процессе решения всех трех сенсорных задач формируются наиболее адекватные их условиям функциональные органы, как специфические средства их решения, объединяющие вклад как стимульных (объектных по своей природе), так и субъектных (когнитивно-стилевых) факторов.

1. Когнитивно-стилевые особенности испытуемых, выполняющих сенсорные задачи разным уровнем информационной нагрузки, являются компонентами функционального органа как специфического средства их решения, объединяющего когнитивные ресурсы испытуемых и соответствующего специфике условий выполняемых сенсорных задач.

2. Выраженность поленезависимости, «гибкости» и рефлективности определяет формировании адекватной условиям сенсорных задач операциональной структуры действия по различению/обнаружению сигналов, а также об актуализации более гибких установок операционального уровня.

3. Установлено влияние поленезависимости, гибкости познавательного контроля и рефлективности на эффективность выполнения пороговых сенсорных задач:

3.1. Поленезависимые, «гибкие» и рефлективные меньше подвержены возникновению иллюзии Мюллера—Лайера в задаче «Метод минимальных изменений». Испытуемые этих групп более эффективно различают длительности звуковых сигналов в задаче «Метод констант».

3.2. Поленезависимые и «гибкие» испытуемые использовали более оптимальный критерий принятия решения об обнаружении зрительного сигнала в задаче «да—нет».

3.3. Рефлективные испытуемые при выполнении задачи «да—нет» показали более высокую сенсорную чувствительность.

4. Наибольшее преимущество в эффективности выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки имеют испытуемые, у которых выражен эффект крайних значений, то есть максимально выраженная по-ленезависимость, гибкость и рефлективность. Мобильность стилевых свойств приводит к снижению эффективности выполнения сенсорных задач с низким и средним уровнем информационной нагрузки.

Основное содержание работы отражено в 2 публикациях общим объемом 1,2 п.л.

Публикации в изданиях, рекомендованных ВАК:

1. Чекапина А.И. Влияние гибкости/ригидности познавательного контроля на эффективность решения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки [Текст] / А.И. Чекапина, А.Н. Гусев // Вестник Московского государственного областного университета. Серия «Психологические науки». — 2008. — № 4. С. 3—10.

Публикации с других изданиях

2. Чекапина А.И. Внимание и автоматические виды обработки информации [Текст] / А.И. Чекапина // Теория деятельности: фундаментальная наука и социальная практика (к 100-летию А.Н. Леонтьева): материалы международной конференции 28—30 мая 2003 года / Москва: Факультет психологии МГУ им. М.В. Ломоносова, 2003. — С. 160—161.

На правах рукописи. Формат 60x84 1/16. Объем 1,4 п.л. Тираж 100 экз. Отпечатано ООО «Акрополь» 125009, Москва, Дегтярный пер., д. 5, стр 2

Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Чекалина, Ангелина Игоревна, 2008 год

Введение

Глава 1. Дифференциальная психофизика как исследователь- 10 екая парадигма интериндивидуальных различий эффективности различения/обнаружения сигнала

1.1. Развитие теоретических представлений психофизики: пере- 10 ход от объектной парадигмы к субъектной

1.2. Системно-деятельностный подход в дифференциальной 15 психофизике

1.3. Специфические особенности сенсорных задач и уровень 29 информационной нагрузки

1.4. Сравнительный анализ сенсорных задач

1.5. Когнитивные стили как интериндивидуальные детерминан- 45 ты выполнения сенсорных задач

1.5.1. Функциональное значение когнитивных стилей

1.5.2. Операциональные установки как структурные компонен- 54 ты когнитивных стилей

1.5.3. Когнитивные стили и различия в выполнении сенсорных 59 задач

1.6. Выводы по главе

Глава 2. Вклад когнитивно-стилевых особенностей личности 67 в сенсорное исполнение задач с разным уровнем информационной нагрузки: экспериментальное исследование

2.1. Цели и гипотезы исследования

2.2. Методика

2.3. Обработка результатов

2.4. Анализ результатов

2.5. Результаты 78 2.5.1. Различия в выполнении сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки при выделении когнитивностилевых особенностей с помощью медианы

2.5.2. Различия в выполнении сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки при выделении когнитивно-стилевых особенностей с помощью кластерного анализа

Глава 3. Когнитивно-стилевые особенности различения/обнаружения сигнала: обсуждение результатов

3.1. Влияние полезависимости/поленезависимости на эффектив- 104 ность выполнения задач с разным уровнем информационной нагрузки

3.2. Влияние гибкости/ригидности познавательного контроля на 115 эффективность выполнения задач с разным уровнем информационной нагрузки

3.3. Влияние импульсивности/рефлективности на эффективность 120 выполнения задач с разным уровнем информационной нагрузки Заключение 131 Выводы 135 Литература 137 Приложения

Введение диссертации по психологии, на тему "Когнитивно-стилевые особенности решения сенсорных задач"

Актуальность. В современной психофизике и когнитивной психологии ситуация обнаружения сигнала представляет собой модель для изучения процессов восприятия, принятия решения, бдительности. Однако, при всей значимости и разработанности так называемой объектной парадигмы в психофизике, как правило, за скобками остаётся целый класс субъектных детерминант: опыт, индивидуально-личностные особенности наблюдателя, его установки, мотивы, стратегии и способы выполнения такого рода задач. Как показывают многие работы, эта исследовательская парадигма становится ограниченной, в то время как учет указанных детерминант, несомненно, способен привести к повышению объяснительной силы и прогностичности соответствующих моделей. В последние десятилетия субъектная сторона обнаружения сигнала рассматривалась в работах отечественных психологов (К.В. Бардин, М.Б. Михалевская, И.Г. Скотникова, А.И. Худяков, А.Н. Гусев и др.), хотя они по-прежнему составляют малую долю всех исследований в данной области. В связи с этим нам представляется особо важным продолжить теоретико-эмпирические исследования, обеспечивающие возможность интеграции объектной и субъектной парадигм в психофизике в рамках системно-деятельностного подхода (А.Н. Леонтьев, А.Г. Асмолов), в явном виде перейдя от психофизики «чистых ощущений» к «психофизике сенсорных задач, поскольку позволяет рассматривать объектные и субъектные факторы в единстве, снимая тем самым оппозицию объектного и субъектного подходов в психофизике (Асмолов, Михалевская, 1974; Гусев, 2004, 2007; Скотникова, 2003). Имеющиеся разработки, выполненные в данной теоретико-методологической парадигме, касаются некоторых индивидуально-психологических и процессуальных сторон обнаружения сигнала (И.Г. Скотникова, А.Н.Гусев). Расширение рамок системно-деятельностного подхода за счет изучения роли дифференциально-психологических особенностей наблюдателя в процессе решения сенсорных задач нам представляется весьма актуальным.

Выполняемая наблюдателем сенсорная задача не только характеризуется специфической целью, но в процессе ее решения актуализируются только те возможности человека, которые необходимы для осуществления этой деятельности и соответствуют конкретным условиям, в которых эта задача осуществляется. То есть, в процессе выполнения сенсорной задачи у субъекта формируется функциональный орган (Ухтомский, 2002) или функциональная воспринимающая система {Леонтьев, 1983) как специфическое средство ее решения. Функциональный орган соответствует решаемой человеком задаче в целом и выступает как системное образование, который целесообразно рассматривать как одну из основных единиц функционального анализа сенсорной задачи {Гусев, 2004). Сама задача порождает временную структуру, объединяющие разнообразные ресурсы человека и которая соответствует ее специфике и индивидуальным особенностям субъекта, обеспечивает целесообразность, продуктивность и адаптивный характер деятельности человека.

Когнитивные стили как интериндивидуальные детерминанты различий в показателях эффективности выполнения сенсорных задач были обозначены К.В. Бардиным в рамках обсуждения вопроса о выделении дифференциальной психофизики как «.особого научного направления» {Бардин, 1990, с. 134). Однако, работ выполненных в этом русле, до сих пор крайне мало, практически отсутствуют сколько-нибудь целостные модельные представления о психологических механизмах влияния когнитивных стилей на эффективность выполнения сенсорно-перцептивных задач. Поэтому дальнейшая работа по накоплению эмпирических фактов при исследовании традиционных для экспериментальной психологии процессов различения/обнаружения/опознания/локализации сенсорных сигналов и их интерпретации в контексте теоретических представлений современной когнитивной психологии, рассматривающей роль индивидуально-психологических различий в познавательном поведении личности, является важным и перспективным. Более того, на наш взгляд, значительный и далеко не востребованный современными психологами теоретический задел деятельностного подхода задает весьма продуктивные рамки для методологического и теоретического осмысления фактов о различного рода проявлениях активности личности в решении познавательных задач.

Цель исследования — оценить влияние когнитивных стилей (полезави-симость/поленезависимость, гибкость/ригидность познавательного контроля, импульсивность/рефлективность) на эффективность выполнения сенсорных задач.

Основная гипотеза исследования: при решении сенсорных задачах с разным уровнем информационной нагрузки формируется специфическое средство их решения — функциональный орган, компонентами которого являются когнитивно-стилевые особенности испытуемых и условия сенсорных задач.

В соответствии с главной целью и основной гипотезой исследования были поставлены следующие задачи.

1. Проанализировать операциональную структуру и специфические особенности сенсорных задач с целью сравнительного анализа их информационной нагрузки на человека.

2. Изучить возможные механизмы влияния когнитивных стилей на эффективность выполнения сенсорных задач.

3. Экспериментально изучить влияние когнитивных стилей полезависи-мость/поленезависимость, гибкость/ригидность познавательного контроля и импульсивность/рефлективность на эффективность выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки.

Объект исследования — процесс решения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки.

Предмет исследования — когнитивно-стилевые особенности личности как детерминанты эффективности решения сенсорных задач.

Теоретико-методологическую основу исследования составляют разрабатываемое в русле системно-деятельностного подхода (А.Н. Леонтьев, А.Г. Асмолов) направление психофизики, обозначенное как переход «от психофизики «чистых ощущений» к психофизике «сенсорных задач» (А.Г. Ас-молов, М.Б. Михалевская, А.Н. Гусев) и основания субъектного подхода в психофизике (К.В. Бардин, И.Г. Скотникова, Е.З. Фришман), позволяющие рассматривать условия сенсорной задачи (объектные факторы) и индивидуальные свойства наблюдателя (субъектные факторы) в единстве.

Так же мы опираемся на представления о функциональном органе (А.А. Ухтомский), как специфическом средстве решения сенсорных задач (А.Н. Гусев).

В разработке теоретической основы работы мы основывались на представлениях о психологических механизмах установочной регуляции деятельности (Д.Н. Узнадзе, А.Г. Асмолов), ресурсный подход в когнитивной психологии (Д. Канеман), стилевой подход (Г. Уиткин, Р. Гарднер, Дж. Каган, Е.Т. Соколова и др.).

Надежность и достоверность результатов обеспечиваются использованием исследовательских процедур в соответствии со стандартами современной экспериментальной психологии, а также широкого класса методов фиксации и анализа эмпирического материала (психофизические, дифференциально-психологические). Статистическая достоверность обеспечивалась большим объемом выборки эмпирических данных, а также использованием современных статистических процедур обработки данных и анализа результатов, адекватных проверяемым гипотезам и типу данных.

Научная новизна исследования заключается в следующем. В рамках диссертационного исследования были выделены и систематизированы объективные характеристики сенсорных задач, по которым их можно сопоставлять по уровню информационной нагрузки. Получены новые экспериментальные результаты, которые демонстрируют влияние когнитивно-стилевых особенностей наблюдателей на эффективность выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки. Предложены возможные психологические механизмы, объясняющие такого рода влияния. По результатам исследования выделены группы (фиксированных поленезависимых, «гибких» и «медленных/точных») испытуемых, имеющих преимущество в эффективности выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки.

Теоретическая значимость. Привлечение методологических принципов системно-деятельностного и ресурсного подходов к дифференциально-психологическим исследованиям активности субъекта в процессе выполнения сенсорных задач позволяет расширить понимание механизмов регуляции сенсорного процесса. Во-первых, процесс выполнения сенсорной задачи может быть представлен через анализ операциональной структуры действия по обнаружению, различению сенсорных сигналов. Во-вторых, каждая задача характеризуется информационной нагрузкой, определяемой через анализ объективных характеристик сенсорной задачи, что налагает определенные требования на когнитивные ресурсы и их доступность для наблюдателя. В-третьих, исследование когнитивно-стилевых особенностей как субъектных, интериндивидуальных детерминант позволяет более полно и содержательно описать детерминацию процесса решения сенсорных задач, включая механизмы установочной регуляции деятельности.

Практическая значимость. Необходимость различения/обнаружения сигналов присутствует в разнообразных и многочисленных жизненных и профессиональных ситуациях. Изучение факторов, влияющих на эффективность решения сенсорных задач, может быть применено при профессиональном отборе операторов-наблюдателей самого разного типа. Применение результатов настоящего исследования в учебном процессе связано с использованием материалов литературного обзора в преподавании спецкурсов в рамках специализаций «Психологии личности», «Общая психология», «Психология труда», курса «Дифференциальная психология», а данных экспериментальной части работы — в общем психологическом практикуме.

Положения, выносимые на защиту.

1. В процессе выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки формируются функциональные органы — специфические средства их решения, которые обеспечивают эффективность и адаптивность человека-наблюдателя. Функциональный орган, формирующийся для решения каждой из сенсорных задач, соответствует как специфике условий самой задачи, так и когнитивно-стилевым особенностям наблюдателя.

2. При выполнении сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки у испытуемых, относящихся по выраженности когнитивно-стилевых особенностей к полюсам «поленезависимости», «гибкости» и «рефлективности», актуализируются более гибкие и адекватные условиям задачи установки операционального уровня.

3. Роль поленезависимости/полезависимости в процессе решения сенсорных задач в том, что эффект мобильности (сдвига) стилевых проявлений приводит к снижению эффективности их выполнения, а эффект крайних значений (максимальная выраженность поленезависимости) — к повышению.

Апробация работы. Основные положения диссертации апробированы на заседании кафедры психологии личности факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова (2008 г.), заседании кафедры практической психологии личности и индивидуального консультирования факультета психологии ГОУ ВПО МО Академия социального управления (2008 г.). Материалы исследования были представлены на 7 Екатерининских чтениях 24 апреля 2008 года.

Заключение диссертации научная статья по теме "Общая психология, психология личности, история психологии"

В целом, гипотеза нашего исследования о влиянии когнитивно-стилевых особенностей на эффективность выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки подтвердилась.

1. Когнитивно-стилевые особенности испытуемых, выполняющих сенсорные задачи разным уровнем информационной нагрузки, являются компонентами функционального органа как специфического средства их решения, объединяющего когнитивные ресурсы испытуемых и соответствующего специфике условий выполняемых сенсорных задач.

2. Выраженность поленезависимости, «гибкости» и рефлективности определяет формирование адекватной условиям сенсорных задач операциональной структуры действия по различению/обнаружению сигналов, а также об актуализации более гибких установок операционального уровня.

3. Установлено влияние поленезависимости, гибкости познавательного контроля и рефлективности на эффективность выполнения пороговых сенсорных задач:

3.1. Поленезависимые, «гибкие» и рефлективные меньше подвержены возникновению иллюзии Мюллера—Лайера в задаче «Метод минимальных изменений». Испытуемые этих групп более эффективно различают длительности звуковых сигналов в задаче «Метод констант».

3.2. Поленезависимые и «гибкие» испытуемые использовали более оптимальный критерий принятия решения об обнаружении зрительного сигнала в задаче «да—нет».

3.3. Рефлективные испытуемые при выполнении задачи «да—нет» показали более высокую сенсорную чувствительность.

4. Наибольшее преимущество в эффективности выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки имеют испытуемые, у которых выражен эффект крайних значений, то есть максимально выраженная поленезависимость, гибкость и рефлективность. Мобильность стилевых свойств приводит к снижению эффективности выполнения сенсорных задач с низким и средним уровнем информационной нагрузки.

Заключение

Целью нашего исследования было выявление различий в сенсорном исполнении задач с разным уровнем информационной нагрузки и, таким образом, разными требованиями к наблюдателю, в зависимости от его когнитивно-стилевых особенностей. При этом мы опирались на определение когнитивных стилей как индивидуальных особенностей процессов приема и переработки информации человеком, устойчиво проявляющихся при решении им познавательных задач в ситуации неопределенности (Within et al., 1954; Ra-gan et al., 1979; Ford et al., 2002; Hough, 2005 и многие другие). Исходя из этого определения такие когнитивные стили как полезависи-мость/поленезависимость, гибкость/ригидность познавательного контроля и импульсивность/рефлективность являются разными аспектами переработки и анализа информации, влияющими на эффективность различения/обнаружения сигнала.

Проведем анализ установленных межгрупповых различий в эффективности выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки с точки зрения формирования гипотетического функционального органа или функциональной воспринимающей системы (Ухтомский, 2002; Леонтьев, 1983), как специфического средства их решения. Следуя данной логике, подчеркнем, что выполняемая субъектом сенсорная задача порождает временную структуру, которая объединяет ресурсы человека и соответствует как специфике задачи, так и индивидуальным особенностям субъекта, обеспечивая тем самым, целесообразность, эффективность и адаптивный характер деятельности человека. Взаимодействие условий задачи и индивидуально-психологических факторов в процессе решения сенсорной задачи создают особую доминанту, функцией которой является динамическая и избирательная концентрация ресурсов (Гусев, 2004). В случае задачи с низким уровнем информационной нагрузки изменение условий касается только регулярного изменения длины сравниваемого стимула в каждом из 400 предъявлений, что требует изменения стратегий оценки стимульных различий (Скотникова, 20036) или операций сравнения и различения (Гусев, 2004). Также еще один важный ситуативный фактор, который принимает участие в формировании функционального органа — это симультанный характер предъявления стимулов, при котором сравнение и оценка различий осуществляется без участия кратковременной памяти (Parasuraman et al., 1985). Напротив, различение длительности звуковых стимулов в задаче со средним уровнем информационной нагрузки в условиях их сукцессивного предъявления операции сравнения и оценки различий текущего сенсорного эффекта и сенсорного эталона осуществляются уже с участием кратковременной памяти (Parasuraman et al., 1985). Следовательно, формирование функционального органа в процессе решения сенсорных задач с низким и средним уровнем информационной нагрузки принципиально может отличаться включением/невключением кратковременной памяти для осуществления операций сравнения и оценки стимульных различий. В случае задачи с высоким уровнем информационной нагрузки (задачи обнаружения сенсорного сигнала) изменение условий касается не только априорной вероятности, сукцессивно-го характера предъявления стимулов, но случайного варьирования пространственного положения сигнального стимула. Схематическая реконструкция структуры функциональной системы, формирующейся в процессе решения задачи обнаружения сигнала, подробно изложена в исследовании И.С. Уточкина (2006).

По нашему мнению, еще одним важным фактором (субъектным фактором), определяющим специфику формирования функционального органа, являются когнитивные стили, как индивидуальные особенности процессов приема и переработки информации, свойственные испытуемым. Полученные результаты позволяют нам выделить группы испытуемых с разной выраженностью стилевых особенностей, у которых обнаружены характерные преимущества по эффективности различения/обнаружения сигнала в процессе выполнения разных сенсорных задач — это испытуемые с максимально выраженной поленезависимостью, «гибкостью» и рефлективностью.

Группа испытуемых с максимально выраженной поленезависимостью (фиксированные поленезависимые) — эффективно решают все три сенсорные задачи. Напомним, что данная группа испытуемых обладает ярко выраженной способностью активно проверять гипотезы, выделять в стимульном потоке отдельные элементы и переструктурировать их (Ragan et al., 1979; Jo-nassen, Grabowski, 1993; Jones, 1997; Ford et al., 2002 и др.). Анализ операциональной структуры действия по различению/обнаружению сигналов позволил нам предполагать, что у этой группы испытуемых актуализируются более адекватные и гибкие установки операционального уровня, что обеспечивает целесообразность, продуктивность и адаптивный характер их деятельности, то есть формирование более оптимального, при существующих условиях решения задачи функционального органа.

Гибкие» испытуемые эффективно выполняют задачи с низким и высоким уровнем информационной нагрузки. Напомним, что «гибкие» испытуемые характеризуются легкостью перехода с одного способа действия на другой при изменении условий сенсорной задачи (,Залевский, 2007; Корнилова, Парамей, 1989; Либин, 1999; Зинченко, 2000; Холодная, 2002а; Jonassen, Gra-bowski, 1993). Проведенный нами анализ позволил предположить, что у «гибких» испытуемых актуализируются более адекватные и гибкие установки операционального уровня, что также обеспечивает им целесообразность, продуктивность и адаптивность.

Медленные/точные (наиболее рефлективные) испытуемые характеризуются тщательным предварительным анализом поступающей информации (.Корнилова, Парамей, 1989; Либин, 1999; Зинченко, 2000; Холодная, 2002а; Ragan et al., 1979; Jonassen, Grabowski, 1993; Brown, 1994; Jones, 1997; Liu, Ginther, 1999; Santo, 2007; Kearsley, 2008), за счет которого они успешно выполняют задачи с низким, средним и высоким уровнем информационной нагрузки. Мы полагаем, что в рамках сложившейся операциональной структуры действия по различению/обнаружению сигналов у этой группы испытуемых также актуализируются более адекватные и гибкие установки операционального уровня, что обеспечивает им большую эффективность.

Подчеркнем, что при выполнении задачи с высоким уровнем информационной нагрузки (метод «да—нет») фиксированные поленезависимые и «гибкие» испытуемые использовался более рациональный (соответствующий условиям серии) критерий принятия решения. С позиции современной психофизики повышение эффективности различения/обнаружения сигнала может достигаться двумя способами: либо за счет повышения сенсорной чувствительности, либо за счет нахождения оптимального положения критерия принятия решения (Бардин, Войтенко, 1986; Забродин, Фриишан, Шляхтин, 1981). По нашему мнению, именно использование рационального критерия фиксированными поленезависимыми и «гибкими» испытуемыми может быть механизмом, объясняющим эффективность выполнения сенсорной задачи с высоким уровнем информационной нагрузки, поскольку изменение критерия принятия решения отражает именно изменение способа действия.

Обращает на себя внимание тот факт, что наибольшее преимущество в эффективности выполнения сенсорных задач с разным уровнем информационной нагрузки имеют испытуемые, у которых выражен эффект крайних значений, то есть максимально выраженная поленезависимость, гибкость и рефлективность. Поэтому можно предположить, что у них в процессе решения сенсорных задач формируются наиболее адекватные их условиям функциональные органы, как специфические средства их решения, объединяющие вклад как стимульных (объектных по своей природе), так и субъектных (когнитивно-стилевых) факторов.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Чекалина, Ангелина Игоревна, Москва

1. Ананьев, Б.Г. Теория ощущений. JL, 1961.

2. Асмолов, А.Г., Михалевская, М.Б. От психофизики «чистых ощущений» — к психофизике «сенсорных задач» // Проблемы и методы психофизики. М1974.

3. Асмолов, А.Г. Принципы организации памяти человека. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1985.

4. Асмолов, А.Г. Когнитивный стиль личности как средство разрешения проблемно-конфликтных ситуаций // Когнитивные стили / Под ред.

5. B. Колга. Таллинн, 1986. С. 21—23.

6. Асмолов, А.Г. По ту сторону сознания: Методологические проблемы неклассической психологии. М.: Смысл, 2002.

7. Бардин, К.В. Проблема порогов чувствительности и психофизические методы. М: Наука, 1976.

8. Бардин, КВ., Горбачева, Т.П., Садов, В.А., Цзен, Н.В. Явление компенсаторного различения // Вопросы психологии. 1983. № 4.1. C.113—119.

9. Бардин, КВ. Пороговая проблема и дифференциальная психофизика//Вопросы психологии. 1990. № 1. С. 131-136.

10. Бардин, КВ., Войтенко, Т.П. Влияние когнитивных особенностей на эффективность различения акустических сигналов // Когнитивные стили / Под ред. В. Колга. Таллинн, 1986. С. 68—72.

11. Бардин, КВ., Скотникова, И.Г., Фригиман, Е.З. Психофизика активного субъекта // Мышлением и общение: активное взаимодействие с миром. Ярославль: ЯрГу, 1988. С. 34—46.

12. Бардин, КВ., Баша, В.И., Войтенко, В.Г. Использование сенсорно-перцептивных признаков шумящих объектов при обучении гидроакустиков // Вопросы психологии. 1986. № 2. С. 156—161.

13. Бардин, К.В., Забродина, Т.Н. Изменения сенсорной чувствительности при решении мыслительных задач // Вопросы психологии. 1988. С. 149—154.

14. Бардин, КВ., Индлин, Ю.А. Начала субъектной психофизики. М.: ИПРАН, 1993.

15. Блинникова, И.В. Психология познавательных процессов: Внимание // Психология XXI века / Под ред. В.Н. Дружинина. М.: Пер Сэ, 2003.

16. Брунер, Дж. Психология познания. За пределами непосредственной информации. М.: Прогресс, 1977.

17. Величковский, Б.М. Когнитивная наука. Основы психологии познания: В 2 т. М.: Смысл, 2006.

18. Вероятностное прогнозирование в деятельности человека / Под ред. И.М. Фейгенберг, Г.Е. Журавлева. М.: Наука, 1977.

19. Головина, Е.В. Категория «уверенности в себе» как когнитивный конструкт личности // Исследования по когнитивной психологии / Под ред. Е.А. Сергиенко. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2004а.

20. Головина, Е.В. Структура уверенности и когнитивные стили. Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук. М.: Институт психологии РАН, 2006.

21. Гусев, А.Н. Обнаружение звуковых сигналов человеком-оператором в особых условиях: Автореф. дисс. . канд. психол. наук. М.: МГУ, 1989.

22. Гусев, А.Н. Психофизика сенсорных задач: системно-деятельностный анализ поведения человека в ситуации неопределенности. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2004.

23. Гусев, А.Н., Измайлов, Ч.А., Михалевская, М.Б. Измерение в психологии. М.: УМК «Психология», 2005.

24. Гусев, А.Н. К психофизике сенсорных задач: о возможностях сис-темно-деятельностного подхода // Психофизика сегодня: материалы конференции (9—10 ноября 2006 г). М.: ИП РАН, 2007а.

25. Гусев, А.Н. Ощущение и восприятие: Общая психология: В 7 т. / Под ред. Б.С. Братуся. М.: Издательский центр «Академия», 20076. Т. 2.

26. Дормашев, Ю.Б., Романов, В.Я. Психология внимания. М.: Триво-ла, 1995.

27. Забродин, Ю.М., Лебедев, А.Н. Психофизиология и психофизика. М.: Наука, 1977.

28. Забродин, Ю.М., Фришман, Е.З., Шляхтин, Г.С. Особенности решения человеком сенсорных задач. М.: Наука, 1981.

29. Забродин, Ю.М. О некоторых направлениях развития отечественной психофизики // Психологический журнал. 1982. Т. 3. № 2. С. 55— 69

30. Забродин, Ю.М. Основные направления исследований деятельности человека-оператора в особых и экстремальных условиях // Психологические проблемы деятельности в особых условиях / Под ред. Б.Ф. Ломова, Ю.М. Забродина. М., 1985а.

31. Забродин, Ю.М. Некоторые методологические и теоретические проблемы развития психофизики // Психофизика дискретных и непрерывных задач. М.: Наука, 19856. С. 3—27.

32. Залевский, Г.В. Личность и фиксированные формы поведения. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2007.

33. Запороэюец, А.В., Зинченко, В.П., Венгер, Л.А., Рузская, А.Г. Восприятие и действие. М., 1967.

34. Запорожец, А.В. Избр. психол. труды: В 2 т. М.: Педагогика, 1986. Т. 1.

35. Зинченко, Т.П. Когнитивная и прикладная психология. М.; Воронеж: МПСИ, НПО «МОДЭК», 2000.

36. Иванников, В.А. Психологические механизмы волевой регуляции. М.: Изд-во УРАО, 1998.

37. Иванников, В.А. Подходы к анализу деятельности // Традиции и перспективы деятельностного подхода в психологии: Школа А.Н. Леонтьева / Под ред. А.Е. Войскунского, А.Н. Ждан, O.K. Тихомирова. М.: Смысл, 1999. С. 38—47.

38. Иган, Дж. Теория обнаружения сигнала и анализ рабочих характеристик. М.: Наука, 1983.

39. Интегральная индивидуальность человека и ее развитие / Под ред. Б.А. Вяткина. М.: Издательство «Институт психологии РАМН», 1999.

40. Канеман, Д. Внимание и усилие. М.: Смысл, 2006.

41. Кимбл, До1С., Дэ!сармези, Н. Обнаружение пороговых сигналов и принятие решения // Хрестоматия по общей психологии. Выпуск III. Субъект познания / Отв. Ред. В.В.Петухов. М.: УМК «Психология», 2001.

42. Климов, Е.А. Индивидуальный стиль деятельности в зависимости от типологических свойств нервной системы. Казань, 1969.

43. Когнитивные стили: Тезисы научно-практической конференции. Таллинн, 25—27 мая 1986 г. Таллинн, 1986.

44. Козловский, С.М. Роль эталонов в психофизических измерениях // Вопросы психологии. 1985. № 4. С. 102-109.

45. Колга, В.А. Исследование когнитивных стилей в СССР // Интегральное исследование индивидуальности / Под ред. Б.А. Вяткина. Пермь, 1992. С. 17—36.

46. Корнилова, Т.В., Парамей, Г.В. Подходы к изучению когнитивных стилей: двадцать лет спустя // Вопросы психологии. 1989. № 6.

47. Купер, К Индивидуальные различия. М.: Аспект-Пресс, 2000.

48. Кочетков, В.В., Скотникова, И.Г. Индивидуально-психологические проблемы принятия решения. М.: Наука, 1993.

49. Леонтьев, А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1983, 2004.

50. Либин, А.В. Дифференциальная психология: на пересечении европейских, российских и американских традиций. М.: Смысл, 1999.

51. Мерлин, B.C. Проблемы экспериментальной психологии личности. Пермь, 1968. Ч. 1, 11.

52. Мерлин, B.C. Взаимоотношение иерархических уровней в системе взаимосвязей «человек—общество» // Вопросы психологии. 1975. № 5. С. 3—12.

53. Мерлин, B.C. Деятельность как опосредующее звено в связи разноуровневых свойств индивидуальности // Проблемы интегрального исследования индивидуальности / Отв. ред. B.C. Мерлин. Пермь, 1978. Вып. 2. С. 15—40.

54. Мерлин, B.C. Системный подход к онтогенезу интегральной индивидуальности // Психология формирования и развития личности / Под ред. Л.И. Анцыферовой. М., 1981. С. 87—105.

55. Мерлин, B.C. Очерк интегрального исследования личности. М., 1986.

56. Морозова, И.С. Когнитивный стиль и стратегии решения познавательных задач // Сибирская психология сегодня: Сборник статей. Кемерово, 2002. http://spf.kemsu.ru/portal/psv2002/ogl.shtml

57. Моросанова, В.И. Индивидуальный стиль саморегуляции. М.: Наука, 2001.

58. Найссер, У. Познание и реальность. Смысл и принципы когнитивной психологии. М.: Прогресс, 1981.

59. Норакидзе, В.Г. Свойства личности и фиксированная установка // Вопросы психологии. 1983. № 5. С. 130—136.

60. Писаренко, В.И. Стилевой подход в изучении познавательной деятельности студентов // Перспективные информационные технологии и интеллектуальные системы. 2005. № 2(22).

61. Проблемы субъектов в постнеклассической науке // Препринт под ред. В.И. Аршинова, В.Е. Лепского. М.: Когито-Центр, 2007.

62. Рубинштейн, C.JI. Бытие и сознание. Человек и мир. СПб.: Питер, 2003.

63. Соколова, Е.Т. Проективные методы исследования личности. М.:1. Изд-во Моск. ун-та, 1987.

64. Скотникова, И.Г. Реализация когнитивного стиля в познавательных стратегиях как проявление его содержательной стороны // Когнитивные стили / Под ред. В. Колги. Таллин, 1986. С. 51—55.

65. Скотникова, И.Г. Системная взаимосвязь сенсорных стратегий и особенностей индивидуальности: анализ с привлечением категории когнитивного стиля // Системный анализ сенсорно-перцептивных процессов /Ред. К.В. Бардин. М., 1988. С. 149—205.

66. Скотникова, И.Г. Когнитивные стили и стратегии решения познавательных задач // Стиль человека: психологический анализ / Под общ. ред. А.В. Либина. М.: Смысл, 1998.

67. Скотникова, И.Г. Развитие субъектно-ориентированного подхода в психофизике // Психология индивидуального и группового субъекта / Под ред. А.В. Брушлинского. М.:ПЕР СЭ, 2002. С.220-269.

68. Скотникова, И.Г. Психология сенсорных процессов. Психофизика // Психология XXI века / Под ред. В.Н. Дружинина. М.: Пер Сэ, 2003а.

69. Скотникова, И.Г. Субъектная психофизика: результаты исследований // Психологический журнал. 20036. Т. 24. № 2. С. 121—131.

70. Скотникова, И.Г., Иванов, МЛ, Проблема восприятия равенства— различия. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2004. С.94—120.

71. Стиль человека: психологический анализ / Под общ. ред. А.В. Ли-бина. М.: Смысл, 1998.

72. Толочек, В.А. Стили профессиональной деятельности как часть проблемы стиля в психологии // Стиль человека: психологический анализ / Под общ. ред. А.В. Либина. М.: Смысл, 1998.

73. Узнадзе, Д.Н. Психология установки. СПб.: Питер, 2001.

74. Уточкин, И.С. Психологические механизмы решения задачи по обнаружению сигнала. Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук. М., 2006.

75. Ухтомский, А.А. Доминанта. СПб.: Питер, 2002.

76. Ухтомский, А.А. Избранные труды. М., 1978.

77. Холодная, М.А. Когнитивные стили и интеллектуальные способности // Психологический журнал. 1992. Т. 13. № 3. С. 84—93.

78. Холодная, М.А. Феномен «расщепления» полюсов когнитивных стилей // Интеллект и творчество: Сб. научных трудов / Отв. ред. А.Н. Воронин. М.: Ин-т психологии РАН, 1999. С. 30—48.

79. Холодная, М.А. Психологический статус когнитивных стилей: предпочтения или другие способности? // Психологический журнал. 1996. Т. 17. № 1.С. 61—69.

80. Холодная, М.А. Когнитивные стили. О природе индивидуального ума. М.: Пер Сэ, 2002а; М.: Питер-Принт, 2004.

81. Холодная, М.А. Психология интеллекта. Парадоксы исследования. СПб.: Питер, 20026.

82. Худяков, А.И., Зароченцев, К.Д. Обобщенный образ как предмет психофизики. СПб.: Изд-во С.-Петербургского ун-та, 2000.

83. Шапирштейн, Г.Я. Роль предметного содержания деятельности в процессе взаимодействия установок субъекта // Вопросы психологии. 1987. №3. С. 135—139.

84. Шиффман, X. Ощущение и восприятие. СПб.: Питер, 2003.

85. Шкуратова, И.П. Когнитивный стиль и общение. Ростов-на-Дону: Изд-во РГПУ, 1994.

86. Шкуратова, И.П. Исследование стиля в психологии: оппозиция и консолидация // Стиль человека: психологический анализ / Под общ. ред. А.В. Либина. М.: Смысл, 1998.

87. Шкуратова, И.П. Когнитивные стили как регуляторы мировосприятия личности / Материалы Первой Российской конференции по когнитивной науке. 9—12 октября 2004 года, Казань// http://www.ksu.ru/ss/cog.sci04/science/cogsci04/256.doc.

88. Шупта, Н.А. Научно-теоретические подходы к исследованию когнитивных стилей в зарубежной и отечественной науке // Сибирская психология сегодня. Вып. 2. Кемерово, 2004.

89. Эджет, X., Янтис, С. Зрительное внимание: управление, репрезентативная основа отбора и временной ход // Annual Review of Psychology. 1997. Vol. 18. P. 269—297 / Перевод В.И. Еременко. Под ред. М.В. Фаликман. Публикации CogLab'a.

90. A special issue on applications of Signal Detection Theory to visual perception // Spatial Vision. 2007. Vol. 20. № 1—2. P.l—4.

91. Armstrong, S.J., Allinson, C.W., Hayes, J. The Effects of Cognitive Style on Research Supervision: A Study of Student-Supervisor Dyads in Management Education // Academy of Management Learning and Education. 2004. Vol. 3. № 1. P. 41—63.

92. Brown, H.D. Principles of Language Learning and Teaching, 3rd ed. Englewood Cliffs, NJ: Prentice Hall. 1994, P.105—113.

93. Chen, Sk, Macredie, R.D. Cognitive Styles and Hypermedia Navigation: Development of a Learning Model // Journal of the American Society for Information Science and Technology. 2002. Vol. 53. № l.P. 3—15.

94. Creed, P.A., Patton, W., Bartrum, D. Internal and External Barriers, Cognitive Style, and the Career Development Variables of Focus and Indecision // Journal of Career Development. 2004. Vol. 30. № 4. P. 277—294.

95. Curry, L. Learning Styles in Continuing Medical Education. Canadian Medical Association, Ottawa, 1983.

96. Davies, M.F. Field dependence-independence and the differentiation of self and other // The Journal of Psychology. 1982. Vol. 112. P. 109—112.

97. Felder, R. Cognitive/Learning Styles // http://www4.ncsu.edU/unity/lockers/users/f/felder/public/RMF.html

98. Garcia-Perez, M.A., Alcala-Quintana, R. The transducer model for contrast detection and discrimination: formal relations, implications, and an empirical test // Spatial Vision. 2007. Vol. 20. № 1—2. P. 5—43.

99. Haga, S., Shinoda, H., Kokubun, M. Effects of Task Difficulty and Time-on-Task on Mental Workload // Japanese Psychological Research. 2002. Vol.44 (3), P. 134—143

100. Hart, S.G. Development of NASA-TLX (Task Load Index): results of Empirical and theoretical Research // Human Mental Workload / Eds. P.A. Hancock, N. Meshkati. Amsterdam: North Holland Press, 1988.

101. Hart, S.G. NASA-Task Load Index (NASA-TLX). 20 Years Later // Human Factors and Ergonomics Society Annual Meeting Proceedings, General Sessions, 2007. P. 904—908(5).

102. Hough, J.R. An Empirical Test of Cognitive Style and Strategic Decision Outcomes // Journal of Management Studies. 2005.Vol. 42(2). P.418— 448.

103. Jonassen, D.H., Grabowski, B.L. Handbook of Individual Differences, Learning and InstructionLawrence Erlbaum Associates, 1993.

104. Kagan, J. Individual differences in the resolution of response uncertainty // Journal of Personality and Social Psychology. 1965. Vol. 2. P. 154— 160.

105. Kagan, J. Matching familiar figures. Cambridge: J. Kagan, 1969.

106. Kagan, J. Reflection—impulsivity: The generality and dynamics of conceptual tempo // Journal of Abnormal Psychology. 1966. Vol. 71. P. 17— 24.

107. Kagan, J., Kogan, N. Individual variation in cognitive processes // Mussen P.H. (Ed.) Carmichael's Manual of Child Psychology, 3rd Edn, Vol. 1 N.Y., Wiley, 1970.

108. Kai-Ming, A. Cognitive style as a factor influencing performance of business students across various assessment techniques. A preliminary study // Journal of Managerial Psychology. 1997. Vol. 12. №. 4. P. 243—250.

109. Karp, S,, Pard.es, H. Psychological Differentiation (Field Dependence) in Obese Women // Psychosomatic Medicine. 1965. Vol. XXVII. №. 3. P. 238—244.

110. Kazumitsu, Sh., Toshiaki, M, Shinnosuke, U. Tapping task as an index of mental workload in a time sharing task // Japanese Psychological Research. 2002. Vol. 44. № 3. P. 144—151.

111. Kearsley, G. Explorations in Learning & Instruction: The Theory Into Practice Database // http://tip.psychology.org/styles.html

112. Leonard, N.H., Scholl, R.W., Kowalski, K.B. Information processing style and decision making // Journal of Organizational Behavior. 1999. Vol. 20. P. 407—420.

113. Liu, Y., Ginther, D. Cognitive Styles and Distance Education // Online Journal of Distance Learning Administration, Volume II, Number III, Fall 1999.

114. Miller, A. Cognitive styles: an integrated model // Educational Psychology. 1987. Vol. 7. № 4.

115. Mills, T.Y. The Effect of Cognitive Style on External Auditors' Reliance Decisions on Internal Audit Function // Behavioral Research in Accounting. 1996. Vol. 8. P. 50—73.

116. Musser, T. Individual Differences: How Field Dependence-Independence Affects Learners // http://www.personal.psu.edu/txm4/paperl.html

117. NASA Task Load Index (TLX) v. 1.0 Computerized Version: a Manual. Human Performance Research Group. NASA Ames Research Center. Moffett Field, California, 1995 // http://humansystems.arc.nasa.gov/groups/TLX/

118. Parasuraman, R., Davies, D.R. Decision theory analysis of response latencies in vigilance // J. of Experimental Psychology: Human Perception and Performance. 1976. Vol. 2. P. 578—590.

119. Parasuraman, R., Davies, D.R. A taxomonic analysis of vigilance performance // Vigilance: Theory, operational performance and physiological correlates / Ed. By R.R. Mackie. N.Y.: Plenum Press, 1977. P. 559—574.

120. Parasuraman, R., Warm, J.S., Dember, W.N. Vigilance: Taxonomy and utility // Ergonomics and human factors: Recent research / Ed. By L.S. Mark, J.S. Warm, R.L. Huston. N.Y.: Springer-Verlag. 1987. P. 11—32.

121. Pelli, D.G., Farrel, B. Psychophysical methods (Chapter 29) // Handbook of Optics: Fundamentals, Techniques & Design. Ed. By M. Bass, E.W. van Stryland, D.R. Williams McGraw-Hill, 1995. Vol. 1.

122. Ragan, T.J., Back, K.T., Stansell, V., Ausburn, L.J., Ausburn, F.B. Butler P.A., Huckabay, Т., Burkett, J.R. Cognitive styles: a review of the literature. Air Force Human Resources Laboratory, 1979.

123. Sadler-Smith, E. Intuition-analysis cognitive style and learning preferences of business and management students. A UK exploratory study // Journal of Managerial Psychology. 1999. Vol. 14. № 1. P.26—38.

124. Sadler-Smith, E., Badger, B. Cognitive style, learning and innovation // Technology Analysis and Strategic Management. 1998. Vol. 10. №. 2. P. 247—265.

125. Santo, S.A. Learning Styles & Personality // http://www.usd.edu/~ssanto/index.htin

126. Solomon, J.A. Intrinsic uncertainty explains second responses // Spatial Vision. 2007. Vol. 20. № 1—2. P. 45—60/132. iSternberg, R.J., Grigorenko, E.L. Are cognitive styles still in style? // American Psychologist. 1997. July. P. 700—712.

127. Stone, E.F. Field Independence and Perceptions of Task Characteristics: A Laboratory Investigation // Journal of Applied Psychology. Jun. 1979. Vol. 64. Issue 3. P. 305—310.

128. Swets, J.A., Tanner, W.P., Birdsall, T.G. Decision processes in perception // Psychol. Rev. 68. 1961. P. 301—340.

129. Swets, J. Signal detection theory and ROC analysis in psychology and diagnostic. Mahwah, NJ: Lawrence Erlbaum Associates, 1996.

130. Wapner, J.G., Connor, K. The role of defensiveness in cognitive impul-sivity // Child Development. 1986 Dec. Vol. 57(6). P. 1370—1374 http://search.ebscohost.com/login. aspx?direct=true&db=cmedm&AN=38029 67&lang=ru&site=:ehost-live

131. Wickens, T.D. Elementary Signal Detection Theory. Oxford University Press, Oxford. 2002.

132. Within, H.A., Lewis, H.B., Hertzman, M., Machover, K., Meissner, P.B., Wapner, S. Personality through perception. New York: Harper and Row, 1954.

133. Within, H.A., Goodenough, D.R. Field dependence and interpersonal behavior. Princeton, N.J.: Educational Testing Services, 1976.