МИКРОПОЛЕ НУЛЕВОГО КОЛИЧЕСТВА В СТРУКТУРЕ ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКОГО ПОЛЯ КОЛИЧЕСТВЕННОСТИ В ДИАЛЕКТАХ СЕЛЬКУПСКОГО ЯЗЫКА

Г.П. Поздеева

Аннотация. Рассматривается микрополе нулевого количества в структуре функционально-семантического поля количественности в диалектах селькупского языка. Особое внимание уделяется структуре микрополя и его основным компонентам - ядру и периферии и различным языковым средствам, которые их формируют. Представлены новый текстовый материал и данные словарных источников.

Ключевые слова: селькупский язык; функционально-семантическое поле; количественность; нулевое количество; микрополе; ядро; периферия.

Языковая универсалия категории количественности в лингвистике трактуется широко: с одной стороны, как семантическая категория, представляющая собой языковую интерпретацию мыслительной категории количества, а с другой - как базирующееся на данной семантической категории функционально-семантическое поле (ФСП) [1. С. 314].

В.В. Акуленко [2], А.В. Бондарко, А.В. Степанова [3], исходя из многообразных типов квантитативных значений и организации средств их выражения, рассматривают количественность как иерархию микрополей в пределах макрополя количественности.

Настоящая работа основывается на структуре ФСП количественности, предложенной В.В. Акуленко [2. С. 17-40] и А.В. Степановой [3. С. 23], согласно которой количественность трактуется как макрополе. охватывающее несколько микрополей. В данном макрополе выделяются два поля «второго ранга» - определенного и неопределенного количества. В каждом из них проводится многоуровневая субкатегоризация. В диссертационном исследовании А.В. Степановой [3. С. 23], рассмотревшей ФСП количественности в русском, английском и чувашском языках, в поле определенного количества входят три микрополя: нуме-ральности, единичности и нулевого количества. Языковое поле количества характеризуется сложной структурой и включает в себя целый ряд категорий, одной из которых является нулевое количество / множество (полное отсутствие чего-либо или количественного признака). По утверждению Р.П. Игнаевой, при рассмотрении функционально-семантического поля количественности следует выделять среди всего прочего нулевую множественность, «которая обозначает полное отсутствие чего-либо» [4. С. 72].

В данной статье анализируется структура микрополя нулевого количества в диалектах селькупского языка и рассматриваются разноуровневые лингвистические средства, формирующие его составляющие - ядро и периферию.

Согласно В.В. Акуленко [2. С. 207] и А.В. Степановой [3. С. 2], микрополе нулевого количества или полного отсутствия количественного признака (на примере английского, русского и чувашского языков) представлено отрицательными местоимениями и лексемой «нуль». В диалектах селькупского языка лексема со значением «нуль» отсутствует вообще, хотя в словаре И. Ердейи понятие «нуль» представлено словосочетанием (таз.) caykiptaГ апШг «нуль» (букв. «отсутствия знак») [5. С. 234], где сЧу^а «отсутствие», а апШгт «знак, заметок» [5. С. 22]. Но словосочетание caykiptaГ апШг обозначает не логическую числовую абстракцию, а является одним из лексических средств, выражающих понятие отсутствия какого-либо количества, и не может быть использовано в образовании числительных.

Следовательно, ядро микрополя нулевого количества в селькупском языке составляют отрицательные местоимения, которые выражают отсутствие чего-либо, кого-либо, какого-либо признака.

Отрицательные местоимения в диалектах селькупского языка были изучены И.А. Ильяшенко в диссертационном исследовании «Местоименные слова в южных диалектах селькупского языка» [6]. Формирование отрицательных местоимений в диалектах селькупского языка происходит в результате присоединения к вопросительным местоимениям следующих формальных признаков, служащих для обозначения отрицания:

1. Префиксальная частица пе- (т-).

Группа отрицательных местоимений, образованных путем осложнения вопросительных местоименных слов префиксальным элементом пе- (т-), распространена в диалектах кетских сюссюкумов, обских чумылькупов и тазовских селькупов. Данный элемент заимствован без каких-либо изменений из русского языка и получил довольно широкое распространение, приняв участие в формировании отрицательных местоимений-существительных: (таз.) ш qaj «ничто»; местоимений-прилагательных: т qajyl «никакой»; местоимений-наречий: ш ^ААап «никогда» и т.д. [6 .С. 155]. Например:

me\ga ne-yaja kitku

me\-ga ne-yaja kit-ku

1SG.LAT nothing say-INF

1SG.LAT нечего сказать-INF

I have nothing to say.

Мне нечего сказать (кет.);

me\ ne-kuffa kattugu

me\ ne-kuffa kattu-gu

1SG.NOM nowhere go-INF

1SG.NOM некуда деться-INF

I have nowhere to go.

Мне некуда деться (кет.);

okkir mune ne-yajm mespugu

okkir mUne ne-yajm mespu-gu

one finger-NOM nothing do-INF

один палец-NOM нечего делать-INF

There is nothing to do with one finger.

Одним пальцем нечего делать (нар.) [6. С. 156].

2. Постфиксальный местоименный формант -па^)~ -ne(j).

Наиболее употребительным способом образования отрицательных местоимений во всех диалектах селькупского языка является построение их при помощи словообразовательного элемента naj (т-па) ~ -nej (-пе). В отличие от диалекта тазовских селькупов, которому известны только две формы отрицательных местоимений-существительных kutynsj «никто» и qajnej «ничто», образованных этих способом и имеющих только формы номинатива, употребление словоформ с данным местоименным формантом в южных диалектах представлено широко и разнообразно. При участии данного форманта образуются отрицательные местоимения-существительные: (вас.) ku-di-naj «никто», qaj-naj «ничто»; местоимения-прилагательные: qajГ-naj «никакой»; местоимения-числительные: kussan-naj «нисколько»; местоимения-наречия: kudarik-naj «никак», ku-naj «никуда», qaj-in-naj «нигде», kusan-naj «никогда».

Приведем текстовые примеры употребления отрицательных местоимений с названным формантом:

man assi konWirnaw kuLDi-na poLzem nadimnanni

man assi konWir-naw kuLDi-na poLze-m nadim-nanni

1SG.NOM NEG see-PRS.1SG.obj none benefit-ACC this-ABL

1SG.NOM NEG видеть-PRS.lSG.obj никакой польза-ACC этот-ABL

I can’t see any benefit of this.

Я не вижу никакой пользы от этого (кет.);

tawissanyin sirri kuffan-na

tawissan-yin sirri kuffan-na

spring-LOCl snow-NOM nowhere

весна-LOCl снег-NOM нигде

There is snow nowhere in spring. Весной снега нигде нет (кет.);

tabim kuderik-naj a mederlej

tabi-m kuderik-naj a meder-lej

3SG.ACC noway / nowise NEG catch up with-Opt.PRS.2SG.obi

3SG.ACC никак NEG догнать -Opt.PRS.2SG.obi

He won’t be caught up anyway. Его никак не догонишь (об С);

nacayindi qajL-naja tica wasembidil ti a tolladi

naca-yindi qajL-naja tica wasembidil ti a to-lladi

there-ABL none bird-NOM PTCP here NEG come-Intens

там-ABL никакой птица-NOM PTCP сюда NEG приходить- Intens

No bird will fly here from there.

Оттуда никакая птица сюда не прилетит (букв. оттуда никакая птица, летающая сюда, не придет) (нар.);

ku-naj aya kuralkumba, qajm-naj aya tadimbat

ku-naj aya kural-ku-mb-a, qajm-naj aya tadi-mbat

nowhere run-HAB.PSTR.3SG.sub nothing ask-PSTR.3SG.obi

никуда бегать-HAB.PSTR.3SG.sub ничего просить-PSTR.3SG.obi

He didn’t go anywhere and didn’t ask anything.

Никуда он не бегал, ничего не просил (вас.) [6. C. 157];

kudytkonaj a jarymba

kudytkonaj a jarymb-a

nobody NEG be.afraid-PST.3SG.sub

никто NEG бояться-PST.3SG.sub

He wasn’t afraid of anybody. Кудытконай а ярымба.

Никого не боялся (нар.) [6. С. 99];

tinna qaji kuyn olltda surovle Ta\u

tinna qaji ku-yn oll-tda suro-vle Ta\u

from now nothing river-ACC head-LOC1 hunt-ONV2 NEG

отныне ничего река-ACC голова-LOC! 0 хот т ить № О я 1 О O N V2 NEG

There is no hunting from now in the river head.

Тинна гайи ку(~ы)н о11лтдъ суровл'е тацу.

Отныне ничто в верховье реки охоты (букв. охотиться) нет (кет.) [7. C. 100];

qajnaj a ada

qajnaj a ad-a

nothing NEG see-PRS.3SG.sub

ничего NEG видеть-PRS .3SG. sub

Nothing can be seen.

^айнай а ада.

Ничего не видно (нар.) [8. C. 110];

kunaj aza kadenandW

kunaj aza kade-nandW

nowhere NEG goIdissapear-IMP.FUT.2SG

никуда NEG деваться-IMP. FUT. 2SG

Кунай аза кадэнандж.

You won’t have anywhere to go. Никуда не денешься (нар.) [8. C. 65].

3. Отрицательная частица assi (as, ауа, а).

Словоформы типа kain ауа, assa, as, а - ничто и kuden ауа, assa, as, а - никто квалифицированы М.А. Кастреном как формы генитива вопросительных местоимений, стоящие перед отрицанием. Действительно, на современном уровне в диалекте кетских сюссюкумов отмечены формы отрицательных местоименных слов, подобные вышеприведенным, например:

tumbane qain assi lerimba

tumbane qain assi lerim-ba

wolf-NOM nothing be.afraid-PSTRJSG.sub

волк-NOM ничего бояться- PSTR3SG.sub

A wolf is not afraid of anything. Волк ничего не боится (кет.);

tawim kuttin assi tinwit

Taw-im kuttin assi tinw-it

this-ACC nobody NEG know-PRSJSG.obi

этот-ACC никто NEG знать-PRS.3SG.obi

Nobody knows this.

Этого никто не знает (кет.).

Однако наличие местоименных словоформ типа qaj-m-nassi «ничего» (вин. п.), kudi-m-n-assi «никого» (вин. п.), kuTTa-n-assi «никуда» (дат.-напр. п.), kuTTanni-n-assi «ниоткуда» (исх. п.) противоречит суждению М.А. Кастрена. Очевидно, показатель -п- в рассматриваемых примерах представляет собой стяженную форму отрицательного форманта -naj, полученную в результате выпадения гласного -а- из формы

-na<-naj перед последующим гласным а- глагольного отрицания qajm + na(j) + assi>qajm-n- assi [6. С. 159]. Приведем пример употребления данной отрицательной частицы:

tep madan tombi paMuy, qajm-n-assi mussurigit

tep mada-n tombi paLDu-\, qajm-n-assi mussurig-it

she house-LOCi go-PRS3SG.sub around-PSTP nothing cook- PRSJSG.obi

она дом-LOCi хoдить-PRS.3SG.sub вокруг-PSTP nothing варить- PRS3SG.obj

She goes around the house and doesn’t cook anything. Она по избе ходит, ничего не варит (кет.);

man kuTTa-n-assi kweWay

man kuTTa-n-assi kwe-Way

1SG.NOM nowhere go-FUT.1SG.sub

1SG.NOM никуда идти-FUT.iSG.sub

I won’t go anywhere.

Я никуда не пойду (кет.) [7. C. i59];

qaimnasse qwatquat

qaimnasse qwat-qu-at

nothing catch-PRS.HAB.3PL.obi

ничего лoвить-PRS.HAB.3PL.obi

They usually catch nothing.

Гаимнассе в^атвуат.

Ничего обычно не добывают (кет.) [7. C. 99].

4. Сочетания «частица amta + вопросительное местоимение»: amta qaj «ничто», amta kuty «никто», amta кип «нигде» и т.д. (в отличие от частицы т, частица amta способна употребляться самостоятельно, выражая усилительное значение в отрицательных предложениях):

me tty cam sernetyn - amta qaj qum naj cayky

met-ty cam ser-netyn amta qai qum nai cayk-y

house- LAT just come- PST.3PL.sub nothing man NEG be.absent- PST.3SG.sub

дом-LAT только войти- PST.3PL.sub ничего человек NEG отсутствовать- PST.3SG.sub

They came into the house and there was nobody.

В дом зашли - а (там) ни единого человека нет (таз.) [7. C. 142];

cayka amta niykaity, amta soltatity

cayka amta Niyka-i-ty, amta soltat-i-ty

be.absent- PRS.3SG.sub NEG sister-NOM. PL.POSS.3SG NEG soldier-NOM. PL.POSS.3SG

отсутсвовать- PRS.3SG.sub NEG сестра-NOM. PL.POSS.3SG NEG солдат-NOM. PL.POSS.3SG

There are neither her sisters nor her soldiers.

Нет ни ее сестер, ни ее солдат (таз.) [7. C. 115];

ukkyr po amta cayka

ukkyr po amta cayk-a

one tree even be.absent-PRS.3SG.sub

один дерево даже oтсутствoвать-PRS.3SG.sub

There is no one tree.

Ни одного дерева нет (букв. одно дерево даже отсутствует) (таз.) [9. С. 298].

В периферийную зону ФСП нулевого количества входят лексические, словообразовательные и лексико-фразеологические элементы, в которых признаки поля выражены гораздо слабее по сравнению с ядерной зоной. В диалектах селькупского языка периферию микрополя нулевого количества составляют различные лексические разряды со значением необладания. Данное значение передается с помощью специальных словообразовательных элементов - суффиксов, которые характерны для той или иной части речи [9. С. 335].

Существительные необладания образуются с помощью суффикса

-kyta, прибавляемого к первой основе: эty «слово» - эtykyta «немой», moqal «спина» - moqalkyta «горбун», sajy «глаз» - sajykyta «слепой» (таз.) [9. С. 388].

Глаголы с суффиксом -ку1ут, реже его вариантом -ку1ит, означают «лишиться чего-либо». Суффиксы присоединяются к первой основе имени. По своему происхождению это, видимо, два суффикса -ку1 + - т: Иу-ку1ур^ак «я лишился рассудка», Ш-ку1ут-рак «у меня нет воды» (букв. «я обезводился»), пап-ку1ут-ра «хлеба нет» («обесхлебился»), qomta-kylym-pa «обезденежел», огутку1утра и огку1утра «обессилел» (таз.) [9. С. 346].

Суффикс необладания имени прилагательного представляет собой производное на -Г от суффикса существительных -kyta. С точки зрения словообразовательного процесса, происходящего в образованиях на -kytyГ, обычно следует говорить о последовательном присоединении суффикса -kyta + -Г - kytyГ: wergy «большой» - wergykytyГ «небольшой», Аагу «крепкий» - sarykytyГ «непрочный» (таз.) [9. С. 350]:

Manyj, qumkytyj qattoqyn nymty qalympa

Manyi, qum-kytyi qattO-qyn nymty qaly-mp-a

Foreign person-ADJz town-LOC1 there go-DUR.3SG.sub

чужой человек-ADJz город-LOd там ходить-DUR.3SG. sub

There he goes in the foreign unpopulated town.

В чужом безлюдном городе там ходит (таз.) [7. C. 115].

Существительные с суффиксом -kytyГ, означающим «лишенный чего-либо, не имеющий кого-, чего-либо», образуются от первой основы существительного и от субстантивированных прилагательных: topy «нога» - topykytyГ «относящийся к безногому» («безногий»), эsy «отец» - эsykytyГ «безотцовский», mэt «дом, чум» - mэtkytyГ «бездомный, не имеющий чума» (таз.) [9. С. 350], коГа «круг / кружок / колесо» -коГакии' «безколесый» (таз.) [5. С. 98], кв21 / кв21 «железо» - кв21киП «безжелезный» (таз.) [5. С. 90], teni, tsni «ум» - tenikitiГ - «глупый» (ума не имеющий) (таз.) [5. С. 259], 7 «вода / сок» - Шкии'«безводный» (таз.) [9. С. 291].

Наибольшей регулярностью обладают наречия, которые образуются с помощью показателя -кл1у\ (т.е. -кл1у\ ~-кЛ1ук) или -кЛ1, присоединяемого к первой основе существительного и имеющего значение «без кого-либо, чего-либо»: (таз.) qumkэlyy «без человека, без людей» (qum «человек»), qumkэlyy На «без людей, одиноко живет», sйmykэly\ «бесшумно» ^йту «шум, звук»): sйmykэlyy Ш1рАа «бесшумно приблизился» [9. С. 353] (таз.) «олень» ШИ - «без оленей» ШокоХгк [5. С. 24], (таз.) «без матери» - amanikаlik, «без отца» asanikаlik [5. С. 36], (таз.) «без слов, молча» etikаlik [5. С. 37], (таз.) «без труда» кеккгкаЫк - «мучение» кекк [7. С. 87].

amykвlyk aj qonnympвtyn

amy-kelyk ai qonny-mpet-yn

amy-KAR again fall asleep-PSTR.3PL.sub

еда-KAR опять заснуть-PSTR.3PL.sub

They went to sleep hungry again.

Голодными опять легли спать (таз.) [7. C. 119].

В ряде случаев наречия обладания допустимо рассматривать как особый падеж имени-каритив (лишительный падеж), который образуется присоединением к первой основе имени показателя -кЛ1у\ (т.е. -кЛ1у\, или -кл1ук, или -кл1у) или -кЛ1 (усеченная форма). Формы каритива имеют значение «без кого-либо, чего-либо» и обычно выступают в качестве обстоятельства при глаголе: qumkэlyk «без человека», qumoqikэlyk «без двух людей», qumytkэlyk «без людей» (qum «человек»):

tHnymyntyl qumkolyk tan namyp assa metal

tHnymy-ntyl qum-kolyk tan namy-p assa me-t-al

know-PTCP man-KAR 2SG this-ACC NEG do-FUT.2SG.

знать-PTCP человек-KAR 2SG этот-ACC NEG делать-FUT.2SG

You won’t do it without an experienced man.

Без знающего человека ты этого не сделаешь (таз.) [9. C. 176];

Qajytqo tH mвnквlyк іієіуп?

Qaiytqo tH men-kelyk ile-lyn?

Why 2PL house-KAR live-PRS.2PL.sub

почему 2PL дом-KAR жить-PRS.2PL.sub

Why do you live without houses?

Почему вы без чумов живете? (таз.) [7. C. 11б];

Qaqa qalykolyk вmtвlyn?

Qaqa qaly-kolyk emte-lyn?

Why fish-KAR live I sit-PRS.2PL.sub

почему рыба-KAR жить I сидеть-PRS.2PL. sub

Why do you live without fish?

Почему без рыбы живете? (букв. почему без рыбы сидите?) (таз.) [7. C. i 1б];

pongesse avgalyk qumba

pongesse av-galyk qu-mba

Pengesse food-KAR die-PSTR.3SG.sub

пенгессе еда-KAR умирать-PSTR.3SG.sub

Pengesse died without food.

Пёнэгессэ авгалык гумба.

Пёнэгессэ без еды умер (нар.) [S. C. 62].

Помимо лексем со значением необладания, образованных суффиксальным способом, можно также выделить слова - «носители смысла», осложненные различными семами, которые придают схожую функциональную направленность. К ним можно отнести следующие лексемы: sйnciqo «кончиться» (израсходоваться) (таз.) [5. С. 215]; шунумоугу «опростать» (об Ч); шундегу «кончиться, исчезнуть» (об Ч, вас.) [10.

С. 308]; с^ук^о, саукг «отсутствовать» (таз.) [5. С. 234].

Приведем примеры употребления данных лексем со значением отсутствия в контексте:

qaimnasse qwatquat, s7nDebym qotta mаtqandyt t7kuat

qaimnasse qwat-qu-at, s7nDebym qotta mut-qan-dyt t7-ku-at

nothing catch-PRS. HAB.3PL.obi PCTP back house-LOCi. POSS.3PL come-PST. HAB.3PL. sub

ничего ловить-PRS. HAB.3PL.obi PCTP назад дом-LOCi. POSS.3PL приходить- PST.HAB. 3PL.sub

They usually catch nothing and come back home empty-handed Гаимнассе в^атвуат, cyндебым готта мата;андыт ту^ат.

Ничего обычно не добывают, пустыми обратно домой обычно приходят

(кет.) [7. C. 99];

Tan asa orly ca\ky, kuttar tan masym 7qy^nnanty?

Tan asa or-ly ca\k-y, kuttar tan ma-sym йqyl-tєnna-nty

2SG. NOM NEG strength- POSS. 2SG be.ab- sent- PRS. 3SG.sub how 2SG. NOM 1SG. ACC pull out-FUT.3SG.Ltn

2SG. NOM NEG сила- POSS. 2SG отсут- ство- вать- PRS. 3SG.sub как 2SG. NOM 1SG. ACC тянуть-FUT. 3SG.Ltn

You are not strong enough to pull me out.

У тебя сил нет, как ты меня вытянешь (таз.) [7. C. 119];

maWeyyt orty stinnymba, cun qonnymba, qondalba

maWe-uyt or-ty stinny-mba, cu-n qonny-mba, qondal-ba

taiga-LOC1 strength- POSS.3SG run out-PSTR.3SG. sub ground-LAT lie- PSTR.3SG. sub fall asleep-PSTR.3SG. sub

тайга-LOO сила- POSS.3SG иссякать- PSTR.3SG. sub земля-LAT лечь- PSTR.3SG. sub уснуть- PSTR.3SG. sub

In the taiga he was exhausted, he lied on the ground and felt asleep. Маджё^ыт орты шюннымба, чюн гоннымба, гондалба.

В тайге силы иссякли, он на землю лег, уснул (нар.) [8. C. 99].

Следует отметить, что в селькупском языке можно наблюдать и фразеологические средства выражения нулевого количества, редко встречающиеся в речи и, по всей видимости, заимствованные из русского. К ним можно отнести следующий пример фразеологического оборота с семантическим признаком «бесследно исчезнуть»:

macym mity sesa ntiqylnyt

macy-m mity se-sa nuqyl-n-yt

tundra-ACC as if tongue-COM lick off-PST.3SG.obi

тундра-ACC как будто язык-COM cлизать-PST.3SG.obi

The tundra disappeared completely.

Яр как языком слизнул (таз.) [7. C. 117].

Рассмотрев структуру микрополя нулевого количества в диалектах селькупского языка, а также способы выражения его составных - ядра и периферии, можно сделать вывод, что именно функционально-системный подход способствует выявлению разноуровневых языковых средств (морфологических, лексических, фразеологических) выражения категории ко-личественности и дает возможность исследовать данную категорию как с точки зрения ее внутреннего строения, так и в плане функционирования.

Литература

1. Теория функциональной грамматики: Качественность. Количественность / Т.Г. Акимова, В.П. Берков, А.В. Бондарко и др. СПб. : Наука, 1996. 264 с.

2. Акуленко В.В. О выражении количества в семантике языка // Категория количества в современных европейских языках. Киев, 1990. С. 7-40.

3. Степанова А.В. Функционально-семантическое поле количественности в разноструктурных языках (на материале английского, русского и чувашского языков) : дис. ... канд. филол. наук. Чебоксары, 2007. 198 с.

4. Игнаева Р.П. Нулевая множественность в марийском языке // Тезисы секционных докладов X Международного конгресса финно-угроведов: Лингвистика: II часть / Мар. гос. ун-т. Йошкар-Ола, 2005. С. 71-73.

5. Erdelyi Istvan. Selkupisches Worterverzeichnis. Taz dialekt. Budapest : Akademiai Kiado, 1969. 315 s.

6. Ильяшенко И.А. Местоименные слова в южных диалектах селькупского языка : дис. ... канд. филол. наук. Тарту, 1989. 194 с.

7. Тучкова Н.А., Хелимский Е.А. О материалах А.И. Кузьминой по селькупскому языку. Hamburg : Institut fur Finnougristik ; Uralik der Universitat, 2010. 136 s.

8. Сказки нарымских селькупов: книга для чтения на селькупском языке с переводами на русский язык // Записи, перевод, комментарии / В.В. Быконя, А.А. Ким, Ш.Ц. Купер, Н.П. Максимова, И.А. Ильяшенко. Томск : Изд-во НТЛ, 1996. 187 с.

9. Хелимский Е.А., Кузнецова А.И., ГрушкинаЕ.В. Очерки по селькупскому языку. Тазовский диалект. М. : Изд-во Моск. ун-та, 1980. 411 с.

10. Быконя В.В., Кузнецова Н.Г., Максимова Н.П. Селькупско-русский диалектный словарь. Томск : Изд-во Том. гос. пед. ун-та, 2005. 348 с.

Список сокращений

sub - subjective conjugation, субъектное спряжение; obj - objective conjugation, объектное спряжение; ABL - ablative, исходный падеж; ADJz - adjectiviz-er, образующий прилагательное; COM - comitative, орудно-совместный падеж; CONV2 - converb, деепричастие выражающее предшествование; HAB - habitu-ality, хабитуальность действия; Intens - интенсивно-перфектная совершаемость; KAR - karitive, лишительный падеж; LAT - lative, дательно-направительный падеж; Ltn - latentive mood, латентив; LOC 1 - locative 1, местно-временной падеж; Opt - optative mood, желательное наклонение; POSS - possessive, притяжатель-ность; PSTP - postposition, послелог; PSTR - past resultative, результативное или нарративное прошедшее; PTCP - participle, причастие.

Сокращения диалектов

вас. - васюганский диалект; кет. - кетский диалект; нар. - нарымский диалект; об С - среднеобские говоры Сюссюкум; об Ч - среднеобские говоры Чумылькуп; таз. - тазовский диалект.

THE MICROFIELD OF ZERO QUANTITY IN THE STRUCTURE OF THE FUNCTIONAL-SEMANTIC FIELD OF QUANTITATIVENESS IN THE SELKUP DIALECTS Pozdeeva G.P.

Summary. The article deals with the microfield of zero quantity in the structure of the functional-semantic field of quantitativeness in the Selkup dialects. Particular attention is paid to the structure of the microfield and its main components - core and periphery and various linguistic means which form them. The article presents the fieldwork recordings of the Selkup dialects archives of Tomsk State Pedagogical University.

Key words: the Selkup language; functional-semantic field; quantitativeness; zero quantity; microfield; core; periphery.